чтобы играть по-честному?
Я вздохнула, уставившись в чёрный потолок.
— Нет.
— Тогда я не притронусь к тебе. Можешь спрятать меня во тьме и не винить за то, что утром проснёшься рядом с чудовищем.
— Фокс, — сказала я, не зная, что ответить.
Я не подозревала, что он думает, будто я захочу скрыть его. Будто мне не захочется смотреть на него. Но на самом деле я бы предпочла видеть его прямо сейчас.
Он не шелохнулся, но я сделала это, опустившись на него и застав его врасплох. Я раскинула руки по его животу, пробежалась по каждому сантиметру его твердой груди и рук.
— Ты без рубашки.
— Проницательно, — усмехнулся он. — И чтобы ты не удивлялась, на мне нет и штанов. Только боксёры. Я не ожидал гостей.
Я сдержала стон, когда слегка двинула бёдрами.
Я чувствовала его возбуждение и не могла придумать ни одной веской причины, чтобы остановиться.
— Серьёзно? А я-то подумала, ты собирался позвать какую-то девушку, пока я не вломилась.
Я почувствовала, как он усмехнулся, даже если и не услышала звук.
— А мне для этого нужны штаны? Всё равно никто бы не пришёл. Хотя, одна всё-таки пробралась ко мне домой и, кажется, не возражает против темноты.
— Думаешь, тебе нужно прятаться во тьме? Тогда включи свет. Теперь мне страшно.
— Эш, я не знаю, что это за миссия у тебя такая, — сказал он, — Я просто пытался быть джентльменом и предупредить, что я без штанов.
Я двинулась снова, и он тут же схватил меня за бёдра, удерживая в неподвижности.
— О, спасибо, какой ты джентльмен, — я рассмеялась. — Несмотря на то, что девушка на тебе, ты только что наблюдал, как она довела себя до оргазма, а теперь устраиваешь жалкий спектакль. Мне не нужен джентльмен, потому что ни одна из моих мыслей сейчас не похожа на приличную.
Он застонал:
— Ты не получила, чего хотела? Заканчивай, чтобы я не потерял самоконтроль.
Я хихикнула. Приятно было осознавать, что он хочет меня так же сильно, как я до этого хотела его. Наклонившись, коснулась губами основания его шеи. Он напрягся, заложив руки за голову, демонстративно доказывая, что больше не притронется ко мне.
— А я не хочу твоего самоконтроля, — прошептала я.
— Без него я просто чудовище. И ты будешь ненавидеть, что я прикоснулся к тебе.
— Ты правда в это веришь?
Я замерла на нём, услышав те самые слова, которые он всё время пытался сказать иначе.
— Я это знаю.
— Но это не то, что происходит, Фокс.
— Хватит, — прорычал он. — Если ты пришла сюда поговорить, можешь разворачиваться и уходить. Можешь сделать из меня свой грязный секрет, если хочешь, но я не стану здесь сидеть и обсуждать это. И не стану трогать тебя, чтобы ты почувствовала, будто отдала долг. Будто переспать со мной из жалости и вины — это способ всё забыть и почувствовать себя лучше.
Я не знала, что сказать. Да, я чувствовала вину. Каждый день. За его шрам, за его боль, но сейчас пришла не из-за этого.
Я была здесь не ради жалости. Я была здесь потому, что думала о нём каждую секунду. Потому что нуждалась в нём. Потому что никто другой не заставлял меня чувствовать подобное.
— То есть я просто должна кончить и уйти? Без каких-либо разговоров?
— Разве не этого ты хотела?
— Не совсем, — ответила я.
— Тогда чего?
— Прямо сейчас?
— Да.
Я перекатилась с него на бок, нашла его лицо в темноте и притянула к себе.
Он замер, когда наши губы соприкоснулись, но, как и в первый раз, я не позволила ему отстраниться. В конце концов, он сдался, обвил меня рукой, прижал к себе и ответил на поцелуй. Я почувствовала тонкое место на его губе, где был порез, и надеялась, что оно больше не болит. Он провёл языком по моим губам, раскрыл их, а затем углубил поцелуй.
Я ахнула. Он что-то мне отдавал. Я надеялась, что он отдаст ещё больше. Но вдруг он остановился, откинул голову на подушку и прервал поцелуй.
— Тебе пора, — сказал он.
— Нет, Фокс, — возразила я, приподнимаясь. — Ты ответил на мой поцелуй. Я просто удивилась, вот и всё. Это был не плохой вздох.
— Иди спать. Зачем бы ты ни пришла, ты уже это получила.
— Фокс, я правда…
— Уходи, Эш. Ночь закончилась. Всё кончено.
Меня захлестнула злость от того, как он меня оттолкнул.
— Серьёзно? Я забираюсь к тебе в постель, а ты всё равно выгоняешь меня. Ты просто худший, — сказала я со злым рычанием.
На самом деле это была не злость. Это был стыд.
Я схватила шорты и с грохотом вышла из спальни. Дошла до гостиной и уже почти рухнула на диван, как вдруг услышала его голос.
Он стоял, облокотившись на дверной косяк. Свет с улицы отбрасывал тени на его тело и тёпло освещал его лицо.
— Я знаю, — сказал он. — Я пытался тебя предупредить, но ты можешь злиться только на себя. Технически, ты управляла всем, что здесь происходило.
Мне захотелось закричать. Он был прав, и я не имела никакого права обижаться. Он дал мне возможность контролировать всё, и я могла уйти в любой момент. Но я не чувствовала, что хоть чем-то управляю. Я просто хотела, чтобы он увидел, что я здесь не из вины и не из жалости. Я думала, что это докажет ему обратное. Но он снова повернул всё против себя.
— Иногда я просто не выношу тебя, Фокс.
— Иногда я и сам себя не выношу, — ответил он.
Его слова всё ещё звенели в ушах, когда я хлопнула дверью, поднялась наверх и попыталась устроиться на диване.
Я легла, стараясь успокоить дыхание, и не могла понять, как можно так сильно кого-то желать и одновременно быть на него настолько злой. Каждая часть меня воевала с другой, и я даже не знала, кто с кем сражается и кто в итоге победит.
Глава 23
Эш
Я спала так плохо прошлой ночью, что мои глаза уже были открыты, когда вышла Куинн.
— Прости, я тебя разбудила?
— Думаю, я вообще толком и не засыпала.
Из спальни вышла Скаут.
— А я выспалась шикарно. Боже, как же я люблю эту кровать. И как же хорошо, что мне больше не надо мотаться между домами папы и мамы, — сказала она, плюхаясь на диван.
— А как часто ты бывала у отца? — спросила я.
— В последнее время пару раз в неделю. Но теперь
