Но я сжимал его все крепче и крепче, вкладывая в это весь свой страх, всю испытываемую боль и поднимающуюся в душе ярость.
И тут камешек треснул. Страх плеснул на сердце кипящим маслом, я судорожно зажмурился и сжал кулак еще крепче, словно, стоит его разжать, и случится взрыв. Не к месту вспомнился метеорит…
Но шла секунда, другая, третья… Я несмело приоткрыл один глаз. Ничего не происходило. Тут я тихонечко начал приоткрывать кулак, повернув его к себе.
Ничему-то меня тот самый метеорит не научил. Из кулака прямо в лицо и грудь ударил поток силы, навроде той молнии, что в склепе, только гораздо, ГОРАЗДО мощнее. Вода вокруг мгновенно превратилась в пар, вызвав мощный взрыв, что сотряс русло подземной реки.
Я тут же снова сжал кулак и зажмурился. Правда, через пару секунд снова их раскрыл в изумлении: удара-то я как и с той молнией практически не почувствовал. Так, обозначилось попадание, да и все на этом. Взрывом и кипятком сильнее долбануло.
А это выход! Дошло до меня. Вспомнились слова Сола о том, что я АБСОЛЮТНО иммунен к ЛЮБОЙ магии! Я ж ее просто гашу!
Уже смелее я начал разжимать кулак, поднеся его поближе к себе. Так, чтобы поток ровно в меня бил, не в окружающее пространство. Так и вода чуть по меньше нагревалась, хотя русло трясло все равно не слабо, так что аж камни с потолка сыпались. Я уж бояться начал, как бы меня не завалило тут совсем. Я откопаюсь, конечно со временем, но веселого в этом точно ничего не будет.
Через пару минут все кончилось. В руке не осталось вообще ничего от подвески. Только цепочка в другой с оплавленными концами.
Кипящуюю вокруг меня воду быстро снесло течением и стало совсем хорошо (то, что я не чувствовал удара магии, не значит, что кипяток и раскаленный пар, в которые под воздействием этой магии вода превращалась не доставлял мне боли и ожогов, да я чуть не сварился тут на хрен!! Не удивлюсь, что все это время из колодца пар столбом валил).
Уже спокойно я поплыл обратно, к тому месту, где в эту подземную реку попал.
Всплывать по колодцу вверх оказалось гораздо проще, чем нырять вниз. Вода буквально сама выталкивала наружу. А вот когда вода кончилась, корабкаться стало труднее, но я таки справился. Перевалив через край колодца, я расслабленно развалился на полу, тяжело дыша.
Чуть придя в себя, я огляделся. Вокруг была баня, иначе не скажешь: пар, вода, стекающая по стенам, жара и сидящие на полу мои товарищи. Тоже мокрые, как мыши. И у кое-кого из них был очень недовольный этим обстоятельством видок.
— Логин, как только мы отсюда выберемся, я тебя лично удушу!!! — прошипела Лейла, глядя на меня.
— Что с артефактом? — спросил Ворон. Я молча бросил ему под ноги остатки цепочки.
Он пошевелил ее мечом и хмыкнул. — Пошли отсюда, а то сваримся тут скоро, — добавил он, поднимаясь на ноги и поворачиваясь в сторону выхода.
— Валим, — согласился я, и потопал за ним, оставляя на полу мокрые следы. Сонул молча встал и подал руку Лейле, помогая подняться. Она, не приняв руки, текуче поднялась сама. Построившись привычным порядком наша группка покинула подземный зал.
* * *
По пути Карл объяснил мне, почему нежить не трогала Культистов. Все оказалось до смешного просто: амулеты. Ведь Верховным Жрецом у них был Магистр Некромант. Он и обеспечил своих подопытных специальными амулетами, делавшими их неинтересными для нежити. Как это работает, ни Карл ни Лейла не знали, но то, что работает — факт.
На них работает, не на мне. На мне ничего не работает, ни вредное, ни полезное. Так что Воровка и Ведьмак себе по паре таких амулетов к рукам прибрали. Сонул не стал, его способности, а скорее уж суть, разрушали подобные вещи при простом прикосновении. Печать Бога на нем была слишком сильна.
Выбравшись из подземелий, мы не стали задерживаться в городе-призраке. Отвязав лошадей, мы повскакивали в седла и двинулись прочь. Никому не хотелось находиться в этом давящем и неприятном месте и лишней минуты.
