Умер Говард 12 июля 2002 г. на своей даче в подмосковной Жуковке.
Эймс, Олдрич Хейзен (Ames, Aldrich Hazen)
Род. 26 мая 1941.
Самый высокопоставленный и результативный на сегодняшний день из наших агентов в ЦРУ родился в небольшом фермерском городке Ривер-Фоллс (штат Висконсин) в семье потомственных преподавателей. Дед будущего разведчика Джесси Хейзен Эймс с 1919 г. по 1946 г. был президентом учительского колледжа в Ривер-Фоллсе (ныне университет штата Висконсин). Его отец Карлтон Эймс работал в том же колледже преподавателем истории Европы и Дальнего Востока, мать Рэчель Эймс — учительницей английского языка в средней школе. В семье было трое детей: Олдрич и его младшие сёстры Нэнси и Элисон.
В 1951 г. жизнь Эймсов коренным образом изменилась. Карлтон Эймс поступил на работу в ЦРУ и вместе с семьёй переехал в Мак-Лин — пригород Вашингтона, в котором размещается штаб-квартира ЦРУ. Неизвестно, что подвигло его на этот шаг: стремление защитить американскую демократию от «коммунистической угрозы» или же просто желание вырваться из рутины провинциальной жизни. Но как бы то ни было, скромный преподаватель колледжа превратился в «бойца невидимого фронта». После соответствующей подготовки Карлтон Эймс был направлен в Бирму, где в это время ЦРУ пыталось создать плацдарм борьбы против коммунистического правительства Китая, поддерживая укрывшихся в этой стране недобитых гоминьдановцев. В Бирме он пробыл до 1955 г., после чего вернулся в штаб-квартиру ЦРУ, где получил назначение в одно из аналитических подразделений в качестве эксперта по Дальнему Востоку.
В то время, пока Эймс-старший совершал свои подвиги на ниве защиты «идеалов свободы и демократии», его жена преподавала английский язык, а сын учился в средней школе. После её окончания Олдрич Эймс поступил в университет Джорджа Вашингтона. Одновременно с учёбой в 1959 г. он (не без помощи отца) устраивается на работу в ЦРУ, вначале в качестве клерка, а с июня 1962 г., достигнув по американским законам совершеннолетия, — аналитиком архивного отдела Оперативного директората, став одним из самых юных агентов за всю историю ЦРУ. В его служебные обязанности входило чтение, кодирование и архивирование материалов, связанных с операциями американской разведки против восточноевропейских стран.
Столь раннее начало «трудового пути» в разведке позволяло Эймсу рассчитывать на успешную карьеру в будущем, по крайней мере, по сравнению с отцом, который так и не поднялся выше должности аналитика среднего уровня. Кроме того, работа в ЦРУ давала возможность оплатить учёбу в университете. С другой же стороны, совмещение работы и учёбы явно не шло на пользу последней — блестяще учившийся в школе, Эймс в университете показывал весьма средние результаты и закончил обучение лишь в 1967 г., получив степень бакалавра истории.
Получив, наконец, высшее образование, Эймс в декабре 1967 г. был направлен в учебный центр ЦРУ в Кэмп-Пири (Вирджиния). Пройдя там курс обучения, в ноябре 1968 г. он получил назначение в отдел СССР и Восточной Европы Оперативного директората. В это время Эймс начал изучать турецкий язык.
В 1969 г. Эймса направляют в Турцию в резидентуру ЦРУ в Анкаре. Там он действовал под прикрытием гражданского служащего ВВС США и должен был заниматься вербовкой агентов из числа граждан СССР и социалистических стран. Однако в Анкаре Эймс проявил себя не лучшим образом. Хотя он и смог завербовать двух турецких граждан, некоторое время передававших ему информацию о положении в Турции, главной задачи так и не решил — все его попытки завязать контакты с представителями СССР заканчивались неудачей. В результате заместитель резидента Дьюи Клэрридж по окончанию командировки Эймса в 1972 г. дал ему отрицательную характеристику, аттестовав как не годного к оперативной работе сотрудника, который в силу особенностей характера не способен самостоятельно осуществлять вербовку агентов.
После возвращения в США Эймс вновь был направлен в отдел СССР и Восточной Европы, где занимался планированием и анализом операций и другой подобной кабинетной работой. Этот вид деятельности был ему ближе, соответственно, и результаты оказались более успешными — руководство отмечало Эймса как дельного и вдумчивого сотрудника.
В 1974 г. начальник латиноамериканского отделения отдела СССР и Восточной Европы Хэвиленд Смит привлёк Эймса к работе с завербованным в Колумбии третьим секретарём советского посольства Александром Огородником. Эймс был куратором Огородника вплоть до сентября 1974 г., когда последний был отозван в Москву. Работа Эймса с Огородником получила положительную оценку.
