Юмико поднялась на ноги, схватила несколько кусков мяса, которые планировалось оставить на завтрак, после чего медленно направилась в сторону животных. Зверьё сначала попятилось назад, но потом, учуяв усиливающийся запах еды, наоборот, начало всё больше и больше покидать пределы леса, приближаться к девушке, хотя постоянно косились назад. Боялись. Нервничали. Но они хотели жить. А чтобы жить, требовалось есть. А с едой, по всей видимости, у них и до этого были проблемы.
— Ну же, — шептала девушка, стараясь не спугнуть животных громким голосом. — Идите сюда… вас тут никто не обидит… мы хотим с вами подружиться.
Даже самой Юмико казались эти слова странными. Но сейчас это было относительно человеческой позиции. Они перебили почти всю стаю этих интересных зверей. Гиенорогов, как она их прозвала про себя. Но всё равно животные тянулись к убийцам. Еще в её голове крутилась иная мысль. Они признали победителей своими вожаками, из-за чего были готовы пойти им в «услужение». И последнее больше походило на истину. Но всё равно зверьё опасалось. Переживало, что их самих пустят на ужин. Шли неохотно.
— Давайте, — улыбнулась девушка, после чего положила один кусок мяса перед собой, после чего развела руки в стороны. — Видите? Я не опасна. Вы можете мне доверять… я сейчас крайне беззащитна.
Вот только это было не совсем правдой. На вышке уже находился Джон. Он понимал, что сейчас происходит, поэтому просто держал оружие в руках, но не наводил его на зверей. Нечего провоцировать их на агрессивные действия. Если сейчас получится их как минимум приманить, дать возможность довериться, то в будущем они могут стать компаньонами в этом лагере. А если можно приручить таких зверей, то можно попробовать найти и других, например, ездовых, которые усилят их скоростные и маневренные показатели как группы.
Первый гиенорог подошёл к девушке. Он дрожал, весь, целиком. Страх практически сковывал его. Но всё же он согнул одно копыто, склонил свою голову и схватил кусок мяса, быстро отпрянув от девушки. Но недалеко. Он всё ещё был в пределах досягаемости, из-за чего Юмико сама присела на одно колено и протянула руку, проведя по жёсткой шерсти этого животного.
— Вот… молодец… кушай… набирайся сил… они тебе понадобятся, чтобы выжить в этом мире… — с улыбкой на лице бормотала она, после чего последовательно положила ещё два куска мяса по обе стороны от первого животного.
Два других зверя приблизились уже охотнее, увидев доброту девушки. Они спокойно взяли мясо и начали его жевать, при этом даже не отошли назад ни на шаг, позволив новому виду доминантного зверя под названием человек погладить себя.
Но счастье длилось недолго. Когда они перекусили, то резко отступили, после чего умчались в сторону леса. Но при этом издавали странные звуки, которых ранее никто не слышал. И их было сложно как-то охарактеризовать, кроме как детское, чисто человеческое улюлюканье.
Некоторое время девушка стояла и смотрела на следы зверей. Они не уносились в страхе, они не бежали, чтобы спасти свою шкуру. Они просто убегали. Спокойно. Размеренно. Не тратили много сил, чтобы удалиться от места потенциальной опасности. Она смотрела на следы и понимала. Сейчас был сделан невероятно огромный шаг. Да, возможно, с первого раза не удалось их приручить, но в будущем это выйдет, сто процентов.
— Теперь нам придётся готовить мясо на завтрак, — недовольно пробормотал её муж, когда Юмико вернулась в лагерь. — И раз мясо потратила ты, то тебе и возмещать этот ущерб.
— Не переживай, муж, — выделила она последнее слово, но в нём не было негатива, а лишь жёсткое обозначение того, кем он ей был, напоминание, чтобы он не пересекал некую черту в обращении с ней и к ней. — Я это прекрасно понимала с самого начала. И ты сам знаешь, что я не терплю такого отношения к себе.
— Помню, — кивнул он. — Но напомнить, как мне кажется, я имел полное право, исходя из нашего состояния.
