— Биться до последнего … — зашептал он, — сражение на смерть, пока последняя капля бесовской или человеческой крови не прикоснется к земле… За имя ЕГО… За веру ЕГО… Смерть проклятым! Сме-е-ерть!!!
Эльфийка округлила глаза, шагнула ближе и резко толкнула его кулаком в бок.
— Свихнулся? — проговорила она. — Очнись! Ты не средневековый фанатик и тем более не монах-инквизитор. Кстати, какие из инквизиторов бойцы, да еще с такими нелепыми мечами? Мы сейчас вообще непонятного за кого сражаемся! Это мы, помнишь, Дема? Мы, ты и я! Не сходи с ума. Мы школьники, это всего лишь Игра!
— Безумная, все битвы во имя ЕГО! — неожиданно заорал Дементор, брызгая слюной. Его разум вполне оставался с ним, но тело начало вытворять черт те что. — Мы жаждем крови и отделения душ невинных от грешных! Лишь преданные ЕМУ войдут во врата рая и воссядут подле!
— Эк тебя повернуло, — Эльфийка с ужасом смотрела на приятеля и качала головой, — Ты спятил. Неужели не понимаешь, что так действует на тебя Игра. Кстати, почему я ничего не ощущаю?
Но Игра поглотила уже не только Дементора.
Несколько человек из рядов «воплощенных» выскочили вперед, и принялись бегать вдоль рядов Игроков, размахивая мечами, словно крестами, то есть в перевернутом виде — руками за более длинную часть, за лезвие клинка. Кричали все разное, но общий смысл Эльфийка без труда уловила.
— Братья и сёстры! — орали наперебой. — Постоим за Веру нашу и за Отца нашего Небесного! Проклятые создания не сломят праведной воли! Для павших сестер и братьев найдётся место у ног Вседержителя!
«Перехлёст, — подумала Эльфийка, — либо глюк Игры, либо новая программа. С эмоциями, со страхом и болью мы уже сталкивались на прошлых уровнях. Но что ЭТО? Внешний контроль над мускулами и голосовым аппаратом Игрока или… действительно священная вера?»
Если бы Эля спросила об этом Дементора, тот бы не ответил.
Он на самом деле испытывал те чувства, о которых кричали окружающие его свихнувшиеся геймеры. Программа Игры превратила их в послушных марионеток. Нашла в них червоточину, слабое место.
Странно, но Эля и многие другие «воплощенные» держались. Возможно, силы, которые излучали мечи или все игровое поле уровня воздействовали на разных людей неравномерно. Возможно, кто-то из Игроков мог лучше противостоять этой силе, кто-то хуже.
Но Игра, безусловно ЛОМАЛА психику людей. С каждым шагом своим и криком Дементор понимал, что становиться не просто марионеткой внутри дареного Игрой тела. Но начинает ВЕРИТЬ. Его просто захлестывал экстаз! Разум еще держался за рациональные соображения, но нечто более сильное, чем логика, погружало его сознание в темную глубину.
Убить!!!
Забыв о неудобном эфесе, Дема и ему подобные, составившие как это ни странно, первую линию человеческого отряда, врассыпную, перегоняя друг друга, бросились на врага!
Армия тьмы, между тем, не обращая внимания на происходящие «внутрисистемные» изменения в рядах противника, спокойно выстроилась, не спеша развернулась в широкое каре и побрела навстречу неистовым послушникам я рясах. Чёрные и красные, маленькие и большие, проклятые и преисполненные гневом, ухмыляющиеся, рыдающие и ржущие, многообразные создания преисподней потащились, поползли, запрыгали по земле в направлении серых ряс.
На бегу, обгоняя других фанатиков, Дементор указал мечом на наступающих бестий.
— Убейте их всех! Вперёд! За веру в Него!
Сопровождавшая его линия фанатиков немедленно огласилась криками. Однако остальные послушники, включая Эльфийку, стояли на прежнем месте, не думая атаковать.
Все же две тысячи людей в рясах и несколько десятков тысяч бесов смотрелись на ограниченном каменном поле слишком непропорционально. Исход сражения, казалось, был предрешен.
И тут мечи вспыхнули!
Но только — в первом, атаковавшем ряду фанатиков-сумасшедших.
Мгновенно, они стали частью Игры. Не ботами, но чем-то большим.
* * *
С треском ломающихся костей и оружия, серые рясы врезались в толпы бестий!
Воздух наполнился свистом мечей, рычанием проклятых созданий и адскими стонами. Ручьями хлынула первая черная кровь. Вот только не было слышно ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ криков. Сражавшиеся монахи-послушники не чувствовали боли, не ведали раздумий, не медлили и не уставали.
Багровая волна, такая же кровавая, как пламя, вырывавшееся изо рва перед входом в ад, застлала Дементору глаза. Он осенял бестию крестом, рубил мечом, колол и выкрикивал слова веры. Удивительно, но все эти средства против бестий были почти одинаково хороши. Огромный меч рассекал бесов надвое, но от молитв и крестных знамений плоть адских созданий плавилась на куски. Дементор был не уверен, что у кого-то из прочих «типов» местных существ, кроме подобных ему послушников, крещение и молитва обладали силой оружия. Но в данном случае, в рядах фанатиков, — они работали безотказно!
Спустя секунды после столкновения вражьих армий, ряса Дементора оросилась кровью и кусками плоти дьявольских созданий. Жажда праведной битвы буквально раздирала его на части. Священной битвы во имя священной цели!
— Умрём и воскреснем! Умрем и воскреснем! Падут тела. Но возвысятся души! Возвысятся души! Возвысятся души!
Подобрав темп, он рубил и колол со сверхъестественной скоростью.
Со стороны, возможно, он напоминал сейчас не человека, а самолетный пропеллер, а впрочем, он и его братья в рясах, двигались гораздо быстрей. Ладони Дементора, истерзанные угловатой рукоятью меча-креста уже превратились в фарш. Но Дема, как и прочие, не обращал на это внимания.
Очень редко, один на сотню и даже более, кто-то из окружающих послушников падал. Но умершие собратья смотрели на Дементора с нежностью и полным ощущением счастья. С улыбкой на лице они уходили в царство Того, с чьим именем умирали. Выросшие в современных городах под герметичными куполами, дети техногенной цивилизации вели себя как одурманенные овцы, пёрли вперед, словно с повязками на глазах. Странно, но это лишь придавало сил выжившим. Фанатикам, не ведающим преград!
Эльфийка стояла на небольшом возвышении, в тылу инакомыслящих. Она была из тех многих, кто не поддался частному безумию передовой линии и сохранил ясность мысли. Память о друзьях и о прошлой «реальной» жизни сидела в ней глубоко. Гораздо глубже, чем у «логичного» Дементора и гораздо ближе к сердцу, чем обманка Игры. Возможно, поэтому программа не смогла навязать ей принудительное сражение за веру. Сохранившие собственную волю послушники в рясах ждали и с недоумением, даже страхом смотрели на фантастические успехи своих немногочисленных товарищей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
