какую?
— В сторону Дэвида Вентворта. Хотя с ним ваш любимый cui bono как раз и не срабатывает!
— Почему не срабатывает? Уже через несколько дней всё состояние Вентвортов перейдёт к нему.
— Но вы даже не хотите подумать о письме! О тайне! И о деньгах, которые леди Клементина выплатила неизвестно кому. Говорят, там было десять тысяч фунтов! В чеках на предъявителя. Она их выписала буквально за день до смерти. Что, если её кто-то шантажировал? Кто снял все эти деньги?
— Я попробую это выяснить, хотя вряд ли это имеет отношение к убийству. Просто потому, что я — вопреки тому, что вы обо мне думаете, — проверяю разные версии. А насчёт письма… вы сказали, что нашли его в книге. В какой?
— Подарочное издание «Оливера Твиста» 1900 года.
— Это не может быть намёком? Оливер не знает своих родителей, но потом все тайны раскрываются…
— Очень красиво, но… Зачем оставлять намёки? Для кого? Обычно люди или уж хранят тайны, или раскрывают их без всяких намёков.
— Это же вы считаете, что письмо имеет важное значение. Но вот что я скажу: изучением книг дела на раскрываются.
— Вам это может показаться смешным, но я изучила одну пусть не книгу, но статью и составила список всех, кто был в тот день в поместье. Отметила всех, кто никак не мог быть замешан. Так что вовсе не бесполезно.
— Могу я посмотреть?
Айрис боялась, что инспектор Годдард над ней просто насмехается, но он смотрел с искренним интересом.
Айрис подошла к своим бумагам, сложенным на столе, и протянула Годдарду листок:
Дэвид Вентворт
Руперт Вентворт
Мюриэл Вентворт
Энид Причард
профессор Ментон-Уайт
Реджинальд Баттискомб, поверенный
миссис Пайк, домоправительница
миссис Хендерсон, повариха
мисс Фенвик, старшая горничная
мисс Блум, горничная
мисс Роули, горничная
миссис Смит, посудомойка
мисс Годвин, помощница на кухне
мистер Лилли, лакей
мистер Макмиллан, шофёр
мистер Уилсон, рабочий
мистер Уайт, садовник
мистер Плейс, садовник
мистер Аткинсон, садовник
мистер Оуэн, садовник
миссис Оуэн, жена садовника, жила вместе с ним в коттедже
мистер Крейн, егерь
— Неплохо, — произнёс инспектор Годдард. — Десять вместо двадцати двух. И на каком основании вы исключали людей из вашего списка?
— Я прочитала статью, кое с кем поговорила, и тех, кого видело несколько человек, что исключает сговор, вычеркнула. Например, к Баттискомбу и Ментону-Уайту в курительную приходили лакей Лилли и миссис Пайк. На кухне готовили ужин, и если бы кто-то надолго отлучился, это бы заметили. Уилсон и садовники работали у оранжереи, и их было видно из окон кухни.
— Вы можете вычеркнуть егеря. Он обходил лес и встретил королевского егеря на границе с Ковенхэмским лесом. Он бы никак не успел добраться оттуда в поместье и провернуть это всё. У Оуэна был выходной, и он отправился вместе с женой в Стоктон. Мисс Фенвик тоже довольно долго была на кухне со всеми. Мисс Блум очень миниатюрная, она не смогла бы сдвинуть крышку кенотафа в одиночку, только с сообщником. Я проделал примерно ту же самую работу, что и вы, только у меня был полицейский отчёт.
— Но это всё бесполезно, если кто-то пришёл снаружи.
— Что-то мне подсказывает, что нет. А я привык доверяться своему чутью.
— Оно вас не обманывало? Никогда-никогда?
— Скажем так, оно меня всегда выводило в нужную сторону. Я ищу странность. Нестыковку. Может быть, существуют идеальные убийства, но мне они не попадались. Даже если нет ошибки, есть какое-то нарушение естественного хода вещей.
— Вы уже нашли странность в этом деле?
— Сразу несколько. Это очень нетипичный случай. Неувязанные концы торчат во все стороны, но за какой ни потянешь, все обрываются. Из-за наследства мотив есть чуть ли не у всех подозреваемых, но если станешь вдаваться в детали, то понимаешь, что игра не стоила свеч. Слишком большой риск. Нет никаких очевидных причин делать это именно в тот день. Неразумно. А мои главные подозреваемые все люди очень разумные. Вся эта история — как облако. Видишь, а ухватить невозможно. И то, что с момента убийства прошло несколько лет, всё усложняет. Я готовлюсь потерпеть поражение. Потому что даже если я установлю, кто убийца, у меня не будет доказательств, годных для суда. Боюсь, все улики уже уничтожены.
— Надеюсь, вы всё же найдёте, за что ухватиться, — грустно улыбнулась Айрис.
— Спасибо, мисс Бирн, — Годдард взял её руку и поцеловал.
Этот жест, старомодный и удивительно искренний, не похожий на просто знак вежливости, Айрис почти растрогал.
Айрис, вспомнив себя в первые дни в этом запутанном доме, решила довести инспектора Годдарда до холла. Она не была уверена, что он на каждой из «развилок» сумеет выбрать правильную дверь и выбраться из этого лабиринта.
Когда они вышли в холл, то в дальнем его конце увидели стоящих у ступенек лестницы братьев Вентворт.
Дэвид почти никак не отреагировал на их появление: кивнул и безразлично попрощался с инспектором, а на лице Руперта появилась длинная демонстративная ухмылка, едва не разрезавшая его узкое лицо пополам.
Когда дверь за инспектором закрылась, Айрис подошла к братьям — не кричать же ей было через весь холл.
— Я сделала для инспектора копию письма, — пояснила она, стараясь не глядеть на Руперта. — Он не смог разобрать почерк сам.
— Что за письмо? — спросил Руперт.
— Письмо леди Клементины, — Айрис смотрела на Дэвида, не зная, что ей делать и надеясь, что Дэвид придёт на помощь.
— Это насчёт расходов, — пояснил Дэвид. — Некоторые выглядят подозрительно, и я подумал, что полиции следует их проверить.
— Понятно, — незаинтересованно ответил Руперт. — Но ты смотри, Дэвид, как бы инспектор не завербовал мисс Бирн в свои шпионы.
— Мне нечего скрывать, — ответил Дэвид. — Тебе помочь подняться по лестнице?
— Спасибо, я сам, — с плохо скрываемой злостью в голосе отозвался Руперт.
Айрис с облегчением развернулась и пошла в сторону библиотеки.
Её не задевали намёки Руперта, она уже поняла, что за человек он был, но вот то, как просто, не моргнув глазом и, главное, быстро солгал Дэвид… Это её насторожило, а потом она поняла, что даже немного завидует этому умению: она-то сама, даже если не надо было лгать, часто терялась и говорила какую-то ерунду.
* * *
— Миссис Пайк, извините, что отвлекаю, но я хотела спросить у вас, потому что не очень разбираюсь в правилах хорошего тона… Это будет очень грубо, если я не стану с ними ужинать?
Миссис Пайк подняла глаза от тетради и стопки счетов рядом и сняла очки.
— А что случилось?
— Руперт придирается к каждому слову миссис Вентворт, Энид на всех
