Читаем без скачивания Шаг влево, шаг вправо - Марина Серова

– Никогда не слышал о таком фонде. – Степанов не слишком-то поверил в мою легенду.

– Вы просто им не интересовались. Константин Сергеевич, вы хотите помочь нашему фонду?

– А что для этого надо сделать? – Опер вдруг притянул меня к себе и нежно прошептал на ушко: – Ольга идет! Она не должна нас видеть вместе.

– Костя, – сказала я, высвобождаясь из его объятий, – не дайте ей уехать!

– И это все?

– Задержите ее до завтрашнего утра, а потом отпустите домой. Сможете?

– Постараюсь. – Костя пошел вслед за Хрековой и догнал ее в тот момент, когда она уже садилась в десятый вагон.

Обняв Ольгу, он немного отодвинул ее от входа в вагон, отгородив от толпы пассажиров и провожающих. Со стороны все выглядело так, будто молодой человек не хочет расставаться со своей девушкой. Хрекова попыталась вырваться из крепких объятий своего бывшего бойфренда, но Константин был намного сильнее ее. Вскоре по радио объявили, что поезд «Тарасов – Москва» отходит с первого пути. Как только состав тронулся с места, Ольга перестала вырываться и обреченно последовала за Степановым. Тот довел ее до своей машины, усадил в нее и повез к себе.

Я села в «Ситроен» и позвонила Кирьянову на мобильник. Володька упорно не хотел отвечать на мои звонки. Вероятно, затаил на меня обиду. Тогда я послала ему эсэмэску с таким текстом: «Ты хочешь помочь соседнему отделу?» Минут через пять полковник перезвонил мне.

– Таня, – сказал он, – извини, я не ответил на твой звонок. Был занят.

– Я так и поняла. Владимир Сергеевич, ты хочешь помочь соседнему отделу раскрыть преступление? – повторила я свой вопрос, теперь уже вслух.

– Конечно, хочу. Надо так понимать, что ты готова поделиться информацией?

– Готова, – подтвердила я. – Ты можешь свести меня с Волошко или Лопухиным?

– Волошко еще в конторе. Мы только что закончили совещание.

– Володя, я сейчас приеду к вам.

– Хорошо, мы тебя ждем.

Через полчаса я уже сидела в городском управлении внутренних дел и разговаривала с начальником отдела, занимавшегося раскрытием крупных краж. Кирьянов представил меня своему коллеге и сел в сторонке, чтобы в случае необходимости оказать мне поддержку.

– Антон Романович, я знаю, у кого находятся песочные часы, похищенные из нашего музея, – начала я с главного.

– У кого?

– У Хрековой Натальи Ивановны.

– Это ей Арина Степанова продала их три года тому назад? – уточнил майор Волошко.

– Нет, что вы, – возразила я. – Степанова никогда их в глаза не видела, так же, как и футляр для карманного молитвослова. Ее подставили!

– Зачем?

– Дело в том, что Наталья Хрекова двадцать с лишним лет тому назад работала в музее и проходила по антикварному делу как свидетель, ее гражданский муж был осужден по тому же делу и умер в колонии. Наталья родила от него ребенка, дочь…

– Я не понимаю, какое это имеет отношению к сегодняшнему делу? – перебил меня Антон Романович.

– Прямое. Дело в том, что Наумов, задержанный за незаконный сбыт антиквариата, является любовником Ольги Хрековой, дочери Натальи.

– А он утверждает, что находился в интимной связи с Ариной!

– Это вымысел. Сами посудите: Арина старше Михаила лет на пятнадцать. Она – бизнес-леди, а он – водитель, который иногда подрабатывает на стройках. Эту сказку Наумов сочинил для того, чтобы выгородить Хрековых и подставить Степановых.

– Я все равно ничего не понимаю, – развел руками Волошко. – Зачем Наумову это надо?

– Наумову этого и не надо: он подыгрывает своей подружке и ее матери. Понимаете, Наталья затаила на следователя Степанова обиду за то, что тот посадил ее гражданского мужа. Поскольку он умер в колонии, она считает Сергея Федоровича косвенно виновным в смерти отца своей дочери. Судьба случайно свела Наумова и дочь Степанова. Михаил подрядился к ней на сборку бани, Хрековы узнали об этом, и в их головах созрел план на случай провала…

– Ну, допустим, – благосклонно кивнул мне Волошко. – А как насчет драгоценностей? У кого они столько лет хранились?

– Вероятно, у Хрековых.

– Но вы в этом не уверены?

– Я уверена лишь в том, что Степанова построила дом на средства, заработанные ею в результате предпринимательской деятельности. Три года тому назад ее фирма «Арина-строй» была очень успешной. А сейчас у нее в бизнесе начались проблемы, и, если бы Арина Сергеевна рассчитывала поправить свои финансовые дела, продав антиквариат, она не стала бы брать кредит в банке под залог дома. Вы можете все это проверить.

