Колючая проволока сразу нашла широкое применение в военных инженерных сооружениях. Ее вовсю использовали в русско-японскую войну (28.01.1904 -23.08.1905 гг.) и было отмечено, что при атаке на укрепления, обнесенные колючей проволокой атакующих гибнет в три раза больше, чем без нее. Нам известны такие цифры: в Первую Мировую войну на один километр заграждении шло 40 тонн колючей проволоки, Императорская армия в 1915 году потребляла ежемесячно 36 000 тонн проволоки, Германская армия за всю войну до половины 1918 года израсходовала на всех фронтах, западном и восточном, 600 000 000 тонн колючей проволоки[25].
Пока еще не подсчитано количество колючей проволоки, израсходованной Советским Союзом на охрану сухопутных границ на предвоенные и армейские инженерные сооружения во Второй Мировой войне, на ограждение учреждений Гулага и РПУ исправительно-трудовых учреждений, территорию, попавшую под ядерные испытания и зараженную ядерными излучениями местности типа Семипалатинского полигона, островов Новая Земля, Чернобыля и т. д. Немцы, народ «практичный», подсчитали, что на каждого солдата Вермахта ушло 5 тонн только стали!!!
Для людей с делинквентным поведением (отклоняющимся от норм и законов гражданского общества) колючая проволока становится повседневным оформлением жизни, она пронизывает все сознание, душу, пространство. Она везде: территории тюрем и ИТУ ей наполнена сполна, ей огорожены локальные зоны (жилые и рабочие), ей обрамлена запретна, колючка на зэковском жаргоне, крыши и заборы опутаны паутиной и «спиралями Бруно» — из проволоки новой формации, штампованной, не только колющей, но и режущей до костей. Называют ее «егоза», разматываясь, она может перерезать человека на куски.
Устройство «лазейки» в изгороде из колючей проволоки (из журнала «Техника коллективному промысловому хозяйству», № 3. М, 1936)
По проводкам запреток начиная со вторых прядей сверху пропускается электрический ток. Запретки также оборудованы сигнализацией и электронным наблюдением. К колючке не только подходить запрещено, но и смотреть на нее — она полностью под автоматным пристрелом. Для «ценителей и почитателей» колючего орнамента сообщим некоторые полезные сведения о проводке, зафиксированные в ГОСТах и ТУИ (технических условиях изготовления)[26]. Ограждаются исправительные учреждения как одноосновной, так и двухпрядной горяче-оцинкованной колючей проволокой. Ее изготовляют из термически обработанной проволоки, имеющей временное сопротивление разрыву не менее 350 Н/мм2 (36 кгс/мм2 и выдерживающей не менее пяти прогибов на 180? Диаметр проводки часто разный: у основы обычно 2,8 мм у шипов — 2,0. Бывает и один и тот же у шипа и основы.
Шипы, которые обычно вяжутся из более мягкой проволоки, четырехигольчатые, сидят на основе под углом 30°, такой же у них и угол заострения. Угол заострения неоцинкованный, быстро ржавеет и является часто источником заражения крови при попытке преодоления. Охранная практика показывает, что проволочные заграждения более надежны, чем даже бетонные стены. Почти неизвестны случаи, чтобы зэки беспрепятственно преодолевали сетки зап-реток, «спирали Бруно» (спирали колючие) и «поля Спотыкача» (сеть на низких кольях) и ловушки-ежи Фельдта. Для преодоления необходимо, как пишут в военных инструкциях, сноровка, ножницы для резки проводки Корсакам (вес одного погонного метра проволоки около 100 граммов); они двух типов: короткие (38 см) и длинные (65), необходимы усилия двух рук в лежачем положении, или умения рубить проводку у столбов зелингенским топориком, иль японским косарем, накидывать брезет поручика Бахмача и т. д.
В Гражданскую войну 1917–1922 гг. красноармейцы при штурме Перекопа швыряли на колючку все — шубы, тулупы, шинели, исподнее белье — только так перешли заграждения; на Волочаевской сопке бросались намертво на заграждения и по ним, уже трупам, шли атакующие. Во вторую Мировую войну заграждения смертью преодолевали штрафбаты. В нынешней Чеченской войне в такую паутинную сетку попал террорист Шамиль Басаев. Итог — лишился ноги. Во время войны убитых на заграждениях обычно не убирали, и сейчас тех, кто бросается на запретки, стремясь покончить жизнь самоубийством, извлекают не сразу — нужно вызывать комиссию, отключать электроток, сигнализацию, наблюдения и т. д. На это уходит много часов. Напоследок сообщим, что самым мощным проволочным заграждением мира являлась граница между двумя законопослушными странами ГДР и ФРГ. Она была построена по советскому проекту с немецкой тщательностью — длиной в 1393 км километра и колючим забором на металлических столбах высотой в 3,2 метра, была обнесена бетонными стенами, дорогами, дзотами, сигнализацией, минными полями… Была смертью для людей и раем для шмелей, зайцев и кроликов.
