– Что значит обойдемся? Нет уж… Как это – мужика без хлеба кормить… Неуважение получается к мужику, хоть и к такому скоропостижному.
И, повернувшись к Саше, состроила уморительную рожицу, подняв рыжие брови домиком:
– Не будете ли так добреньки, Александр, не сгоняете ли за хлебцем? Это недалеко, магазин в нашем же доме, со стороны улицы. Не заблудитесь, надеюсь?
– Постараюсь, Маргарита.
– Я белую булку люблю, а Лизка черный бородинский предпочитает.
– Хорошо, я учту.
Как только за Сашей закрылась дверь, Ритка тут же сунулась к ней с любопытным вопросом:
– А кто он, Лизка?
– Как – кто? Человек, не видишь, что ли.
– Да я и без тебя вижу, что не собака и не верблюд. Кто он по профессии? Из чиновников небось?
– Нет, Ритка, не угадала. Он учитель. Школьный учитель.
– Учитель? – взметнула вверх брови Ритка. – Надо же… А вообще, мне теперь все понятно… Это как раз в твоем духе, Лизка… Только ты себе могла в мужики учителя откопать. Что ж, самое то для тебя, каждой твари по паре, как говорится… А по какому предмету он учитель?
– Русский язык и литература, Рит.
– Ой, ё-моё… Тогда уж точно в самую тютельку. Нет, надо же… Чудны дела твои, господи… А он женатый небось?
– Да… Да, конечно.
– А ты, выходит, его из семьи увела?
– Я не уводила. Само так получилось.
– Ага… Я так понимаю, по большой взаимной любви получилось. И давно?
– Что – давно?
– Ну, любовь-то у вас давно?
– Нет… Но мне кажется, что всегда была, Рит… Когда мы еще и не знали друг друга, она уже была… Только заблудилась в годах и во времени. Представляешь, я ведь могла тоже поступить на филологический… Должна была поступить…
– А знаешь, он ничего. Вполне такой симпатичный. Вы с ним похожи чем-то, взгляд у вас одинаковый. И вообще… смотритесь. Он здесь, в городе живет?
– Нет. У него здесь мать живет. И дочка. Она, кстати, подружка моей Машки.
– А как они отнеслись к вашему… Ну, как это сказать…
– А они еще не знают, Рит. Еще никто ничего не знает.
– Ну, ты даешь! И жена не знает?
– Нет…
– Ой, мать моя… Ты хоть понимаешь, что тебя в ближайшее время ждет? Это ж такая морока… И с сильным характером баба не выдержит, не то что ты, лань пугливая.
– Я выдержу, Рит.
– Ну, дай-то бог… О, вон и твой в дверь звонит, ишь, как сгонял быстро.
Сели за стол, Саша откупорил бутылку шампанского. Ритка подняла свой бокал, сглотнула нервно, глаза ее вдруг увлажнились:
– Ну, ребята… С богом, что ли? Пожелайте мне удачи… Еду незнамо куда…
И выпила до дна, со стуком поставила бокал на стол, бросила в рот оливку. Глянула на Сашу, подмигнула:
– Чего так печально на меня смотрите, Александр? Да, еду! Тоже замуж хочу, как все приличные бабы! Может, и мне повезет, как Лизке!
И, не дав ему ответить, сразу приступила к делу, пробарабанив маникюром по пластиковой столешнице:
– Значит, так, ребята, слушайте меня сюда. За квартиру я с вас недорого возьму, всего триста долларов в месяц, это по-божески. За деньгами Катька будет приходить, моя племянница, ты ее знаешь, Лиз… Я ей задолжала порядочно, пока в дорогу собиралась – визы, билеты, одежки новые, то да се… В общем, ей будете отдавать, она уже в курсе. Договорились на двадцатое число каждого месяца. Телефон Катькин там, на тумбочке в прихожей, если что… Вся техника, что в квартире, в вашем распоряжении, пользуйтесь на здоровье. Соседи тоже о вас знают, я предупредила… Ну, вот вроде и все…
– Хорошо, Рит, я поняла. Спасибо тебе.
