Определить точные цифры погибших не представлялось возможным из-за особенностей пострадавших территорий.
Причин для многочисленных человеческих жертв было более чем достаточно. Муссонные дожди, очень обильные на протяжении трех лет, вызвали наводнения в районе Дарбханга и смыли летний урожай риса. Кроме того, они значительно ослабили почву под строениями в городах и деревнях, что вызвало моментальное разрушение тысяч зданий в городах Дарбханга. К тому же первые толчки начались незадолго до рассвета, когда большинство жителей находилось в постелях, что стало причиной многочисленных жертв в этом относительно малонаселенном районе мира.
«Послышался нарастающий гул, который казался жутким, демоническим» — так рассказывал о приближении землетрясения Ишрар Джа, автомеханик, проживающий в индийском городе Патна. Он, как и другие люди, говорил, что десятки тысяч людей выбежали на улицы и поля этого раскинувшегося во все стороны города, когда начались первые толчки. «Казалось, что наступил конец света», — заметил Бешан Джа, фермер, который привез своих тяжелораненых жену и малолетнего сына в больницу медицинского колледжа Дарбханга. Больница была переполнена до такой степени, что больных укладывали прямо на полу в коридорах.
В Непале, одной из наименее развитых стран мира, где население живет в основном у подножия Гималаев, количество погибших оказалось гораздо больше и размеры разрушения значительнее. Через три дня после землетрясения из-под развалин деревень в зоне землетрясения было извлечено 700 тел погибших. Тысячи людей получили ранения. Считается, что гораздо большее количество человек было погребено многочисленными оползнями, вызванными землетрясением. В отличие от Индии, имеющей широкую сеть ирригационной системы, базирующейся на грунтовых водах, фермы Непала, в основном, используют дождевую воду. И эти ирригационные каналы также внесли свой вклад в снижение устойчивости склонов гор в районах деревень.
18000 каналов были либо разрушены, либо сильно повреждены. Общие потери оценивались в десятки миллионов долларов. Свыше миллиона долларов было выделено пострадавшим США, Европейским содружеством, Австралией и Британией. США доставили для бедствующих стран свыше 200000 квадратных метров полиэтиленовой пленки для создания временных укрытий, так как многие семьи боялись входить в свои старые жилища. «Еще один сильный дождь — и все рухнет», — объяснил ситуацию фермер из Непала, когда его семья забилась под импровизированный тент, по которому яростно барабанил очередной дождь.
НИКАРАГУА
Манагуа, 21–22 декабря 1972 г.
75 процентов города Манагуа (Никарагуа) было разрушено землетрясением 21–22 декабря 1972 г. При этом 7000 человек погибли и 200000 человек остались без крыши над головой.
* * *
Первый жестокий толчок потряс столицу Никарагуа — город Манагуа в 11.10 21 декабря 1972 г. Десять минут спустя последовал второй, не причинивший разрушений, но вызвавший ужас людей. В 1.10 22 декабря по городу прокатился третий толчок из этой серии. Он был более чувствительным, его сила оценивалась в 6,25 балла по шкале Рихтера. За ним последовали еще малые толчки, которые так сотрясали городские здания, словно они были сложены из кубиков.
До этого Манагуа уже дважды подвергался разрушениям в результате землетрясений и пожаров. Первый раз — в 1885 г., затем — в 1931 г. В этот раз город снова сровнялся с землей. Он превратился в сущий ад, в котором погибли 7000 человек и 200000 человек остались без крова. 75 процентов городских строений было разрушено, еще 10–15 процентов грозили вот-вот обвалиться. Население города с 325000 человек уменьшилось до 118000 человек.
Первые толчки 22 декабря собрали свои жертвы. Крушение зданий сопровождалось взрывами, которые раздирали землю, оставляя на ее поверхности расселины и огромные провалы. Из расселин били фонтаны серного дыма. Город охватили многочисленные пожары, с которыми нельзя было справиться из-за массовых повреждений водопроводной сети.
Оставшиеся в живых люди в предрассветной мгле в панике бежали из города. «Вдоль улиц были разбросаны сотни изувеченных трупов, — описывал потом обстановку тех минут один из очевидцев. Некоторые еще были завернуты в простыни, у некоторых отсутствовали головы, руки и ноги».
