хитрость. Я сделал вид, что споткнулся и недостаточно быстро увернулся от очередного взмаха топора. Он зацепил меня самым краем торчащего на обухе шипа и практически не нанёс вреда. Однако, своей цели он достиг — рогатый почуял, что развязка близка и стал менее осторожным. За это я поплатился двумя зарубками на броне, одна из них была совсем не запланированной. Зато во время очередного широкого замаха, я поднырнул ему под ручищу и всадил клинок в горло, пропоров кольчужный воротник. Почему-то латы архидемона не имели дополнительной защиты этой очевидной уязвимости.
Не веря своим глазам демон уставился на ручей крови хлынувший из раны. Так, с изумлением на лице, он и осел на камни встав на колени. Не воспользоваться моментом я не мог и красочно казнил архиврага. Демоны, окружавшие нас, пришли в неистовство. Одни бросились в атаку на нас с Митрофаном, другие ушли, третьи начали потасовки между собой, но таких было меньше всего. Перебить нападавших не составило особого труда. Мы даже помогли потасовщикам выяснить отношения. Посмертно. А потом пришёл черёд трофеев. Что доспехи, что оружие архидемона были слишком велики и тяжёлы для нас. Зато нашёлся кристалл накопитель заряженный демонической энергией. Зачем он был нужен главарю — неизвестно, он и магом то не был. Приятной особенностью камня оказалось то, что он не фонил и не терял заряд. Это говорило о высшем качестве как материала так и обработки. К примеру на нашей военной технике у накопителей был норматив потерь.
А ещё от тела главаря осталось целых две чёрные кости. Кодекс привычно всё поглотил и нарастил ещё два тиснения на корешке. Сколько там прибавилось древнего знания, проверять не стал, поскольку появилась другая проблема, а именно армия вторжения. Я ничуть не сомневаюсь, что они собирались одним махом покончить с Цитаделью и выйти уже на нашей стороне, начав боевые действия фактически в тылу. Интересно, сколько ещё таких армий сидят по разломам и ждут команды? Вряд ли много, но даже так, масштаб впечатляет, особенно учитывая что подобных котлов по стране разбросано ещё штук пять.
Есть такая поговорка: не беги от снайпера — умрёшь уставшим. Сегодня я её дополнил: Не воюй с некромантом — умрёшь и станешь его подчинённым. Я даже не стал вступать в бой самолично. Отсиделся в тылу как большинство моих коллег. Заодно показал ученику как надо делать, а как не надо. Вроде бы понял, но это не точно. Уж очень скептическое у него было выражение лица в тот момент. Ничего, лет через сто, сто-пятьдесят остепенится и в первых рядах скакать перестанет. Особенно если суставы ломить начнёт, хе хе.
Зачистка шла ещё полора дня. Пока выбили всех из Цитадели, потом рыцари гонялись в пустоши за беглецами — зачем ценному материалу пропадать? Параллельно с этим искали якоря. Камней в крепости было пять и чтобы добраться до последнего пришлось сперва откопать фундамент донжона до самого дна, а потом ломать каменный блок, который, судя по всему, ещё и зачаровали при строительстве. Жертвенным скелетом оказался… Вы не поверите, снова Семецкий Ю. Каким-то мистическим образом в моей армии в третий раз нашёлся скелет с хорошо сохранившейся нашивкой на остатках униформы. В третий раз он был целым, удивительно но факт. Это позволило ему приковылять ко мне самостоятельно, когда в нём возникла необходимость.
Посетовав на превратности судьбы, я выдал ему кинжал, хлопнул по плечу и ушёл. Скелет постоял некоторое время в ступоре, потом отдал честь и стал спускаться в раскоп — дожидаться условного сигнала.
Разрушение Цитадели событие не рядовое для Инферно. Стоило провалиться донжону, как в том месте где он был показалось красное щупальце с когтями вместо присосок. Выяснять что за Адское Котулху завелось в Тартаре никому из нас не хотелось, поэтому все дружно поспешили отойти подальше от эпицентра катаклизма. И весьма вовремя — щупальца начали сметать фотрификацию себе в яму, задевая, в том числе, и пространство за линией стен. Останься мы на месте — полетели бы в провал вместе с обломками крепости.
Столба энергии не было. Совсем. Подозреваю, что из-за щупальцатой образины. Тем не менее, мы с Митрофаном ощутили, что как и положено в Кодексы вливается энергия. А потом открылись обратные порталы. Две штуки. Каким-то шестым чувством я понял, что один вёл к нам, а второй нет. Идея, что разлом мог быть использован для преброски войска нашла ещё одно подтверждение.
Возвращение обратно в свой мир прошло довольно буднично. Не было ни праздничного оркестра,ни даже почётного караула. Следом за нами успели перейти рыцари и около пары тысяч скелетов-воинов. Почти все из оставшихся изначально. Евро-зомби перейти не успели, что было немного обидно. Столько времени и сил оказалось потрачено зря. Единственный, кто из них вернулся — тот, на ком я оставил послание на русском и английском: кто к нам с чем зачем, тот от того и того.
Охрана периметра едва не отработала по нам из пушек, благо я догадался отправить вперёд Сахарка, чтобы он предупредил командование о нашем возвращении. Уже возле внутренних врат нас встречали как положено — комендант крепости лично вышел поздравить нас с успешным завершением миссии. Судя по обескураженному лицу, он так и не поверил до конца, что разлом закрыт и одной головной болью у него меньше. Пришлось испортить ему настроение документами, случайно найденными в осадном лагере. Котяра хотел навертеть из них папирос, набрав в Разломе подозрительной травы, но был вовремя остановлен. Документы оказались отобраны, а трава уничтожена. После этого Сахарок ещё почти две минуты ходил рядом, горестно мяукал и периодически прикладывался к чайнику. Наказывать его в тот момент было некому — мы напряжённо изучали содержимое бумаг.
Вчитавшись, комендант изменился в лице и сайгаком ускакал в свой кабинет — докладывать начальству. Больше нас никто не задерживал, поэтому мы беспрепятственно вернулись в поместье.
За прошедшие дни произошло сразу несколько незначительных, на первый взгляд событий. Была достроена альтернативная дорога в Гатчину, заодно отремонтировали старую, вместе с тем участком, который не попал под реконструкцию. Новенькое бетонное четырёхполосное шоссе выглядело скорее как каприз богатенького раздолбая, чем задел под будущее развитие поселения. Деревенские, собственно, так и говорили. Между собой, разумеется.
Ещё запустили линию разделки и заморозки ценных органов. Вопреки опасениям жителей, да и моих тоже, будем честны, посторонних запахов она не давала. То, что было нельзя заморозить, а требовалась иная