В 1976 г. Эймс был переведён в нью-йоркское отделение ЦРУ. Там он работал с агентами из числа советских граждан — сотрудником секретариата ООН Сергеем Федоренко и заместителя Генерального секретаря ООН по политическим вопросам Аркадием Шевченко, который в 1978 г. стал невозвращенцем. В этот период, в 1980 г., он женился на своей давней подруге Нэнси Сегебарт. Однако брак оказался неудачным и уже в 1981 г., когда Эймса направили в резидентуру ЦРУ в Мексике, супруга отказалась поехать с ним.
Приступив в октябре 1981 г. к работе в резидентуре в Мехико в качестве старшего офицера, Эймс попытался зарекомендовать себя активным оперативником. Но здесь вновь проявилась его слабость как оперативного работника — он не смог приобрести новых источников и довести до конца разработку переданных ему кандидатов в агенты. Так, безуспешно закончилась его попытка завербовать заместителя резидента КГБ в Мексике Игоря Шурыгина.
В начале 1982 г. Эймс познакомился со своей будущей второй женой Марией дель Розарио Касас, работавшей атташе по культуре колумбийского посольства в Мехико. Происходившая из знатной, но небогатой семьи, она в 1974 г. закончила с отличием Университет Андов в столице Колумбии Боготе, после чего осталась там в качестве преподавателя. Однако в 1982 г. неожиданно для окружающих Мария Розарио оставляет престижную и высокооплачиваемую работу в университете ради должности в посольстве.
Эймс познакомился с Марией Розарио на одном из дипломатических приёмов. Они начали встречаться, и вскоре Эймс сделал ей предложение. О его принадлежности к ЦРУ она узнала только тогда, когда ответила на его предложение согласием. Но это обстоятельство не изменило её решение, и в 1983 г., когда срок командировки Эймса закончился, Мария Розарио отправилась в Вашингтон вместе с ним. Однако, по другой версии, будущая жена Эймса вначале была завербована им в качестве агента и лишь затем их отношения переросли из служебных в личные. Как бы то ни было, в 1985 г. Эймс разводится со своей первой женой и 10 августа женится на Марии Розарио, которая вскоре после этого получает американское гражданство.
Несмотря на не совсем удачную работу в Мексике, после возвращения в штаб-квартиру ЦРУ в Лэнгли Эймс получил повышение и был назначен начальником контрразведывательного подразделения отдела СССР и Восточной Европы Оперативного директората. Рекомендовал Эймса на этот высокий пост его бывший начальник в Нью-Йорке Родни Карсон. Следует иметь в виду, что, проявив себя слабым оперативником, как аналитик Эймс обладал многими достоинствами. Так, он очень успешно справлялся с задачами, требующими глубокого анализа, умел сопоставить огромное количество фактов, обладал интуицией и изобретательностью при разработке и реализации сложных оперативных заданий. Как писал позднее в своём докладе по «делу Эймса» Генеральный инспектор ЦРУ Фредерик Хитц, «ему были присущи гибкость ума и интеллектуальная любознательность, желание заниматься самообразованием, причём в областях, выходивших за рамки его прямых служебных задач». Кроме того, не последнюю роль при назначении на новую должность сыграло умение Эймса логично излагать свои мысли в оперативных документах и аналитических справках.
Однако имелись у Эймса и недостатки. Он довольно небрежно относился к финансовой и оперативной отчётности, постоянно опаздывая с её представлением. Более того, он не информировал руководство о своих контактах и поездках за рубеж. За годы службы, предшествующие его новому назначению, Эймс несколько раз серьёзно нарушал режим безопасности. Так, в 1976 г. он забыл в вагоне метро портфель с секретными документами, а в 1983 г. привёл на конспиративную квартиру Марию Розарио, что привело к раскрытию других сотрудников ЦРУ.
Кроме того, Эймс был, что называется, не дурак выпить. Его привычка к алкоголю к 1983 г. стала хронической и оказывала негативное влияние на выполнение им служебных обязанностей. Несколько раз он в рабочее время пьяным засыпал в своём кабинете, о чём, кстати, было хорошо известно его сослуживцам. Впрочем, алкоголизм не считался в ЦРУ большим грехом, недаром тот же Фредерик Хитц отмечает в своём докладе, что «пьянство не было чем-то непривычным в оперативном управлении во второй половине 1980-х гг.» и что «выпивки Эймса не выделялись на общем фоне, поскольку были сотрудники с гораздо большей зависимостью от алкоголя».
