Военные, — цедит он недовольно, разглядывая синяки на физиономии этой мрази.
— Объект доставлен почти целым, — холодно улыбается Рэм.
Они доезжают до небольшого приграничного городка и дальше заключенным занимается канцелярия.
Генерал садится в поезд. Он натянут как струна, челюсти сводит от напряжения.
Лэрион рассказал все, сдав подельников. Семья Мойрош и Шейла погубили Анну. Доказательств достаточно, чтобы засадить всю банду в тюрьму на много лет.
Рэм трет заросший щетиной подбородок. Горячий и бешеный гнев разгоняется по венам. Он вспоминает, что с какого-то перепугу хотел жениться на Шейле. Да, она привлекала его своей доступностью, но делать ее матерью своих детей?
Воздействовать на дракона трудно, но в определенных обстоятельствах слегка затуманить разум возможно. Если знать, как. А Лэрион знал и помог Шейле.
Сам же Рэм облегчил им задачу, когда впервые посмотрел на Шейлу как на женщину. Впустил ее в свое личное пространство.
Но до чего же он устал тогда от бесова брака.
Рэм сидит спокойно и в небрежной позе, но сердце разрывает на куски. Он думает об особняке на Королевском проспекте. Завтра после аудиенции с императором он сразу отправится туда. К своей женщине.
Столица встречает его теплом и мягким светом магических фонарей. По привычке он покупает вечернюю газету и морщится. В светской хронике объявление о его помолвке с Эвой.
Он же предупредил родителей, чтобы тихо отказали Сайенам.
В особняке лорда и леди Грэхем Рэм появляется смурной как туча. Мать выходит ему навстречу, но заметив перекошенное лицо сына, пугается.
— Милый, — вымученно улыбается она.
Он небрежно кидает на журнальный стол газету.
— Чтобы в ближайшее время появилось опровержение, — цедит зло. — Где отец?
— У него мигрень, — мать бледнеет, избегает смотреть в глаза.
— Не хочет разговора?
— У тебя страшное лицо, Рэм. Что случилось?
— Тупая газетная статья случилась, — роняет он глухо и идет к лестнице.
— Рам, ты часть рода! Ты не можешь игнорировать семью! — кричит мать ему в спину. — Опять эта девка с юга тебя приворожила!
Он даже не поворачивается и поднимается по ступеням.
Кажется, собирается майская гроза, где-то вдалеке гремит гром. Переночует здесь, ведь устал как собака. А утром поговорит с отцом по-мужски.
В коридоре инстинкт заставляет его замедлиться. Прислушаться. Рэм останавливается и всматривается вглубь. Кто-то скрывается за углом, мелькает подол белого воздушного платья.
37
Рэм
Губ Рэма касается едкая усмешка. Вот, значит, как?
Он заходит в свою комнату. Решает принять душ и затем покинуть родительский дом несмотря на непогоду. Что дракону какой-то дождь, а родителей он приструнит в другое время.
Пробивается мерзкое чувство вины — сам же и согласился на жену по договору. Чему сейчас удивляться?
Но Рэм не любит признавать ошибки. На поле боя он не ошибается никогда. Ведомый даром, всегда выигрывает. Он хороший солдат, просто семьянин паршивый.
Снова усмехнувшись, стягивает сапоги, срывает с плеч мундир. Пока расстегивает рубашку, мрачно сверлит взглядом стену с дурацким пейзажем. Одежда стесняет его, хочется быстрее встать под душ, смыть с себя воспоминания о последней неделе.
И самое поганое, что уже ничего не изменить.
Раздевшись донага, он заходит в купальню, облицованную темным мрамором и плиткой.
Просто стоит под потоками воды, стараясь привести мысли в порядок. Во рту разливается горечь и чувство омерзения к самому себе. Рэм не привык к такому. Ему не хочется себя винить, но перед глазами маячит образ Анны, которую он предал.
Уперев руку в стену, Рэм стискивает зубы. Закрывает глаза и вспоминает бывшую жену.
Анна хладнокровно кинула его кольцо на пол. Она видела, что оно засветилось, но проигнорировала этот факт. Как будто кольцо для нее ничего не значило.
Но он помнит. Его жена любила фантазировать, что когда-нибудь артефакт засияет, связав их истинностью. Она не могла повести себя настолько жестко.
Рэм давит поднимающееся в груди рычание.
Та женщина, что бросила ему вызов, не Анна. Его истинная — незнакомка.
«Потеряла память», — сказала она, очнувшись после падения в саду. Жаль, он не сразу понял.
Он ничего о ней не знает, но ее упрямство будит в нем хищные инстинкты. Нет, эта женщина не уйдет от него.
Анна не должна была играть с ним — теперь он не оставит ее так просто.
И она его истинная. Что делать с этим обстоятельством Рэм решительно не понимает. В итоге решает придерживаться простого плана — присвоить Анну, а потом, наверное, жениться на ней снова.
Выключив воду, Рэм проводит ладонью по лицу. Короткая щетина колет и он вспоминает, что так и не посетил цирюльника. Обмотав полотенцем бедра, выходит в спальню, где его ждет сюрприз.
Изящная блондинка стоит посреди комнаты. Соблазнительные изгибы подчеркивает невесомая ткань ночной рубашки.
— И что ты тут потеряла? — спрашивает Рэм грубовато.
В принципе он ожидал чего-то подобного, но чтобы вот так скоро? А потом в спальню ворвется его мать в сопровождении свидетелей? Смешно, конечно.
Эва слегка дрожит, но гордо держит голову. Старается смотреть ему в лицо и вся розовеет. Возможно, никогда не видела голого мужчину. Но тогда какого беса?
Девица судорожно вздыхает и одним плавным движением скидывает рубашку. Мягкая ткань ложится у ее ног и Рэм сдерживает ругательство. Стиснув челюсти, хватает со стула плед и быстро набрасывает на Эву. Подбирает с пола невесомую рубашку и сует ее под подушку в кресле.
— Генерал Грэхем, — с придыханием шепчет Эва.
Но у него на Эву свои планы. Плотно прижав ее к себе спиной, Рэм тащит дуру к балконной двери. Она растерянна, но не сопротивляется. Только часто дышит и цепляется за его руки.
— Скажи спасибо богам, что я не свободен, — произносит он
