самой сути разговора.
– Жаль, что в то время магический надзор возглавлял человек со столь плохим чутьем на ложь. – Ингмар пожал плечами. – Иначе Иве Петерсон не удалось бы спасти свою жизнь. Гримуар-то она так и не уничтожила.
– Меняемся? – быстро предложил Шейн. – Я тебе – гримуар. А ты взамен оставляешь Кристу в покое.
Ингмар высоко вскинул брови, всем своим видом показывая, что не ожидал такого предложения.
Да что там, я тоже замерла в изумлении. Почему-то даже пугает такое внимание со стороны Шейна. Как будто у него есть в отношении меня какие-то планы.
– Я не предлагаю тебе забыть об ее существовании, – продолжил вкрадчиво Шейн. – Прекрасно понимаю, что это неосуществимо. Все равно ты будешь за ней следить в выжидании того момента, когда она опять преступит законы магического надзора. Я просто хочу уладить тот несколько сомнительный момент, благодаря которому она обрела силу ведьмы. Ты забудешь про него. А я гарантирую, что Криста больше никогда не посмотрит в сторону запрещенных ритуалов.
– Как ты можешь это гарантировать? – со скепсисом спросил Ингмар.
– О, будь уверен в этом. – Шейн показал в улыбке все свои белоснежные зубы.
Я привычно поежилась, когда Ингмар обратил на меня свой пугающий взгляд. Судя по всему, предложение Шейна по-настоящему озадачило его. Он сильно хмурился, медленно постукивая по колену кончиками пальцев.
– Не упрямься, – попросил Шейн. – Ты же знаешь, слово я сдержу.
– Я просто не понимаю твоей выгоды, – медленно протянул Ингмар. – Ты ведь мог провернуть все до моего появления в Вильморе. Убил бы Эмилию, прихватил бы Кристабеллу с ее гримуаром и фамильяром. И затерялся бы на просторах Грега. Скорее всего, я бы даже не понял, что происходит. Решил бы, что тебя утомила роль добропорядочного консультанта магического надзора, и ты, по своему обыкновению никого не предупредив, решил вернуться к прежней вольной жизни полудемона. Но вместо этого ты терпеливо ждал, когда я сам явлюсь в Вильмор. Не удивлюсь, если и в чары Кристабеллы вложил немного своих сил. Уж больно впечатляющим вышел внезапный пожар на моих глазах и слишком большой выброс энергии при этом произошел. Как будто ты специально привлекал мое внимание. Но зачем?
– Это правда? – возмущенно вскинулась я, выцепив из слов Ингмара лишь подозрение о том, что Шейн может иметь отношение к уничтожению моей лавки. – Это из-за тебя моя лавка сгорела?
– Девочка моя, в твоей лавке было столько хлама, что уничтожить его одним махом было намного эффективнее, чем разбирать, – ответил Шейн, чем подтвердил мои наихудшие опасения.
– Но это была лавка моей матери! – взвизгнула я. – Понимаешь? Память о ней!
И мои губы опасно задрожали от подкативших рыданий, а в глазах защипало.
– Да ладно тебе, – смущенно проговорил Шейн с отчетливыми извиняющимися нотками. – Я лишь чуть-чуть подправил твои чары. Даже без моего вмешательства твоя лавка бы сгорела. Просто не так быстро и не так впечатляюще.
Я горестно всхлипнула, не поверив его убеждениям.
– Честное-честное слово! – Шейн подарил мне обворожительную улыбку, и я почувствовала, как слезы сами собой высыхают на глазах.
Гад он все-таки. Никогда не поймешь, когда он говорит правду, а когда обманывает.
– Только что мое удивление всей этой ситуации достигло небывалых пределов, – вмешался в наш диалог Ингмар.
Он-то и не думал улыбаться, напротив, сидел мрачнее тучи. И я всей кожей чувствовала, как вокруг него сгущается плотное облако недовольство.
– Повторяю свой вопрос, – процедил он сквозь зубы, с нескрываемым раздражением глядя на Шейна, который расслабленно покачивал одной ногой в воздухе. – Ты мог без проблем получить и гримуар, и Кристабеллу Петерсон. Зачем подставил ее передо мной?
– Ой, ну и зануда же ты, – посетовал Шейн. – Я не хотел марать руки об Эмилию. Оставлять ее на свободе было ну никак нельзя. Если бы отдал в надзор – то она раскололась бы на первом же допросе. И ты все равно явился бы за гримуаром к наследнице Ивы Петерсон.
– Хорошо. – Ингмар кивнул, показывая, что принимает такое объяснение. – А что насчет Кристабеллы? Зачем она тебе? Гримуар гораздо важнее.
– Любой гримуар, как ты прекрасно помнишь по истории Тессы Аддамс, можно написать новый, – вальяжно заявил Шейн. – Поэтому отдам я его без особых сожалений.
По лицу Ингмара пробежала отчетливая тень, когда Шейн упомянул имя нынешней верховной ведьмы Грега. По всей видимости, руководителя магического надзора связывала какая-то история с Тессой, и история неприятная.
– Что же насчет Кристы… – Шейн задумчиво потер подбородок. – Поверишь, если скажу, что действовал абсолютно бескорыстно?
– Нет, – тут же рубанул Ингмар. – Это не в твоих правилах.
– Но это правда. – Шейн одним глотком осушил остатки вина и вновь подозвал к себе бутылку легким движением руки. Дождался, когда в бокале заплещется кроваво-красная жидкость, после чего негромко проговорил, нежно поглаживая кромку: – Я вообще люблю целеустремленных людей, которые не пасуют перед трудностями и не обращают внимания на мнение окружающих. Криста долгие годы боролась с насмешками соседей. Раз за разом варила зелья, которые не получались. Не побоялась во второй раз явиться на приемные экзамены, хотя в глубине души понимала, что опять провалится. Даже хуже – выставит себя в глупейшем свете. Но все равно не унывала и верила в себя. Ты знаешь, в моем прошлом было много грехов. И я решил, что, возможно, если я исполню ее мечту, то совершу хоть какое-то благо.
Голос Шейна внезапно задрожал. Он торопливо опустил голову, пряча выражение лица в тени, но я готова была поклясться, что заметила подозрительный блеск его глаз.
Неужели этот невыносимо язвительный и насмешливый тип, полудемон к тому же, почти расплакался сейчас?
– Переигрываешь, – прозвучало сухо от Ингмара. – Не паясничай.
Тотчас же Шейн опять поднял голову и с прежней своей самодовольной ухмылкой взглянул на руководителя магического надзора.
– В общем, такого мое предложение, – проговорил уже серьезнее. – Я отдаю тебе гримуар. Естественно, Эмилию. И ручаюсь за то, что Криста будет самой законопослушной ведьмой в Трибаде. Лично обучу ее правильному использованию силой. Никаких запретных ритуалов. И уж тем более никаких человеческих жертвоприношений. Все в рамках правил магического надзора. А взамен ты оставишь ее в покое.
Я привычно затаила дыхание в ожидании вердикта Ингмара. Тот немного расслабился. По крайней мере, жесткие складки около его рта разлеглись, в глубине серо-стальных глаз зажглись непривычные веселые огоньки.
– А если я откажусь? – спросил, и мое сердце ухнуло в пятки. – Кристабелла Петерсон нарушила закон и должна понести за это наказание.
– Да брось тебе, – попросил Шейн. – Ты ведь понимаешь, что Криста ни в чем не виновата. И, к слову, в
