Медсестра сделала Арнаву укол, проверила капельницы и ушла. Тара вернулась на место и встала рядом с его кроватью. Ее лицо пылало. Она проявила слабость. Она не хотела, чтобы кто-то видел ее такой, особенно Арнав.
– Тара…
– Я не могу больше говорить об этом.
– Я понимаю. Ты можешь вспомнить что-нибудь еще?
Она упомянула полицейскую фуражку, которую видела, и наблюдала за реакцией Арнава.
– Может ли шакал быть офицером полиции? – спросил он.
– У него был властный голос. Как будто ему принадлежала половина Мумбаи, и он привык к тому, что ему все подчиняются.
Арнав сжал челюсти и, казалось, унесся мыслями куда-то далеко. Через некоторое время он снова повернулся к ней и, покопавшись в телефоне, показал ей фотографии разных полицейских фуражек.
– Какая из них похожа?
Тара указала на фуражку цвета хаки с вышитой золотом черной лентой.
– Похожа на эту, но я не уверена до конца. Там было темно.
Все эти фуражки – хаки, с золотой вышивкой, с коричневой полосой и черной – смешались у нее в памяти.
Арнав сделал паузу, прежде чем задать следующий вопрос:
– Какой это был вокзал? Или ты каждый раз ездила на разные?
– Нет. Это был Боривали, и раньше, и сейчас. И на мне была одна и та же одежда.
– Одна и та же?
– Да. Шетти давал мне ее поносить, а потом я возвращала ее вместе с телефоном.
– Что за одежда?
– Ах, эта серебристая блузка и сари с синими блестками, туфли на каблуках! Хоть бы никогда их не видеть.
Арнав приподнялся.
– Синее сари с блестками?
– Да.
– Ты бы узнала его?
Тара вспомнила, как шелковая подкладка сари касалась ее кожи и как царапались пайетки, когда она случайно задевала их руками.
Когда она дала утвердительный ответ, Арнав открыл телефон и показал ей фотографии. На них были синие блестки в маленьком пластиковом пакетике.
За всю свою карьеру в баре у Шетти только одну вещь Тара сделала правильно. Не говоря ни слова, она встала и направилась к сумочке, лежащей на столе. Вернувшись к Арнаву, она положила кусок ткани с синими блестками на его перевязанную ладонь.
Глава 47
Арнав
Тара сказала, что ее клиентом мог быть офицер полиции. Это ужаснуло Арнава. Старший офицер, если Тара права. Он мог продвинуться по службе с тех пор. Его фуражка могла смениться.
Никому не доверяй.
Синие блестки. Ткань, которую ему дала Тара, была похожа на фотографии на экране. Может, жертвы надевали одно и то же сари на протяжении десятилетий, а может, и нет. Однако версия, согласно которой преступником является офицер полиции, была вполне логичной. Человек, занимающий такую должность, знает, как помешать расследованию и не дать себя обнаружить.
Судя по его собственному опыту, мумбайские полицейские не отличались героизмом. Джоши не стал расследовать дело об изнасиловании Аши. Мхатре приказал Арнаву игнорировать то, что явно было делом рук серийного убийцы, из-за влияния магната Танеджи. Шинде собирал хафты, как мафиози, встречался с девушками из бара, несмотря на то, что был женат, и не признался, что узнал жертву убийства.
Шинде не вернулся и не отвечал на звонки Арнава. Переживая за свое плечо, беспокоясь о том, вернется ли Тара к Шетти, и размышляя над тем, что рассказал ему друг, Арнав мечтал, чтобы поскорее появилась Наик. Он мог бы попросить ее разобраться хотя бы с владельцем бара.
«Помяни черта», – пробормотал он про себя, потому что Наик постучала и вошла в именно этот момент. Любой другой человек начал бы с того, что спросил, как дела и может ли он чем-то помочь. Но только не его помощница.
– Рада видеть, что вы очнулись, сэр. Есть новости о черном фургоне.
Ему нравилась ее способность сразу переходить к делу.
– Нашли его?
– Да, сэр. Наш констебль опознал его. Криминалисты сейчас его обрабатывают. Фургон был вымыт, но команда говорит, что обнаружила следы крови под ковриком в задней части.
