Я паркую машину во второй линии и выхожу на улицу вслед за Итаном. Он берет меня под руку и ведет к стеклянным дверям аэропорта, что раздвигаются в стороны. Мы находим Кирилла у терминала самообслуживания, он распечатывает посадочный талон и не сразу замечает, что мы стоим за его спиной.
— О! — он выдает высокую ноту и сдержанно улыбается. — Привет.
— Привет, — Итан похлопывает его по плечу и обнимает. — Саша тоже приехала.
— Да, вижу. Здравствуй.
— Здравствуй, Кирилл. Ты отлично выглядишь.
И это чистая правда. Он набрал вес, причем именно мышечную массу, и растерял аристократическую бледность. На нем черная рубашка и темно-серые джинсы с аккуратной отстрочкой.
— Мне уже пора.
— А багаж? — хмурится Итан.
— Вот, — Кирилл показывает наплечную сумку, в которой по ощущениям лежит ноутбук да и только. — Решил налегке.
Кирилл решил улететь в Данию. Он распродал активы и недвижимость, потеряв большие деньги из-за затянувшейся болезни и отдав огромные суммы на благотворительность, и нашел выход во втором шансе. Итан сказал мне, что Кирилл хочет попробовать несколько стран, будет переезжать или не будет, если найдет ту, в которой решит остаться.
Я смотрю на Кирилла и с трудом верю глазам. Терапия определенно пошла ему на пользу, он спокоен и даже как будто расслаблен, та внутренняя пружинка разжалась и разгладила мускулы на его волевом лице. Невозможно представить, что он недавно сходил с ума и не отличал прошлое от настоящего. Настолько ярко и всецело проваливался в свой больной мираж, что в один момент схватился за нож, чтобы испугать меня на чердаке. Он сделал, подбросив недостающую улику или полено в затухающий костер расследования, и тут же забыл.
Как забыл, что просил Сила сделать фотографию Ольги. Как забыл, что нашел и читал дневник Ольги. Как забыл, что держал Альбину в старом доме. Как забыл, что наткнулся на мою фотографию в социальной сети, когда искал похожих на жену девушек.
— Пойдем, — Итан показывает рукой направление и кладет широкую ладонь на спину друга. — Ты только звони или пиши, не пропадай.
— Ок, — Кир кивает и достает из кармана паспорт. — Вы уже назначили день?
— Да, — Итан подмигивает мне и на секунду напоминает мне нахального парня со старых снимков. — В следующем месяце, двенадцатого числа.
— Ты прилетишь?
— Постараюсь, — отвечает мне Кирилл. — Если не забуду.
Так мы подходим в нужной стойке и приходит время прощаться. Итан первым сгребает Кирилла в охапку и сердечно обнимает. Я делаю то же самое, но намного сдержаннее и спокойнее. Я всем сердцем желаю, чтобы у Кирилла сложилось и его обновленный внешний вид стал первым кирпичиком, чтобы он выстроил новую жизнь и поверил, что искупил свою вину.
Он чуть не сошел с ума. Разве этого не достаточно?
— Пока, приятель, — добавляет Итан. — Береги себя.
— Ты тоже… Вы тоже.
У Итана яркой мелодией взрывается телефон в кармане и он поспешно достает его. Потом кривится, как делает всякий раз на важный звонок.
— Иди, — шепчу ему и поворачиваю вместе с Кириллом к таможенному контролю. — Вот и всё.
— Да, Саша, — он впервые смотрит прямо на мое лицо, разглядывая черты, которые в другой жизни принадлежали его супруге, я все-таки удивительно на нее похожа. — Итан нашел отличную клинику, специалистов…
— Он всех на уши поднял.
— Я благодарен ему. С одной стороны. А с другой… я вспомнил слишком многое.
— То есть лишнее?
— Только не говори ему, он будет разочарован.
— Не скажу.
— Хотя нет, не разочарован, — задумчиво добавляет Кир и отвлекается на объявление своего рейса. — Он будет уничтожен морально.
— Что?
Я хмурюсь, решив, что ослышалась.
— Он пристрелил невиновного человека. Вот что, — Кирилл встряхивает головой и продолжает. — Наверное, Сил решил, что это кто-то от меня по его душу приехал, вот и кинулся бежать. Я, правда, слишком многое вспомнил.
— Не надо, Кир…
— Не хочешь слушать? И правды не хочешь?
Я не знаю, что ответить, и замираю перед ним.
— Я поехал за ней в тот вечер. На парковку, к фотографу. Они трахались на заднем сиденье. Долго, — Кирилл сглатывает вязкую слюну и шумно выдыхает. — Когда он уехал, я перекрыл дорогу и пошел к ней. Хотел поговорить, но ее понесло. Она смеялась и стонала мне в лицо. Боялась, что я не расслышал, как она кончала под другим…
— Откуда взялся нож?
— Кухонный. Она взяла его с собой на всякий случай. Все-таки поздний час.
Он усмехается и тянется к карману на рефлексах, словно ищет пачку сигарет.
— Лучше бы я не понмил об этом, — заключает Кирилл. — Но мне нужно было сказать хоть кому-то. Кому-то одному. Я выбрал тебя.
— Боже, Кир…
— Мне стало легче, прости. Не говори ему.
— Ты уже говорил.
— Да, точно, — Кирилл отворачивается и уже собирается делать шаг прочь. — Я не приеду на вашу свадьбу, я вообще вряд ли вернусь в Россию. Попробую заново, в другом месте.
Я молчу и просто-напросто жду, когда он уйдет. Кирилл так и делает, а я быстрым шагом ускользаю к кофейному автомату. Заказываю капучино и в жадно пью его, пытаясь отвлечься на яркий сладкий вкус. Выдохнуть и привыкнуть к новой правде. Но, самое главное, сохранить лицо, чтобы Итан ни о чем не догадался. Он не должен узнать, он ведь ожил на глазах, когда, наконец, поверил, что история с Ольгой остается за спиной.
А тут снова. И он стрелял в Сила. Да, он защищался, но они оба бродили в темноте и не понимали, что происходит на самом деле.
Господи!
Нет, тише, тише. Саша. Это последний отголосок из их прошлого, его нужно пережить и отпустить. Просто отпустить.
— Малыш, — удивленный голос Итана наплывает сзади.
— Будешь кофе?
— Нет, — он легонько хмурится, потому что я развернулась слишком быстро. — Всё в порядке?
— Да. … То есть, я вдруг вспомнила, как мы познакомились. Тот дом, багажник…
— Зря я отошел, — он крепко обнимает меня и забирает стаканчик из ладоней. — Ну всё, я тут, ты в безопасности и тепле.
— Да, да.
— А еще ты утыкаешься в мою любимую рубашку. Так что не надо ее пачкать слезами.
Я хлопаю его по спине и веду плечами, чтобы освободиться.
— Отдай мой кофе.
— А ты допрыгни, — он поднимает стаканчик повыше и смотрит довольным клоуном. — Ладно, извини, я придурок.
Итан протягивает мне стаканчик и копается в кармане, ища мелочь на новую порцию.
— Я не хочу больше говорить о Кирилле, — произношу серьезно. — Вообще, Итан.
— Он что-то сказал… Обидел?
— Нет, но я не хочу сходить с ума, как он и тащить прошлое в свою жизнь. Мы забудем, что произошло, и будем жить дальше.
— Да, — он кивает. — Отличный план, малыш.
План, который нужно претворить в жизнь. Как кусочек света во всей тьме, что случилась. Как наш личный счастливый конец.
Конец