Проволочные заграждения во Второй Мировой войне, в Корейской и нынешних преодолевают авиабомбардировками, артиллерийским огнём, минометами и лучшая проходка — танками, сейчас со специальным навесным оборудованием.
Интересно, что тема колючей проводки почти не нашла места в лагерном жаргоне (фени). Только в двух словарях: В.М. Попова «Словарь воровского и арестантского языка» и С.М. Потапова «Словарь жаргона преступников. Блатная мызыка» из четырехтомного «Собрания русских воровских словарей» Владимира Козловского[28] упоминается «проволока тонкая». Так до Октябрьского переворота и в первые годы советской власти назывался длиннорукий вор, ловко залезающий в карманы. Колючая проволока присутствует в оформлении лагерных накожных татуировок. Ей уделяет повышенное внимание в своих псевдотатуировках художник-примитивист Данцик Балдаев (см. Ковач Акош, Штрес «Татуированный Сталин» на венгерском языке и «Татуировки заключенных»[29]). Считается по народному поверью, что если присниться колючая проволока, то ожидай тюрьмы или запоя. Это нашло отражение в известной песне Александра Галича.
«А прощаясь, говорят на прощанье:
Было б в мире положение попроще,
Мы б охотно Вам присвоили званье.
А так, — говорят, ну, ты прав, — говорят, —
А продуктая Ваша лучшая!
Но все ж, — говорят, — не драп, — говорят,
А проволока колючая…
— Ну, что ж — говорю,
— Отбой — говорю,
— Пойду, — говорю,
— В запой, — говорю,
Взял и запил»[30].
ПРИЛОЖЕНИЯ
«Побить камнями»
Отношение к убийству и воровству по библийским источникам. Убийство. Разница между умышленным и неумышленным убийством ясно выражена в законе (Исх. 21:12 и дал.; Чис. 35:16 и дал.; Втор. 19:4 и дал.), где представлены два признака, которые придают смертельному удару характер умышленного убийства, а именно: употребление оружия или враждебное отношение убийцы к убитому. Если эти признаки отсутствовали, то лишение другого жизни рассматривалось как нечаянное убийство. Убийство вора при взломе среди дня считалось преступлением, ночное же таковым не считалось (Исх. 22:2 и дал.). Для нечаянного убийцы, который не был убитому врагом «вчера и третьего дня», имелось верное убежище в 6 городах, но ни жертвенник, ни город убежища не могли спасти умышленного убийцу (Исх. 21:13 и дал.; Чис. 35:31 и дал.; Втор. 19:11 и дал.; 3 Цар. 2:5, 6, 28 и дал.). Намеренное убийство искупалось только жизнью убийцы (Лев. 24:17). Это основной закон, который признавался уже первым убийцей — Каином (Быт. 4:14), ясно высказан Иеговою уже в Быт. 9:5 и дал.; он был ясен и языческим народам (Деян. 28:4). Убийцу, по обвинению не менее двух свидетелей, должно было немедленно побить камнями (Чис. 35:50). Если убитый был найден на поле и неизвестно было, кто убил его, то ближайший город должен был очиститься приношением в жертву телицы (Втор. 21:1 и дал.). Бог выражает в разных местах Писания Свое отвращение к этому преступлению и говорит о наказании за него (Втор. 32:43; Пел. 9:13; Ос. 1:4; Отк. 22:15). Христос осуждает одинаково строго как фактическое убийство, так и мысленное, т. е. ненависть к ближнему (Мат. 15:21 и дал.; 1 Иоан. 3:15). В Законе ничего не говорится о самоубийстве. Писание судит об этом в случаях самоубийства Саула, Ахитефеля и Иуды Искариота (1 Цар. 31:4; 2 Цар. 17:23; Деян. 1:18). В Деян. 16:28 отношение к самоубийству выражается словами: «не делай себе никакого зла».
Воровство (Исх. 20:15) в некоторых случаях наказывалось смертью (Исх. 21:16; Втор. 24:7). Укравший должен был отдать вдвойне и даже в 5 раз больше того, что украл. Если, напр., украденный вол был найден живым, то вор должен был отдать двух волов, а если вол был уже убит или продан, то укравший должен был отдать пять волов за этого убитого или проданного. Штраф взыскивался с вора посредством продажи его имущества, а в случае недостачи покрытия — даже его самого (Исх. 22:1 и дал.; 2 Цар. 12:6; Срав. Прит. 6:30 и дал.; Лук. 19:8). Если вора ночью случайно убивали на месте преступления, то смерть его не вменялась в преступление (Исх. 22:2).
