Читаем без скачивания Олимпийские игры - Надежда Навара

Не придя к окончательному решению, она решила честно изложить проблему Джеку Колли.

Бывший наёмник внимательно выслушал её, а затем попросил дать ему минуту. Он отошёл в сторону и подозвал к себе Ларсон, Стейнбека и саксонцев.

Трибун сочла ниже своего достоинства прислушиваться к их разговору, а потому невозмутимо ждала.

Краткие переговоры закончились. Джек вернулся к Роберте и неожиданно ткнул её кулаком, целя в живот.

Роберта рефлекторно поставила блок и нанесла встречный удар. Колли отлетел и приземлился на пятую точку. Не понимая причины сумасбродной выходки, она озадаченно воззрилась на поверженного капитана.

Тот поднялся, отдал честь и торжественно отчеканил:

– Я, капитан Джек Колли, признаю поражение в честном бою. Отныне я и мои люди – твои пленники. Прошу не лишать нас статуса воинов, принять под свою команду и разрешить участвовать в предстоящем сражении воинов Сожжённой зоны с лучшими бойцами Олимпии.

Вот же как повернул! Оказывается, за время их общения Колли преуспел в постижении чужого менталитета куда больше, чем она. Даже чистокровный бриид не смог бы найти решение изящней, а формулировку точней. Они выйдут на стадион не толпу забавлять. Они бросят вызов Доминиону.

– Я, Роберта, воин и гражданин Федерации бриидов, властью трибуна возвращаю вам свободу и зачисляю в состав Четвёртого штурмового легиона Ориона. Легион жив. Мы победим!

Она внимательно осмотрела новых подчинённых, заметила, как Колли спрятал довольную улыбку, и посоветовала ему:

– А ты, пилот, когда в следующий раз захочешь подраться с гоплитом, надевай бронежилет.

Тот потёр ушибленную грудь и заверил:

– Принято, командир. Я два раза на одни грабли не наступаю.

Прежде всего Роберта ценила профессионализм, бахвальство же в грош не ставила. Щупленький парнишка, которого звали Корсаков, заметно вырос в её глазах после того, как выяснилось, что он не преувеличил квалификацию своей подруги.

Субтильная и очень домашняя с виду девица споро взялась за дело и примерно через час выдала на-гора пароли для активации трёх ТЕХНО, выбранных Джеком.

С проверкой реакторов и основных систем, заправкой прыжковых двигателей и модулей охлаждения боевых машин новоявленные легионеры управились достаточно быстро.

Дальше пошли проблемы. Ракет и снарядов нужного калибра хватало, да и хранились они с соблюдением правил. Но автоматизированная линия доставки боеприпасов со склада категорически не желала запускаться. Стейнбек, провозившись с упрямым механизмом минут пятнадцать, плюнул и сел на колёсный погрузчик-манипулятор.

Началась адская работа. Наломались все, особенно Роберта. Пока остальные снаряжали стотонный «Моргенштерн» для Джека и сорокатонный «Ирбис» для Грэга, ей, как самой сильной, достался «Титан».

Учебный семидесятипятитонник щеголял избыточным набором «баллистики»: и реактивные батареи, и скорострелка, и магнитно-кинетическое орудие. Положим, кассеты ракет и снарядов подхватывались элеваторами прямо с погрузчика и самотёком уползали в крюйт-камеры ТЕХНО. Только направляй. Другое дело – заряды для МКО.

Поскольку артсклад толком не работал, пришлось вручную достать из упаковочных ящиков сорок сверкающих горошин-переростков – сто пятьдесят килограммов каждая, набить ими пять зарядных лент собственным весом по паре сотен кило, а затем подпихнуть шлейфы на лоток магазина. Чуть не надорвались.

Тем временем наверху, в тренажерном зале, Корсаков потрошил резервный сервер Гросса. Когда «механики поневоле» окончили работу в доках, выяснилось – парнишка порядком преуспел.

Собственно, сам компьютер оказался пуст. Кто-то, по мнению Корсакова – извне, тщательно уничтожил всё содержимое долговременной памяти. По счастью, покойный глава преступного синдиката оказался педантом, система регулярно выполняла резервное копирование на внешний носитель. Последний инфо-кристалл, тот, что на момент атаки стоял в устройстве, также стёрли, но закрома Большого Матиаса и без того хранили массу интересных записей.

– А ну-ка отмотай назад, – попросила Роберта, отсмотрев очередной эпизод со Стрекозоидом в главной роли. – Так. Теперь по кадрам. Ещё, ещё. Стоп. Увеличь.

Весь экран заняло лицо мужчины в солнцезащитных очках.

– Видишь татуировки на морде? – по-своему истолковал её интерес Корсаков. – А вы мне не верили!

– Не кипятись, приятель, уже проехали, – пробурчал Колли и задумчиво почесал кончик носа. – Интересно, что это за хрень?

– Клановая татуировка? – высказала предположение Ларсон. – Рисунок может обозначать принадлежность к какому-нибудь роду или подразделению. Вроде сигнала «свой-чужой».

– Ты ошибаешься, – возразила Роберта.

Она дёрнула вниз застёжку-молнию. Комбинезон распахнулся до середины живота, бесстыдно обнажив крепкую грудь безупречной формы. Трибун повернулась спиной, скинула ткань с плеч и сказала:

– Смотри.

Она услышала сдавленный возглас Корсакова. Потом почувствовала неуверенное прикосновение к спине между лопатками, там, где на коже гнездилась россыпь зеленоватых точек. Голос Джека озадаченно произнёс: «Твёрдые».

– Контактный био-интерфейс, – пояснила Роберта. – Бриид общается с компьютером через дуплексный нейролинк. Связь обеспечивает нервный ганглий в основании черепа. Мозг особи третьего поколения адаптирован для синхронизации и прямого обмена данными с машиной. Полукровкам, как я, в большинстве случаев для полноценной работы с техникой нужна дополнительная имплантация.

Роберта вновь повернулась к зрителям лицом. Поймала на себе восторженный взгляд журналиста, невозмутимо привела одежду в порядок и продолжила:

– Для управления бронекостюмом мне достаточно просто начать двигаться. Имплант считает нейроимпульсы, преобразует их в команды для процессоров опорно-двигательных механизмов брони и обеспечит моей нервной системе обратную связь с ними. Кроме того, он автоматически собирает данные о физическом состоянии организма для мед-диагноста.

– Думаешь, этого очкарика разукрасили в Сожжённой зоне? – спросил Джек.

Роберта отрицательно мотнула головой.

– Посмотри на расположение и количество контактов. – Она указала на экран. – Видишь, основные сосредоточены на висках. Очки скорее всего скрывают те, что вокруг глаз. Я уже говорила, брииду достаточно штуковины, которая у него в голове от природы. Мой имплант – протез, не более. А это… – Она ненадолго задумалась. – Очень похоже на мультиплексный интерфейс для полноценного слияния с компьютером. Он не из зоны. Законы легионов запрещают разработку и практическое использование подобных технологий для биологических объектов.