доля? — прямо спросил я.
— Что? — опешил Рябой.
Я выдохнул и потёр опухшие глаза, пытаясь собраться с мыслями. Предложение буканьера по-прежнему отдавало тухлятинкой.
— Сколько мы получим? — спросил я.
— Гм... Вас трое всего, так что, пусть будет тридцать процентов от добычи, — сказал Жак.
Было немного удивительно слышать о процентах от неотёсанного рябого бандита, но больше меня задела предложенная доля. С другой стороны, считать деньги здесь умели все без исключения.
— Ты, верно, ослеп от вчерашнего рома? Нас пятеро, — сказал я. — И меньше, чем на шестьдесят процентов, я не соглашусь.
— А эти... — Жак кивнул в сторону спящих негров.
— Тоже с нами, тоже в доле, — быстро сказал я. — Они не слуги и не рабы.
— Блажь, — подал голос чернявый буканьер с серьгой в ухе, кажется, Робер.
Я пристально посмотрел на него и вопросительно изогнул бровь.
— Нам ещё нужно долю отдать человечку, который наводку дал. Сорок процентов вам, как раз будет, — предложил Жак.
— С «человечком» это ваши дела, не наши, — пожал плечами я. — Нам дела нет, как вы там договорились. Сейчас мы между собой договариваемся. Шестьдесят процентов.
— А не жирно будет вам? — произнёс Арно. — Рябой, ну их к чёрту, других найдём. Давай я Пикара позову с его ребятами, парни проверенные.
— Нет уж, хватит с меня Пикара, — процедил Рябой Жак. — Андре, я вижу, ты достойный человек. Давай пятьдесят на пятьдесят. После того, как долю за наводку уплатим.
— А сколько там вообще добра? — подал голос Шон. — А то мало ли, мы тут делим уже, а там, дай Бог, бочка пороха да старый дедов мушкет.
Замечание дельное. Я сам даже как-то и не подумал об этом.
— Да, сколько там? — спросил я.
— На всех хватит, не переживайте, — отмахнулся Жак. — На своём горбу не утащишь даже.
— И какой план? Примерно хотя бы, — сказал я.
Жак замялся на секунду, словно размышлял, стоит ли раскрывать план сейчас, до того, как мы согласились на эту авантюру, но в итоге решил рассказать.
— Засада на дороге. Место мы знаем, место хорошее. Потом тащим всё в бухту, грузим на корабль и считаем денежки, — крайне расплывчато обрисовал Рябой.
Я, Эмильен и Шон переглянулись втроём, прикидывая хотя бы примерный успех такого дела. Как по мне, так это всё звучало крайне сомнительно, хотя и шанс заработать здесь всё-таки имелся. Да и полезные знакомства завести не помешало бы.
— А этот твой «человечек»... Надёжный? Не кинет? — хмыкнул я.
— Не первый раз работаем, — пожал плечами Жак.
Меня всё же одолевали сомнения. С другой стороны, мы только что пропили вообще все сбережения, и деньги нам были нужны. Даже при том, что предприятие Жак предлагал крайне скверное и рисковое, я примерно понимал, что за мушкеты и порох здесь могут неплохо заплатить. Гораздо больше, чем за свиные шкуры и вяленое мясо. Да и мои компаньоны вроде были не против того, чтоб пощипать испанскую корону.
— Хорошо, — произнёс я. — Пополам. Но до того, как вы платите долю за наводку.
— Нам на берегу заплатят, уже с вычетом этой доли, — возразил Жак.
— Ладно, — буркнул я. — Просто пополам.
Мы скрепили договор рукопожатием, и его ладонь оказалась холодной, скользкой и неприятной на ощупь. Внутренне я уже был готов к любому подвоху, и понимал, что если Рябой попытается нас кинуть, то я убью его без всякого сомнения и сожаления. Мне оставалось только надеяться, что и он это понимал.
— Раз уж мы договорились, выпьем за успех нашего дела? — предложил Рябой.
Я почувствовал, как съеденная яичница поднимается к горлу, и прижал кулак к губам, чтобы ненароком не блевануть. Нет, пить местный ром я смогу ещё очень нескоро. Буканьеры заметили мой жест и понимающе рассмеялись.
— Кто-то вчера перебрал? Понимаю. — хохотнул Жак. — У вас же всё есть для этого дела? Порох, свинец?
— Обижаешь, — произнёс Эмильен.
— И даже эти, — Рябой снова кивнул на негров. — Стрелять обучены?
— Обучены, — соврал я. — Белку в глаз бьют, за сто шагов.
Во всяком случае, Муванга точно уже умел стрелять. За второго я не ручался, но дело это нехитрое. В способности Обонги к обучению я уже не верил, но если постараться, то, наверное, можно и его научить направлять мушкет в нужную сторону. А если и этому он не научится, то побежит на испанцев с мачете.
— Добро, — произнёс Рябой.
— Когда выступаем? — спросил я.
— Чем раньше, тем лучше, — сказал Жак. — До Сан-Фелипе путь неблизкий.
Я посмотрел на спящих на столе негров и понял, что выйдем мы ещё нескоро. Я толкнул Мувангу в бок, тот пробубнил что-то непонятное и почмокал губами, будто спал в родной хижине, а не в таверне за полмира от неё.
— Мы до Сан-Фелипе пойдём? Тогда морем быстрее всего, — сказал Эмильен.
Рябой покачал головой, словно и сам хотел идти морем, но что-то ему мешало.
— Нельзя морем, — вздохнул он. — Патрули если поймают — не поздоровится. А возле Сан-Фелипе испанских патрулей больше, чем блох на собаке.
Феб недовольно гавкнул из-под стола.
— Тогда нам пора, — произнёс я. — Испанцы нас ждать не станут.
Глава 33
Мы покинули городок Сен-Мишель в тот же день, решив не задерживаться. Ушли по-английски, не прощаясь, и даже из корчмы пришлось смываться по-тихому, пока Люсилль была чем-то занята на кухне. Не хватало ещё, чтобы девчонка увязалась за нами.
Но это всё было несложно. Сложнее оказалось растолкать страдающих негров. Объяснять им про нашу затею ничего не стали. Надо идти — значит надо, ниггеры и подумать не могли, что их мнение могло что-то значить.
Идти до испанской стороны оказалось гораздо дольше, чем я ожидал. Мы снова держались в стороне от дорог и крупных селений, продирались через джунгли и переходили броды, разводили костры в низинах и спали на голой земле. И мне это нравилось больше, чем находиться внутри Сен-Мишеля.
Чтобы прокормиться в дороге, мы стреляли диких