Связь с внешним миром прекратилась, когда рухнули трансляционные вышки. Правда, один человек, по имени Энрике (больше о нем ничего неизвестно), передавал сообщения о землетрясении по своему радиолюбительскому передатчику. Он стал единственным связующим звеном между Манагуа и остальным миром. «Люди охвачены паникой, как зомби бегут по улицам, — вещал он. — Здания дают трещины. Лица, руки и ноги людей, покидающих свои жилища, покрыты кровью. Катастроф, подобной этой, мы никогда не видели».
Всю ночь полыхали пожары. С воздуха Манагуа выглядел так, словно подвергся массированному бомбардировочному удару. На рассвете командующий армейским инженерным корпусом полковник-лейтенант Хосе Алагрет ввел в город своих людей, чтобы пресечь буйно процветавшие грабежи и оказать помощь в проведении спасательных работ. Увиденное потрясло его. «Это город, которого уже нет», — просто, но выразительно сказал он.
Единственно возможным было решение разрушить то, что уцелело, и начать все строить заново. Некоторые люди оставались в городе и теперь бродили по задымленным развалинам. Была предпринята попытка освободить руины города от людей, чтобы из-за разложения трупов не началась эпидемия. Правительство Никарагуа снизило поставки городу продовольствия, оставив только свободное распределение воды в бутылках и других напитков.
Прибыла команда уничтожения из США, чтобы наряду с другими строениями уничтожить и сильно пострадавшее здание посольства США. Пожарное подразделение объявило город «зараженной зоной» и стало завершать его полное разрушение. Все посыпали известью, потому что теперь руины превратились в место массового захоронения погибших во время землетрясения людей.
Грабежи и мародерство продолжали процветать, особенно после того, как войска прекратили все попытки противостоять им. Сотни людей совершали рейды на центральный рынок, к универмагам, унося с собой все, что поддавалось транспортировке, включая швейные машины и одежду.
За городом была вырыта общая могила, где похоронили 2000 человек. Впоследствии другие трупы сжигали прямо на месте.
США оказали помощь на сумму 3 миллиона долларов. Поставки продовольствия и других необходимых средств шли со всех концов света.
В нескольких километрах от Манагуа никаких разрушений не было. Это еще раз подтвердило мнение геологов, много раз предупреждавших власти о том, что город построен на разломе. Будь он возведен всего в 50 километрах в стороне, он избежал бы двух предыдущих трагедий.
Урок из катастрофы извлечен не был, город снова построен на прежнем месте. Значит, надо опять ждать, что он подвергнется разрушительному землетрясению.
ПОРТУГАЛИЯ
Лиссабон, 1 ноября 1755 г.
50000 человек погибли во время Великого Лиссабонского землетрясения, фактически состоявшего из 500 подземных толчков. Это произошло 1 ноября 1 755 г. Весь город, вместе со своими бесценными сокровищами искусства и памятниками эпохи Просвещения, был разрушен.
* * *
Великое Лиссабонское землетрясение 1755 года — наиболее сильное землетрясение нового времени — было катастрофическим по многим параметрам. Оно погубило целый город. Все, что уцелело от подземных толчков, было поглощено огнем пожаров. На том месте, где когда-то возвышался славный город, остался тлеющий углями зловонный пустырь. Но еще более ужасными оказались человеческие жертвы. По официальным данным, эта цифра равнялась 50000. Но другие, не менее достоверные, источники дают сведения о 100000 унесенных человеческих жизнях.
Потрясающим был и масштаб землетрясения. Его разрушительная сила ощущалась на территории в 2 миллиона квадратных километров, особенно в Северной Африке, в Фесе и Мекнесе (Марокко), где от ударной волны землетрясения погибли 10000 человек.
Наконец, самые тяжелые потери заключались в невозместимой утрате богатейших библиотек и неповторимых произведений искусства, хранившихся в частных и публичных музеях Лиссабона. Прошлое, по мнению некоторых наиболее влиятельных мыслителей Великого Просвещения, было разрушено. Осталось только настоящее, но и оно было неопределенным. Инквизиция еще сотрясала Лиссабон и наводила не меньше страха, чем стихийное бедствие. Противник инквизиции -неукротимый оптимизм — в этот день умер в Лиссабоне. Реальность ворвалась в жизнь с первыми волнами землетрясения, которые обрушились на город утром в субботу праздника Всех Святых — 1 ноября 1755 года. Мир после этого уже никогда не будет прежним.