– Мы проверим, не сомневайтесь. Но хотелось бы насчет Хрековых узнать что-нибудь более конкретное, – сказал Волошко.

– Я дам вам послушать их разговор.

Я достала диктофон и включила заранее смонтированную запись.

«– Хорошо, что мы обе вещицы разом не засветили, – проговорила Наталья. – Первый блин вышел комом, но со вторым все будет иначе. Это вы, молодежь, заморочили мне голову своим Интернетом… И что из этого вышло? Нет, действовать надо старым, испытанным способом…

– А почему же ты тогда на своем не настояла? Жалко ведь, что такие деньжищи уплыли, – посетовала Ольга.

– А мне-то как жалко! – поддержала ее мать. – Эх, стареть я, видно, стала, слабину дала, послушала вас… Ты на вокзал поедешь, а я завтра тебе посылочку экспресс-почтой отправлю. Вы на место одновременно доберетесь, а дальше – как договаривались. Боровский будет тебя ждать…»

– Так, – заинтересовался майор, – выходит, эти женщины собираются вывезти песочные часы в другой город?

– Собираются, – подтвердила я, – но вы можете этому воспрепятствовать. Уверяю вас, если вы завтра нагрянете в квартиру Хрековых, то найдете там кое-что интересное.

– Татьяна Александровна, вы же понимаете, для того, чтобы произвести обыск, нужны основания. Ваша запись для этого не годится.

– Я понимаю. А вы допросите Наумова, дайте ему кое-что послушать, и он, уверяю вас, расколется!

– Что я могу дать ему послушать? «Реквием» Моцарта, что ли? – сострил Волошко.

– Это, конечно, вещь сильная, но у меня в запасе есть кое-что посильнее. – Я включила запись, из которой следовало, что Хрековы не собираются платить за Михаила.

– Антон, – включился в наш разговор Кирьянов, – я с Татьяной уже давно сотрудничаю, и никогда никаких проколов не было. Доверься ей, она дело говорит!

– Ну, хорошо, скиньте-ка мне эту запись, – согласился Волошко. – Завтра утром мы с Лопухиным как раз собирались допрашивать Наумова. Возможно, это сделает его более сговорчивым. Если он даст показания против Хрековых, мы получим ордер на обыск в их квартире.

– Только все надо сделать быстро, – предупредила я его, – иначе раритет может уплыть! Вы не слишком увлекайтесь подробностями, главное, пусть Наумов назовет имена своих подельниц, детали потом в протоколе зафиксируете, после очной ставки с Хрековыми.

– Татьяна Александровна, вы что же, собираетесь меня учить, как вести следственные действия? – усмехнулся Волошко.

– Нет, я не учу вас, просто боюсь, как бы мы завтра не опоздали.

На самом деле, я боялась другого. Мишка мог, не подумав, ляпнуть о том, что он вскрыл сейф, установленный в комнате Степанова. Тогда Сергею Федоровичу уже не отмыться.

Глава 12

В половине девятого утра Наталья Ивановна отправилась на прогулку с собачкой. Остановилась у тридцатой квартиры и нажала на кнопку звонка. Тамара Петровна не спешила открывать дверь, но Хрекова ждала, понимая, что больной женщине непросто добраться до двери. Леся сбежала вниз, безуспешно полаяла у входной двери и вернулась к хозяйке, чтобы та поторопилась выпустить ее на улицу. Наталья еще раз нажала на кнопку, позвонила три раза подряд, но за дверью по-прежнему была тишина. Тогда Хрекова достала из кармана ключ, который на всякий случай дала ей соседка, и вставила его в замок. Как ни странно, ключ не поворачивался. Это означало, что замок заперт изнутри. Наталья Ивановна занервничала – войти в квартиру, где она спрятала музейный раритет, не представлялось возможным. В голову ей пришла страшная мысль – Тамара Петровна очень не вовремя отдала богу душу! Леся отчаянно лаяла, требуя выпустить ее на прогулку, и женщина медленно спустилась по лестнице. Выйдя во двор, она то и дело поглядывала на окна тридцатой квартиры, надеясь заметить хоть какие-то признаки жизни, но так ничего и не увидела – шторы не шевелились, тени за ними не мелькали, свет не загорался.

Моцион для собаки оказался коротким. Наталья посадила еще не нагулявшуюся вдоволь Лесю на поводок и повела ее домой. Очередная попытка дозвониться и достучаться до Тамары Петровны ей тоже не удалась. Ключ, который, как казалось Хрековой, давал ей возможность забрать раритет в любое время дня и ночи, вдруг стал бесполезным. Полная женщина, тяжело дыша, поднялась на пятый этаж и вошла в свою квартиру.

Ситуация вышла из-под контроля, и Наталья собиралась предупредить об этом дочь, но у нее был отключен мобильник…