— А это не было зря? — слез с вышки Джон, после чего подошёл к супружеской паре. — А то они убежали…
— Они вернутся, — с уверенностью в голосе ответила темнокожему китаянка, на миг повернувшись к нему, но не сводя взгляда со своего мужа. — Они не смогут охотиться не на своей территории, особенно после того, как была уничтожена их стая практически в полном составе. Они даже сейчас будут обитать в пределах полукилометра, как мне кажется, чтобы быстро вернуться к нам в случае опасности.
— То есть они нас признали? — уточнил Алб.
— Не совсем, — дёрнула плечами девушка. — Но к этому достаточно близко. В любом случае сейчас нам следует ждать. Во-первых, возвращения нашей группы спасения. Во-вторых, новых друзей в виде этих животных. В-третьих, того момента, когда я нам на завтрак приготовлю мясо.
— А, ну тогда я на вышку, — улыбнулся штурмовик. — Всё равно делать мне нечего более, так что займусь своим любимым делом. Встану на стражу. Ну а вы… ладно. Пошёл. Не буду вам мешать.
— Спасибо, — кивнул Рен, внимательно смотря на свою жену.
Они несколько минут смотрели друг на друга. Джону казалось, что они вцепятся друг другу в глотки, но в итоге Рен просто сделал шаг в сторону, пропуская девушку к мясу, а Юмико, едва заметно кивнув, направилась к остаткам птицы, которые ещё не успели приготовить.
Более в лагере ничего не происходило сверхъестественного. Юмико готовила. Джон наблюдал за округой, спиной припав к зафиксированной гашетке. Рен проводил ревизию и обслуживание модулей для своего протеза вместо руки. И так пролетели остатки дня. Они даже были готовы отправляться спать, как Джон окрикнул своих соратников.
— Кажется, у нас пополнение! — громко и с удовольствием проговорил он. — И там… две девушки!
— Значит, нашли не программиста, — пробормотал Рен. — Плохо. Но не совсем. Сможем расширить наши возможности в плане выживания, учитывая особенности девушки.
Рен и Юмико вышли встречать группу. Все они выглядели не то что уставшими, даже вымотанными. Всё снаряжение было на месте, Джон сразу это приметил, глянув через бинокль на своих товарищей. Но причину усталости определить было не так уж и сложно. Семьдесят километров за сутки для двоих и тридцать пять для той, кто только проснулся, — адское испытание, которое потребует суток для восстановления минимум. Он это прекрасно знал.
— Прошу любить и жаловать, — едва слышно говорил Яррив, когда группа подошла к лагерю, тут же сбросив с себя рюкзак. — Анна Борцова. Медик. Причём профессионал. При этом умеет отлично готовить. А также может спокойно оценить пригодность любого… ну вы поняли. Голова не думает.
— А ещё… — с яростью, на которую у нее только оставались силы, посмотрела она на супругов. — Я недолюбливаю клан Еллоу. Сразу дам знать. Дружбы у нас не будет. Но мы в одной лодке. Враждовать не буду, если не будете ко мне лезть.
— Приехали… — вздохнул Яр, закатив глаза.
— Но… — тут же более весело и дружелюбно начала говорить новенькая, — всё старое осталось на Земле, так что… не думаю, что вы вообще знаете о причинах моей нелюбви к вашему клану. Да и вряд ли вы виноваты в этом. Возможно, всё будет хорошо. По крайней мере я вас буду лечить, если это потребуется. Будьте в этом уверены.
— Спасибо, Анна-сама, — с почтением произнёс Рен. — Постараемся уменьшить для вас количество работы.
— Я рада, — кивнула она. — А теперь… можно же идти спать?
Последний вопрос был адресован командиру группы, но тот зловеще улыбнулся, когда развернулся в сторону девушки.
— Нет, — помотал он головой. — Палатка. Её нужно установить. А потом уже можешь спать.
— Да ладно тебе издеваться, Яр, — с сожалением проговорила Лия. — Ей сейчас даже тяжелее, чем нам. У неё в крови всякой погани ещё много после пробуждения. Плюс я в своей палатке одна сплю. Может ко мне подселиться. А завтра уже всё установим. Да и время позднее. Пора спать ложиться… всем… только… кто дежурить будет?
— Мы втроем готовы взять эту честь на себя, — постаралась максимально мило проговорить Юмико, но из её уст это звучало отчасти угрожающе, отчасти убийственно. — По три часа спокойно отстоим. Но следующая ночь будет целиком за вами.