– Я позвоню и потороплю их, – пообещал Арнав. – Кого-нибудь уже арестовали?
– Мы собрали несколько подозреваемых для допроса. Пока не знаем, кто был за рулем фургона. Констебль, который преследовал его, говорит, что один из подозреваемых подходит под описание. Похож ростом и телосложением на человека, который выбросил чемодан. Ходит ссутулившись.
– А что насчет списка звонков этого подозреваемого?
– Проверяем. Конфисковали его телефон.
Пока Наик рассказывала, Арнав обдумывал, как не вмешивать в дело Шинде и Тару, по крайней мере на данный момент. Чтобы защитить Тару, он должен рассказать Наик о ее роли жертвы и свидетеля. О проступках Шинде он пока умолчит. Арнав продолжит скрывать их в тайне по крайней мере до тех пор, пока не побеседует с ним более откровенно и не выяснит важные подробности.
– У меня есть информатор, который утверждает, что нам нужно присмотреться к Шетти, – наконец сказал он, – владельцу «Синего бара».
– Поставить кого-то следить за ним?
– Доставьте в участок.
– У нас нет улик, которые бы связывали его с этим делом.
– Мы знаем, что одно из тел принадлежит Нехе Чоби. Информатор говорит, что она была танцовщицей в одном из заведений Шетти. Поищите ее имя в списках пропавших без вести. Он все еще посылает убийце женщин в синих сари. – Тут он передал блестки Наик.
– У нас есть свидетель?
– Да, я попрошу ее дать показания. – Он надеялся, что Тара согласится.
Наик делала записи, пока Арнав рассказывал ей о том, как Тара выполняла задания и что пока она поживет у Нандини.
– Допросите Шетти. Показания у Тары можете взять завтра. Только не говорите ему, что Тара у нас. И ни слова про синее сари.
– Понимаю, сэр. – Наик обвела комнату взглядом. – Может, мне попросить перевести вас в государственную больницу?
Полицейский департамент оплатит его расходы в государственной больнице, но там он будет уязвим для тех, кто за ним охотится.
– Нет, спасибо, Наик. Доктор сказал, что меня скоро выпишут.
– Хорошо, сэр.
– Покажите Шетти тело Нехи Чоби. И держите его на допросе всю ночь. – Это временно обеспечит безопасность Таре. – Также пошлите несколько женщин-констеблей поговорить с девушкой, которая работает в «Синем баре». Ее зовут Митхи. Спросите ее и других танцовщиц, не исчез ли кто-нибудь из их коллег под предлогом возвращения домой в деревню.
– Конечно, сэр.
Наик, казалось, была рада выполнить приказ, хотя она должна была знать, что Арнава попросили отойти от дел. Он сообщил ей, что не принял предложение Джоши о повышении.
– Возможно, вы еще избавитесь от меня, – добавил Арнав. – Господин Мхатре, вероятно, не оставит мне выбора и заставит перейти на работу в Бандру.
– Поздравляю, сэр, – произнесла Наик с принужденной улыбкой. Одно мгновение она выглядела подавленной, что озадачило Арнава.
– Ваши поздравления звучат как-то неискренне.
– Нет– нет, сэр. Это неожиданно, и я удивилась – вот и все.
– Я пойму, если вы захотите отказаться от расследования дела на пляже Акса, учитывая то, что я вам рассказал. А дело в Версове изначально было не нашим: я помогал старшему инспектору Шинде.
– Я у вас в долгу, сэр. – На этот раз ее улыбка была искренней. – Кроме того, мне хотелось бы раскрыть дело Аксы, ведь убийца не остановится, пока мы его не поймаем. Другие женщины могут стать его жертвами.
– Постарайтесь помалкивать об этом деле.
– Господин Мхатре сегодня не в участке. Господин Шинде попросил своих людей вам помогать, так что у нас не должно быть проблем.
Значит, Шинде не сидел сложа руки. Он работал в полицейском участке Мальвани до того, как его перевели в Версову с повышением. Он оказал помощь большинству сотрудников Мальвани в тот или иной момент: кому-то с заявлением на отпуск, кому-то – с домашним средством от кашля, и имел полное право попросить об ответной услуге.
Наконец Наик задала вопрос, который, казалось, все это время не решалась озвучить:
