— Ты в порядке? Я что, коснулась еще одной незарубцевавшейся раны? Извини.
Он помотал головой.
— Нет-нет, ничего.
Ногар вдруг схватил куртку и заковылял вниз по лестнице. Стефи последовала за ним.
— Ты куда?
— Спасибо, что напомнила мне о Бобби. Как это я раньше о нем не подумал? Нужно связаться с ним, и немедленно.
— Ты уверен, что сейчас подходящее время, чтобы будить человека, даже если он — твой старый друг?
Ногар не ответил, пока не добрался до видеофона.
— Думаю, сейчас только он может мне помочь.
Он отключил канал новостей.
— Брысь, Эйнджел…
Крольчиха возмущенно залопотала что-то по-испански, но убралась с дивана.
— Черт побери, Кисуля, мог бы быть и повежливее с дамой.
Она гордо прошествовала на кухню, намереваясь, видимо, выместить свое негодование на каком-нибудь ни в чем не повинном овоще. Ногар, проигнорировав оскорбленные чувства крольчихи, приказал компьютеру набрать номер Роберта Дитриха.
Несмотря на столь ранний час, Бобби ответил почти немедленно:
— Здесь Роберт Дитрих, с кем имею… — Рыжебородая физиономия Бобби расплылась в широкой улыбке, когда он узнал Ногара.
Раджастан тоже был рад видеть старого друга.
— Эй, тигрище, что происходит? Федералы с ног сбились, разыскивая тебя…
— Мне нужны твои услуги в качестве компьютерного пирата.
Бобби изобразил на лице недоумение:
— Что вы такое говорите, мистер Раджастан? Я никогда не занимался незаконной деятельностью и не намерен заниматься ею впредь.
Бобби подмигнул.
— Старик, у меня нет времени на шутки. Так ты поможешь мне?
— Приезжай.
* * *
Стефи предложила Ногару воспользоваться ее машиной, но об этом не могло быть и речи. «Плимут Антей» уже примелькался всем — и полиции, и Зипперам и МЛИ. Ногар вызвал такси.
Эйнджел все еще дулась на него. Раджастан подумал, что вел себя с ней слишком уж грубо. Ну ладно, ничего страшного. Тоже мне, принцесса. Потом извинюсь, сейчас нет времени.
Такси не заставило себя ждать. Через пару минут к дому Мэнни подрулил древний «Ниссан Тори» довоенной модели. Ногар втиснулся на заднее сиденье и только тогда увидел, что такси управляется живым водителем.
Грузная негритянка с выкрашенными в ярко-рыжий цвет курчавыми волосами уставилась на Раджастана, сверкая огромными белками глаз. Ногар мысленно обругал себя — нужно было заказать такси с дистанционным или программируемым управлением.
— Ни хрена-а-а себе… — протянула негритянка.
— Только не надо говорить, что у тебя никогда прежде не было пассажиров-моро.
— Мне не сообщили из диспетчерской, что…
Ногар, протянув руку вперед, сунул свою кредитку в счетчик и набрал на клавиатуре приличную сумму. Сейчас он мог себе это позволить.
— Ну что же, они не сообщили тебе потому, что я не уведомил их. А какие проблемы?
Она увидела цифры, выползающие на экранчик дисплея, и удивленно хмыкнула.
— Прошу прощения, мистер… э-э…
— Раджастан.
— … мистер Раджастан, но я просто не ожидала увидеть в этом районе кого-то… вроде вас. Куда ехать?
— Давай к мосту на Мэйн-Авеню.
До места назначения желтый «Тори» добрался минут за пятнадцать.
— Останови вон там, — Ногар указал на вход в узкий проулок и отстучал на счетчике еще сотню баксов. — Если тебя не затруднит, подожди меня здесь.
— Ну что вы, мистер, нисколько не затруднит. Не торопитесь, я подожду.
Ногар выбрался из машины и направился в проулок, который упирался в небольшое, похожее на пакгауз, одноэтажное здание. Подойдя к двери здания, Раджастан нажал кнопку интеркома и посмотрел в объектив внешней видеокамеры.
— Это я, Бобби.
Дверь бесшумно распахнулась, и Ногар шагнул через порог. Изнутри дом не казался маленьким; он представлял собой одну громадную комнату. Окна, изготовленные из десятков небольших квадратов пластика, пропускали в помещение каскады яркого солнечного света, не освещавшего, однако, углы комнаты, в которых затаились темные тени. Большую часть пространства занимали металлические полки, настолько высокие, что едва оставалось место для свисающих с рифленого потолка вентиляторов, которые медленно вращали своими лопастями.
Ногар услыхал негромкое жужжание электромотора и, обернувшись, увидел, как из-за ближайшей полки, заваленной архаическими осциллограммами, вырулило кресло-каталка с восседающим на нем хозяином, мистером Робертом Дитрихом. Бобби подкатил к Ногару и протянул руку. Друзья обменялись рукопожатиями.
— Поехали в мой офис, — сказал Бобби.
Ногар пошел вслед за креслом, которое ловко маневрировало в лабиринте полок и шкафов. Раджастану шибануло в нос характерным запахом старой электроники — сочетание статической пыли, озона, трансформаторов и горелой изоляции. На полках лежали вышедшие из строя электронно-лучевые трубки, клавишные пульты, голосовые телефоны, мотки кабеля и проводов и груды старых печатных плат.
«Офис» Бобби представлял из себя небольшое пространство, ограниченное четырьмя высокими полками. У одной из них стоял обшарпанный стол, за которым матово поблескивали четыре монитора.
Бобби заехал за стол и указал Ногару на кресло напротив. Раджастан осторожно сел, поморщившись от боли в бедре.
— Здесь нас никто не побеспокоит. Ну, рассказывай, что происходит.
Ногар обстоятельно рассказал Бобби, что происходит.
Спустя час Бобби откинулся на спинку кресла и покачал головой.
— Понятия не имею, во что ты вляпался, но от таких политиканов, как Байндер, лучше держаться подальше. — Бобби подъехал к одной из полок, которую почти полностью занимал большой предмет в виде стеклянного колпака. — Впрочем, все политиканы — дерьмо.
— Ты знаешь Байндера?
Бобби запустил руку в нишу рядом с колпаком и вытащил оттуда металлическую тележку с двумя процессорами — один древний, производства корпорации «Сони», другой более современной модели, «Тунья-2000».
— Я ненавижу Байндера. — Бобби презрительно фыркнул. — Фашиствующий ублюдок. Лучше бы ты расследовал дело о ЕГО смерти.
— Но почему именно его ты так ненавидишь?
Ногар вполне разделял чувства Бобби по отношению к Байндеру, но никогда прежде не слышал, чтобы Бобби выражал вслух свои политические взгляды.
— По многим причинам. К примеру, на последнем заседании Палаты представителей он поставил на голосование вопрос о замораживании программы НАСА по исследованию дальнего космоса.
Бобби снял с полки небольшое устройство голубого цвета с парой светодиодных дисплеев и стандартной клавиатурой. Из задней стенки аппарата тянулся волоконно-оптический кабель со штепсельным разъемом на конце.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
