Дрогобыч широко раскинулся в долине, разросся, помолодел, став городом заводов, школ, техникумов, студентов. Ипатов с благодарностью вспомнил своего первого наставника — чекиста Якова Антоновича Журавлева. К сожалению, он умер несколько лет назад, и его похоронили тут, в Дрогобыче. Нет в живых и Александра Лебедева, с которым Ипатов дружил и работал в то тревожное время.
Из Дрогобыча «Волга» вышла на шоссе, ведущее к Самбору. Вскоре машина свернула влево, в сторону Быстрицы, к тому месту, где стоит старая водокачка.
Как родного брата, встретил здесь Ипатова Семен Михайлович Котик.
— До сих пор, значит, воду качаешь? — улыбнулся Ипатов.
— Двадцать лет…
Это он, Семен Михайлович, в одном нижнем белье убежал из своей хаты от бандеровцев на водокачку. Здесь остался жить и работать. Недавно построил новый дом в Лужке, так что приглашает на новоселье.
…В светлой просторной горнице собралось много знакомых, приятелей Семена Михайловича. Все это — хлеборобы, колхозники. Была здесь и старенькая мать Богдана. Зашла молодая женщина — дочь Филимона Лисовича, первого колхозного бригадира, которого убили оуновцы. Это — Марийка, Мария Филимоновна, мать двоих детей. Растет новое поколение Лисовичей…
В доме оживленный говор, песни, веселый смех, С чувством гордости смотрел Александр Васильевич Ипатов на обновленный край, на счастливые лица людей и вместе со всеми радовался торжеству новой жизни.
ИВАН ЛЮБАЩЕНКО
ЖИЗНЬ — ПОДВИГ
СТРАНИЦЫ ИЗ БИОГРАФИИ
Когда я впервые увидел этого голубоглазого, седеющего человека, услышал его мягкий, задушевный голос, то он показался мне по-домашнему мирным, спокойным собеседником, с которым приятно поговорить о самых обыденных вещах. Это чекист Иван Гордеевич Перебенов. Из его личного дела я узнал о том, что он смелый разведчик, не раз смотревший смерти в лицо, умеющий разгадывать коварные замыслы врага, находить правильное решение в самой сложной обстановке.
И только потом, когда я провел с Перебеновым несколько вечеров, понял, что его «мирная» внешность — не от кажущегося спокойствия, а от уравновешенного характера, который формировался в течение многих лет.
Удивительная жизнь у Ивана Гордеевича! Такой жизни позавидует каждый. Сколько в ней интересного, поучительного! Вот хотя бы такой факт. Обычно люди празднуют свой день рождения один раз в году, а Перебенов — дважды — 31 декабря и 28 августа. 31 декабря он родился, а 28 августа — воскрес из мертвых.
…Советские суда, вывозившие в 1941 году из Таллина ценное имущество, в открытом море были внезапно атакованы фашистскими самолетами. Бомбежка причинила им огромный ущерб. Судно, на котором находился Перебенов, затонуло. Мало кто из его команды остался в живых. Тридцать часов добирался Иван Гордеевич на обломке доски к советскому берегу. И добрался! Вот и празднует теперь 28 августа как день своего второго рождения.
В такие сложные ситуации Перебенов попадал не раз. В Варшаве его чуть не расстреляли по ложному доносу агентов Армии Краевой; в одном из сел Лопатинского района на его жизнь покушались бандеровцы; в Яворовском районе ему постоянно подбрасывали записки с угрозами.
Вот скупые строки из биографии чекиста Ивана Гордеевича Перебенова. Родился он в Киевской области в 1912 году. Закончил металлургический техникум. В 1938 году Луганский горком ЛКСМУ рекомендовал его в органы государственной безопасности. После окончания школы чекистов Перебенов становится оперативным работником НКВД Житомирской области. В годы Великой Отечественной войны работал в контрразведке Советской Армии, затем — в Войске Польском. В 1946 году Перебенова назначили начальником Лопатинского, а в 1951 году — Яворовского райотдела госбезопасности. В связи с болезнью ушел в отставку. Теперь живет и работает во Львове.
За успешно разработанные и осуществленные чекистские операции Перебенов награжден многими советскими и польскими орденами и медалями.
В ОСАЖДЕННОМ ЛЕНИНГРАДЕ
Немцы беспрерывно бомбили и обстреливали Кировский район города. В первые дни осады Ленинграда бомбежка велась беспорядочно. Если вражеские самолеты прорывались в черту города, они сбрасывали свой смертоносный груз куда попало: на жилые дома, площади, парки. Но через некоторое время фашистские стервятники даже по ночам стали вести прицельную бомбежку.
