Идите, куда шли! – Я вылетела вперед, загораживая женщину собой, но от этого стало только хуже: Митино лицо исказила гримаса гнева.
Боже! Он выглядел как разъяренный бульдог, готовый в любой момент сорваться с поводка.
– Эй, пьянчуга, ты полы-то мыть будешь? – продолжал измываться Борька из 10-го «Б», и это была его роковая ошибка.
У Димы будто отказали тормоза: он налетел на парня, заехав ему в челюсть. Взвизгнув, как поросенок, Боря отлетел на пол, изумленно потирая место удара. Голоса разом стихли. Ребята переводили взгляд с Воинова на его мать, кажется, наконец, начиная что-то понимать.
– Мама… – все обернулись на потерянный голос Богдана.
Он уселся на колени рядом с невменяемой женщиной, помогая ей подняться.
– Что здесь происходит? – Директриса обвела собравшихся мрачным взглядом.
Мое сердце сжалось до такой степени, что было больно сделать вдох. Жаль, что это не первоапрельская шутка. Все пошло прахом.
Глава 25
– Тогда слушай сюда: отец Нелли – один из замов руководителя Департамента образования и науки. Он курирует нашу школу. Нужно с ним поговорить. Ты пойдешь со мной? – поинтересовался Никита.
– Конечно! – ответила я, не раздумываясь.
– Тогда я зайду за тобой часиков в восемь вечера – прогуляемся до Корсаковых. Надеюсь, получится уговорить Александра Николаевича.
– Дима ни в чем не виноват. Тот парень сам его спровоцировал! – сказала твердо. – Я уверена, отец Нелли все поймет.
– Надеюсь.
Закончив разговор с Никитой, я вновь набрала Мите, но его телефон так и не начал подавать признаков жизни. Специально пошла другой дорогой, чтобы пройти мимо дома Воинова в надежде на случайную встречу, но, увы, мой план провалился.
Бодров оказался пунктуальным и ровно без четверти восемь караулил около моего подъезда. Дорога до дома Корсаковых заняла минут двадцать – они жили в кирпичной новостройке с охраняемой территорией двора. Вместо того чтобы позвонить в домофон, Никита посмотрел на часы, а потом мы оба обернулись, заслышав быстрые легкие шаги по тротуару.
– Богдан! – От переизбытка чувств я чуть не бросилась парню на шею.
– Привет… – отозвался брат Димы глухо.
Встревоженные нотки его голоса моментально вернули с небес на землю.
– А где Митя?
– Лучше тебе не знать… – Покачав головой, он опустил взгляд.
– Ладно. Сейчас самое главное поговорить с Корсаковым. Болтают, что Петрова уже настучала на Димку.
– Как же это все не вовремя. – Богдан устало вздохнул. – Ведь она держалась почти три недели, а потом как по накатанной – немного вина во время ужина, бутылочку пива в честь выходных… Сорвалась на дне рождения собутыльника. Но кто же знал, что мать пойдет в таком состоянии в школу?
– Сделанного уже не вернуть. Сейчас самое главное, чтобы Митьке не поломали жизнь! – Бодров решительно выжал кнопку домофона, и спустя несколько секунд железная дверь раскрылась.
Поднявшись на лифте на пятый этаж, мы оказались около внушительной двери из красного дерева. Никита снова позвонил. На это раз открыли не сразу. В коридоре послышались голоса на повышенных тонах. Мое сердце сжалось от мысли, что у нас ничего не получится.
Наконец Нелли бесшумно открыла дверь, выпорхнув на лестничную клетку. Было непривычно видеть ее в домашнем платье и без привычного идеального макияжа.
– Ребят, сегодня не лучшее время, правда. – Одноклассница с карамельными волосами до плеч смерила нас грустным взглядом.
– Мы хотели поговорить с твоим отцом, – возразил Никита, делая шаг вперед.
От меня не укрылось, с каким интересом он разглядывал стройную фигуру блондинки.
– Увы, он сегодня не в духе. С учениками нашей школы весь год творится какая-то чертовщина! Отец уже прикрывал твою маму в Департаменте, и сегодня ему прилетел выговор. – Нелли покачала головой. – Это все мать Петрова! Подняла бучу из-за того, что Дима треснул ее сыночка! А то, что придурок измывался над его матерью, – ничего!
Повисла достаточно длительная пауза, во время которой каждый из нас думал о чем-то своем. Наконец я пробормотала:
– Неужели Диму правда могут выгнать за два месяца до окончания школы? Должен же быть какой-то выход?
– Они с Петровым уже дрались прошлым летом. И гад пообещал отомстить Митьке… – тихо пояснил Богдан.
Мы вновь обреченно переглянулись.
– Ладно. Вы идите, а я попробую поговорить с отцом. К нашей школе сейчас и так очень пристальное внимание в Департаменте… Любой инцидент как под микроскопом.
– Спасибо, Нелли, только мы никуда не пойдем, – выдала я решительно. – Будем ждать на улице, пока твой отец не пообещает помочь Диме!
– Роза…
– Ему сейчас и так нелегко. А если не дадут доучиться – это будет настоящим ударом. Неужели вы не понимаете?
И, не дожидаясь ответа, я поспешила по ступенькам вниз. Судя по шагам за спиной, парни шли следом. Богдан помог открыть железную дверь, бросив двоюродному брату через плечо:
– Ник, ты иди, а мы с Розой немного посидим на лавочке.
– Эй, я своих не бросаю! Разобьем палаточный лагерь? – Бодров лукаво выгнул темную бровь, на что мы с Богданом благодарно рассмеялись.
Через час стемнело, а мы так и продолжали сидеть у Корсаковых под окнами, тихонько переговариваясь о всякой ерунде. Спустя еще один час наша решимость поутихла. На место ей пришло отчаяние. Теперь мы просто молча несли свою вахту, как солдаты на важном посту.
Благо апрельский вечер выдался относительно теплым, правда, в какой-то момент кончики моих пальцев все-таки окоченели, и я вынуждена была надеть перчатки.
Вдруг в кармане завибрировал телефон.
– Нелли звонит! – Я пожала плечами, принимая входящий вызов.
– Хватит сидеть, как три тополя на Плющихе! Поднимайтесь – отец вас ждет! – сказала она своим привычным командирским тоном.
– Александр Николаевич нас приглашает… – Я даже не смогла скрыть счастливой интонации в голосе.
– Пойдемте скорее, пока он не передумал! – воодушевился Богдан.
– А вот это уже другой разговор… – оживился Никита.
* * *
– Ну, и что у нас здесь за неуловимые мстители? – сдержанно улыбнулся Корсаков, после того как наша троица разместилась на их большой светлой кухне. – Нелли, скорее налей ребятам чай! Не хватало еще кому-нибудь простудиться.
– Спасибо, но мы сюда не чаи распивать пришли! – возразил Никита, однако отец Нелли отрицательно покачал головой.
– Так, пока не согреетесь, разговаривать не буду, – сказал он, как отрезал, и нам пришлось подчиниться.
Кстати, к чаю подали изумительный шоколадный торт. Вдруг на душе стало гораздо светлее, а в животе появилось приятное чувство сытости.
– Ну, а теперь перейдем к делу, ребят. – Александр Николаевич вздохнул, бросив озадаченный взгляд на часы. – Все очень непросто, и вы должны это понимать. Дело в том, что Светлана Викторовна не должна была принимать на работу человека, у которого имеется алкогольная зависимость. После этого