Только через час пути мы начали чувствовать себя хоть немного свободнее. На привал же остановились уже и вовсе под самое утро, присмотрев более-менее пригодное для этого место у ручья.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Лицо Лейлы, когда я напомнил ей о ее походных обязанностях, просто согрело мою душу. Даже на миг я почувствовал что-то вроде укола совести, но не позволил ему отравить удовольствия.
Трое спутников моих, расстелив походные одеяла, устроились спать, а я остался на страже их покоя. Карл пытался предложить свою помощь в этом, но я просто отмахнулся. Для меня-то сон жизненной необходимостью не является, в отличии от них.
Я сходил в близлежащую рощу, подобрал там подходящее деревце, срубил его своим клинком, варварски использовав боевое оружие в качестве орудия дровосека. Притащил его к нашей стоянке, достал и разложил свои инструменты по работе с деревом и принялся за творчество. Все же ремесло резчика по дереву еще с первого посещенного мира запало мне в душу.
Где-то через час ко мне подошла Лейла. Она успела переодеться в сменную одежду, мокрую развесила на ветках ближайшего куста.
Она подошла и устроилась на полене рядом чуть сбоку от меня. Ее внимательный взгляд следил за моей работой, временами перебегая на лицо.
— Ты перестал стареть после того несчастного случая, да? — спросила она, решив наконец нарушить молчание.
— Нет, — пожал плечами я.
— Но, я ведь видела, как те четыре голема в склепе тебя порезали? Да и сегодня ночью, ты был под водой больше десяти минут. И взрывы… — я лишь неопределенно пожал плечами.
— Ведь это было?!
— Ну, порезали и порезали, что с того? — сделал вид, что не понял, к чему она ведет.
— Ты стал таким после несчастного случая с ульем?
— Нет.
— А как же?…
— Я был таким до него. Пчелиные укусы сделали меня сильнее, быстрее, улучшили слух и зрение, но не более. «Таким» я стал до этого. Не спрашивай как. Сам не знаю. Просто однажды проснулся уже «таким». Я ответил на твой вопрос?
— Ответил, — не слишком довольно сказала она. Повисло молчание. Я спокойно продолжал работать над заготовкой. — Бесит! — вдруг ударила она кулаком по ладони. — Бесит, что ты вот такой, сидишь тут, величайшая загадка моей жизни, а я даже подступиться не знаю как! И рассказываешь вроде, не врешь, а понятнее не становится! — экспрессивно заявила она. Я лишь улыбнулся на это.
— А может, мне просто, — встала она со своего пенька и подошла ко мне. Пальцами приподняла мой подбородок, заставляя смотреть на нее. — Переспать с тобой? Тогда я успокоюсь?
— Здесь? — удивился я, хотя сама идея заставила сердце яростно ломиться в грудную клетку. — Рядом с Ведьмаком и служителем Солоса?
— Гад, — спокойно констатировала она. — Даже в этом обломал, — мне лишь в очередной раз оставалось пожать плечами. И попытаться сглотнуть вставший в горле ком как можно равнодушнее.
— Пойду досыпать, — со вздохом сказала она и, непрощаясь, пошла к своему одеялу. А я продолжил работу, усердно отгоняя мысли и фантазии, что так и норовили отвлечь меня от заготовки.
* * *
В путь мы отправились в полдень. И к вечеру прибыли на постоялый двор. Там я сам позвал Сонула тренироваться на задний двор. Я понял, что без тренировок, хоть отдаленно похожих на те, что были в железном зале я ржавею. Не буквально, конечно, навыки не уходят (еще одна особенность тела, которую я выяснил и многократно подтвердил много позже), но чувствовать я начинаю себя хуже. Это наверное даже не физическое ощущение, психологическая ломка. Вот уж не думал, что буду тосковать по зверствам Акисато, но вот тоскую же…
По обмолвкам Лейлы выходило, что Мастера в этом мире есть. И они действительно монстры, ничуть не слабее меня. Вот бы у них поучиться…
Два часа боя, и я отправил Сонула спать.
А сам…
Идти в номер не слишком хотелось. Учитывая, что в этот раз взяли четыре отдельных номера, а не один общий. По настоянию Лисы, между прочим. Что наводило на некоторые подозрения. Нет, Лейла, конечно, безумно сексуальна и привлекательна, но вот это ее отношение, да и вся ситуация в целом. Что-то не привлекает меня роль трофея. Причем, трофея не особенно ценного. Эдак походя подстреленный кролик. На один легкий перекус, не более. Видимо гонор играет. Но это мой гонор. Мои тараканы в голове, синими пчелками покусанные…
