– Все это только твои предположения, – Лола спорила просто из упрямства.
– А вот мы проверим. Если всем заправляют люди из «Химтекса», то они вполне могут базироваться на той старой заброшенной фабрике в Парголове. Вот как раз ехать недалеко. И пробок мало.
Лола посмотрела в глаза своему компаньону и поняла, что ни за что не отговорит его от сомнительного предприятия. Не только сомнительного, но и опасного. Конечно, ей хотелось помочь великому режиссеру Фанфаронову, но не ценой собственной жизни. Но Ленька же все равно ничего слушать не станет. Ой, ну за что ей все это?..
Леня проехал по улице поселка, оглядываясь по сторонам.
– Судя по адресу, старое здание косметической фабрики должно быть здесь, – проговорил он, сверившись со своими записями, – но я что-то не вижу ни одного подходящего здания.
– И я не вижу, – робко поддержала его Лола. – Может, уже поедем домой?
– Подожди, – отмахнулся Маркиз. – Не ты ли мечтала помочь великому Фанфаронову? Раз уж мы здесь, давай хоть что-то узнаем. Хотя бы найдем фабрику…
– Ну, и где ты хочешь это узнать?
– А где в любом поселке можно все узнать? Разумеется, в магазине! Магазин в таких населенных пунктах – это что-то вроде клуба по интересам…
Леня подкатил к деревянному дому с яркой табличкой над дверью:
«Продукты. Напитки. Хозтовары».
– Раньше такие заведения назывались сельпо! – сообщил он Лоле со знанием дела. – В них продавалось все, от хлеба и соли до амбарных замков и топоров.
– Ленечка, какой же ты старый! – не удержалась Лола.
– Цыц! – прикрикнул на нее компаньон и вошел в магазин.
Действительно, в маленьком магазинчике чего только не было – крупы и сухари, конфеты и печенье, макароны и консервы, свечи и туалетная бумага, жидкость для розжига и средство от комаров…
В углу громоздились какие-то странные зеленые коробки.
За прилавком скучала круглолицая и розовощекая особа лет тридцати с хвостиком. При виде Лени она заметно оживилась:
– Заходи, молодой-интересный, у меня как раз недавно завоз был!
Тут она заметила за спиной у Маркиза Лолу и заметно поскучнела. Улыбка на ее лице мгновенно выцвела, превратившись в гримасу хронической скуки.
– И что же вам завезли? – проговорил Маркиз для поддержания разговора.
– А вот водка любая, пиво в банках и бутылках, вино испанское, очень, между прочим, хорошее…
– Вино – это хорошо, – одобрил Маркиз. – Только я вот хотел спросить. У вас здесь поблизости фабрика была косметическая. Что-то я ее никак не могу найти.
– А у меня здесь, между прочим, не справочное бюро! – фыркнула продавщица. – Вот купи чего-нибудь, тогда и поговорим!
– Я куплю, куплю… – Леня оглядел полки. – А вот это что за зеленые коробки?
– Это? – продавщица поморщилась. – Да это хозяин, дурак, лягушек игрушечных купил. На дешевизну польстился, а теперь вот третий месяц они стоят, только место занимают и пыль собирают. Хоть бы одну кто купил! Да кому они нужны-то?
– Лягушки? – с интересом спросил Маркиз. – Я люблю лягушек! А что они умеют делать?
– Известно что – ее заведешь, а она скачет и квакает! Что еще лягушка может делать?
В доказательство своих слов продавщица достала из коробки большую пластиковую лягушку, повернула ключик в спине и выпустила лягушку на прилавок. Та запрыгала большими скачками, при этом издавая странные звуки, совсем не похожие на кваканье. Допрыгав до края прилавка, лягушка с грохотом свалилась на пол и замерла кверху брюхом.
– Какая прелесть! – оживился Маркиз. – Сколько у вас таких?
– Двадцать штук.
– Беру всех!
– Ну ты даешь, молодой-красивый! – оживилась продавщица. – Я тебе еще и скидку сделаю!
– И насчет фабрики, – напомнил Леня.
– Ах, фабрики-то… так она подальше, за переездом и направо. Там наша улица продолжается. Только там больше никого нет, закрыли ту фабрику…
– Ну, это не страшно. Я, может, старые фабричные здания фотографирую. Для истории.