– Ты звони мне хоть изредка, Лизка. И на электронный адрес тоже пиши.
– Ладно, Рит…
– Ой, вот еще что! – резко повернулась она к Саше, распахнув глаза. – Совсем забыла, пока названивала туда-сюда… У меня ручка из чемодана не вытягивается, может, посмотрите, Александр? Чемодан-то тяжелый получился… Не переть же его на себе в аэропорту!
– Да, конечно… – поднялся Саша из-за стола. – Где у вас чемодан?
– А там, в комнате, возле дивана… Сможете сделать?
– Постараюсь.
Когда Саша ушел, Ритка сунулась к ней через стол, цокнула языком:
– Да, подфартило тебе, Лизка… Хороший мужик, спокойный. А глаза-то, глаза какие! Умнющие, так в душу и смотрят… А главное, сразу видно, что аккуратный…
– Хм… Хм! – едва сдержала она рвущийся наружу смешок. – Ты, Ритка, сейчас как дама-профессорша из кино «Москва слезам не верит»… Помнишь, как она из лифта Алентовой кричала – а она аккуратная, мол? А Муравьева ей в ответ – аккуратная я, аккуратная!
– Ага… А профессорша еще ей ответила – ладно, живите тогда… Вот и вы живите, Лизка. Рада я за тебя, сил нет… Слушай, а вдруг его жена скандалить вздумает, волосенки на твоей голове рвать? Он сможет тебя защитить, как думаешь?
Саша вернулся на кухню, сел на свое место, улыбнулся:
– Все в порядке с вашим чемоданом Рита. Никаких проблем. Можете не волноваться.
– Что, уже сделал? Вот это да… Вот что значит – мужик в доме…
– Ну что вы, Рита! – скромно улыбнулся Саша, подливая ей в бокал шампанского. – Ручку на чемодане отремонтировать – это не показатель…
– Ну да. В этом вы правы, спорить не буду. Значит, так, Александр, слушайте меня сюда… – вдруг посуровела лицом Ритка, – за Лизавету вы мне головой отвечаете! Если в обиду кому дадите, я даже из Австралии вас достану, поняли? Чтоб ни один волосок с ее головы в мое отсутствие не упал!
Саша лишь тихо рассмеялся, откинув голову назад. Глянув на Ритку, произнес весело:
– Торжественно вам обещаю, Маргарита, что никому и пальцем дотронуться до вашей подруги не дам. Лучше сам буду бить, по субботам, после бани.
Ритка хмыкнула, улыбнулась, задумчиво глотнула шампанского. Потом произнесла со вздохом:
– Ладно, хорошо с вами… Да только мне пора уже. Такси через десять минут должно подъехать.
– Мы тебя проводим, Рит! – с готовностью предложила она.
– Не, не надо, Лизк… В аэропорт я сама поеду, куда вы на ночь глядя… Вон, какие оба квелые от скоропостижных решений, вам сейчас не до меня… В такси посадите, и ладно.
Тут же пискнул мобильник в Риткином кармане, она деловито глянула на дисплей:
– О, а вот и такси… Все, ребята, спускаемся. Александр, берите чемодан… Лизка, ключи у меня не забудь забрать! Где моя сумка? О господи, вот она…
Суматошно загрузились в лифт, спустились вниз, к такси. Ритка напоследок совсем расквасилась – все твердила о каких-то мелочах, о подтекающем в ванной кране, о цветах, чтоб не засохли, о ключах от почтового ящика… Потом обняла ее, сильно прижала к себе:
– Пока, Лизка. Молись, чтобы я быстро не вернулась. Кто ж его знает, как оно все сложится… Может, и повезет мне на этот раз?
– Пиши, Ритка! Я каждый день почту проверять буду!