Контрразведке Ленинградского фронта стало ясно: в Ленинграде действуют вражеские лазутчики, которые наводят самолеты на важные объекты. Это предположение подтверждалось и пожарами, которых становилось все больше в городе, особенно в тех кварталах, которые враг не мог обстреливать артиллерийским огнем или бомбить с самолетов. Так ни с того ни с сего загорелся Гостиный двор, сгорело несколько жилых домов…
На оперативном совещании в управлении контрразведки разработали план поимки вражеских лазутчиков и диверсантов. В первую очередь надо было «нащупать» канал их связи, засечь место, откуда немцы забрасывали их в Кировский район города. Осуществить разработанный план было поручено оперативной группе, в которую входил и старший оперуполномоченный Иван Гордеевич Перебенов.
Первым делом чекисты хорошо обследовали обширные пригороды, примыкающие к линии обороны, побывали в окопах, на стыках между армейскими частями, оборонявшими город. Мнение у всех было одно: враги могут проходить линию фронта только пустырями, примыкающими к Пулковским высотам, да в районе проспекта Стачек.
Усилили наряды, стали высылать к линии фронта ночные дозоры. Казалось, что теперь к Ленинграду не прорвется незамеченным и заяц. Однако наводчики вражеских самолетов, поджигатели домов продолжали действовать.
Тогда Перебенов предложил переправить к немцам своих людей. Пусть войдут к фашистам в доверие, предложат свои услуги. Может, и клюнет? Возможно, таким путем удастся «нащупать» вражеский канал связи? Начальник отдела Николай Петрович Кабанов, руководивший операцией, выслушав Ивана Гордеевича, согласился. Готовить людей к переброске во вражеский тыл, руководить их разведывательной работой он поручил Перебенову.
К немцам Перебенов направил двух восемнадцатилетних комсомольцев — Мишу и Петю. Сыновья рабочих и сами рабочие, юноши в свободное время рыли окопы под Ленинградом, дежурили на крышах домов, обезвреживая зажигательные бомбы, сбрасываемые вражескими самолетами, в составе рабочих дружин патрулировали по городу. Иван Гордеевич не раз до этого встречался с комсомольцами, видел их в деле. Особенно нравился ему голубоглазый, с веснушками на лице Петя. Он поражал Перебенова находчивостью, умением хорошо разбираться в людях. Худощавый, черноволосый Миша, на первый взгляд казался флегматичным, а на самом деле был смелым и ловким парнем.
Темной дождливой ночью юноши благополучно перешли линию фронта и надолго застряли в немецком тылу. Перебенов ждал их возвращения одну неделю, другую, третью… Но от юных разведчиков не было никаких вестей. «Наверное, хлопцам не удалось перехитрить абверовцев… Значит, сам виноват. Что-то не доделал, упустил», — думал Иван Гордеевич. Думал так, а в душе все же надеялся, что они возвратятся, операция завершится успешно.
Миша с Петей появились в Ленинграде на квартире, которую им указал Перебенов. На них была добротная одежда, на щеках алел румянец.
— Откормились на немецких харчах, — пошутил Петя.
Юноши рассказали Ивану Гордеевичу о своих мытарствах у немцев.
Когда перешли линию фронта, на допросе в абвере в первую очередь показали листовки, которые немцы тоннами разбрасывали над Ленинградом. «Посмотрите на нас — кожа да кости остались, — говорил немцам Петя. — А вы в своих листовках обещаете хлеб, масло…» Хлопцы клялись, что готовы верой и правдой служить немцам, помогать им. Фашисты, конечно, хорошо знали, в каких нечеловеческих условиях живут ленинградцы в осажденном городе, надеялись, что голодные люди не выдержат, сдадутся. И все же юношам сначала не поверили. В абвере их допрашивали, избивали, но Петя и Миша стояли на своем.
И немцы поверили. Приодели их; подкормили, снабдили продуктовыми карточками и перебросили через линию фронта в Ленинград. Задание дали — действовать в Кировском районе.
— Нам поручили определить местонахождение зенитных установок, обороняющих район с воздуха, — сообщил Миша.
— Мы поможем вам в этом, — улыбнулся Перебенов.
Советские чекисты снабдили юных разведчиков ложными сведениями и через несколько дней снова переправили через линию фронта. Спустя неделю комсомольцы опять встретились с Перебеновым на ленинградской квартире.
— Кажется, поверили! — воскликнул Петя. — Снова дали задание разведывательного характера.