Леня расплатился, собрал в стопку коробки с лягушками и покинул магазин под удивленным взглядом продавщицы.
– Леня, зачем тебе эти лягушки? – спросила Лола, когда они вышли на улицу.
– А ты не знала, что я люблю лягушек? Особенно заводных?
– Первый раз слышу.
– Ну, считай это моим маленьким капризом.
– Ну ладно купил бы одну, а зачем тебе двадцать?
– Чтобы они не скучали. Лучше открой дверцу, а то у меня руки заняты.
– Иногда мне кажется, что у тебя что-то не в порядке с головой.
– Ой, а что только мне не кажется… иногда!
Леня сложил лягушек на заднее сиденье, сел за руль и поехал к железнодорожному переезду.
Миновав его и выполнив указания продавщицы, они действительно увидели в конце улицы высокий забор, а за ним унылое здание заброшенной фабрики.
– И что ты надеешься здесь найти? – спросила Лола, когда они подъехали к воротам. – Уж Арины Фанфароновой здесь точно нет! Это место не в ее стиле!
– Не торопись с выводами! – возразил Маркиз, разглядывая ворота. – Видишь, здание заброшено, забор давно проржавел, а замок на воротах новенький?
Он вышел из машины, поковырялся в замке и без проблем открыл ворота.
За забором был унылый пустырь, посреди которого возвышалось столь же унылое здание фабрики. Оно казалось бы необитаемым, если бы не одна деталь.
Перед дверью этого здания стояла машина.
Новенький черный внедорожник с тонированными стеклами.
– Не знаю, как насчет Арины, – проговорил Маркиз, вылезая из машины, – но кто-то здесь определенно есть…
Он подошел к черному внедорожнику, взглянул на него… и вдруг повернулся к Лоле:
– Смотри-ка, что я нашел!
В дверце черной машины трепыхалось крошечное розовое перышко.
– Ты помнишь, как была одета Арина Фанфаронова, когда пропала?
– В шляпку с розовыми перьями! – тихо проговорила Лола, которой передалось Ленино волнение.
– Что и требовалось доказать! – Леня выдернул перышко из-за дверцы. – Арина здесь!
– И что мы теперь будем делать?
– Наше оружие – внезапность!
Леня отогнал свою машину за угол, осторожно выдавил стекло в одном из окон первого этажа, пробрался внутрь и помог Лоле.
Они оказались в большом пустом помещении, на стене которого находился щит с электрическими рубильниками.
В дальнем конце помещения виднелась приоткрытая дверь, из-за которой пробивался тусклый свет.
– Наверное, вот там они и занимаются своими черными делами! – проговорил Маркиз, показав на эту дверь. – Подожди меня здесь, я скоро вернусь, только возьму кое-что из оборудования!
Леня выбрался через то же разбитое окно и вскоре вернулся.
Он нес фонарик в тяжелом металлическом корпусе и большой пластиковый мешок, из которого торчали зеленые коробки с заводными лягушками.
– Леня, ты в своем уме? – испуганно прошептала Лола. – Зачем тебе эти лягушки?
– Чтобы они скакали и квакали!
– По-моему, ты просто впадаешь в детство! – Лола выразительно повертела пальцем у виска.
Леня ничего ей не ответил, он подкрался к приоткрытой двери и заглянул в нее.
За этой дверью виднелись ступени, уходящие в подвальный этаж. Снизу доносились приглушенные голоса.
– Лолка, теперь ты мне должна помочь. Иди к электрическому щитку и по моей команде выключи главный рубильник. А потом беги к нашей машине, включи зажигание и сиди тихо. И очень тебя прошу – постарайся не попасть под пули.
– Под пули? – Лола побледнела. – Ты думаешь, кто-то будет стрелять? Но у тебя-то нет оружия!
– Нет – и не надо! Я же говорил: наше оружие – внезапность! И еще лягушки…
– Достал ты уже меня со своими лягушками!
– Тише! – Леня поднес палец к губам. – Время пошло!
Он открыл подвальную дверь пошире и махнул Лоле рукой. Она дернула ручку рубильника, и свет в подвале погас.
Снизу донеслись раздраженные голоса.
Леня включил фонарик и начал спускаться по лестнице.
Он быстро прошел два лестничных марша.
