И еще один вопрос, на который можно дать, по крайней мере, гипотетический ответ: почему устройство было заключено в керамическую оболочку, имевшую форму колокола? Имел ли значение выбор материала и формы?
«Колокол» во время работы издавал характерный звук, напоминающий жужжание пчел. Это может свидетельствовать о быстром открывании и закрывании переключателя для создания импульсов высокого напряжения (вероятнее всего, постоянного тока).
Наконец, воздействие «Колокола» на живые организмы — каковы бы ни были его антигравитационные эффекты и эффект «растяжения времени» — наверняка тоже не ускользнуло от внимания немцев. Они должны были понимать, что этот феномен можно использовать в самых разных целях — для обеспечения движущей силы, для обеспечения связи или в качестве оружия.
Феномен, к которому немцы получили доступ через посредство «Колокола», был объединенным феноменом и указывал на лежавшую в его основе объединенную физику. Вопрос заключается в следующем: что это за феномен? К чему стремились нацисты? Отдавали ли они себе отчет в том, к чему получили доступ?
Почему постоянно всплывает фигура Герлаха? Почему, к примеру, специалист по поляризации спина, гравитации, взаимному превращению элементов и ртутной плазме был привлечен к участию в публичном проекте по разработке атомной бомбы в нацистской Германии? Почему его дневники до сих пор остаются засекреченными? Почему антигравитационное устройство вдруг превратилось в «чудо-оружие»? Какого типа физика могла лежать в основе всех этих явлений?
Витковский указал путь к теме, которая будет занимать нас на протяжении нескольких следующих глав: вихри.
ГЛАВА ПЯТАЯ
РАБОТА В ОБЛАСТЯХ ФИЗИКИ,
В ВЫСШЕЙ СТЕПЕНИ НЕОБЫЧНЫХ
В ПОНЯТИЯХ ПОВСЕДНЕВНОЙ ЖИЗНИ
Скалярное оружие — самое мощное и гибкое оружие на земле. Ничто не может устоять против него. Любая страна, не обладающая скалярным оружием, обречена на роль второстепенной державы, независимо от того, сколько в ее распоряжении имеется ракет, бомбардировщиков и подводных лодок, оснащенных ядерным зарядами, или мощных лазеров и микроволнового оружия.
Том Бирден. Железное копье: брифинг по поводу советского скалярного электромагнитного оружия[305]А. Странные заявления и цитаты: свидетельства исследований, проводившихся немцами в области скалярного оружия во время войны
Когда знакомишься с наиболее радикальными заявлениями в литературе, посвященной нацистским разработкам экзотического секретного оружия, возникает ощущение, будто входишь в мрачную средневековую лабораторию, где алхимики, одетые в черную форму СС, бьют хлыстами по спинам изможденных рабов из концлагерей, создающих для них страшные машины власти и уничтожения. Эта картина включает в себя все элементы плохого голливудского фильма категории «В» со зловещим Борисом Карлоффом, правящим бал в компании Белы Лугоши, Питера Лорре, Винсента Прайса и Сидни Гринстрита, которые играют злодеев, задумавших покорить мир.
Правда, реальность была гораздо страшнее. Однако ситуация не проясняется с помощью странных цитат из надежных источников, которые, если действительно уделить им внимание, должны навести на определенные размышления. Возьмем два примера из материалов Фарм-Холла — записи бесед немецких ученых, специалистов по атомной бомбе, тайно сделанные британцами и рассекреченные только в 1992 году. Два примера, которые я привел без подробных комментариев в своей предыдущей книге «Черное солнце Третьего рейха», касаются искусственных рубинов и неизвестного «фотохимического процесса» обогащения изотопов. Я приведу оба набора цитат и мои замечания непосредственно из этой книги.
1. Фрагмент об «искусственных рубинах» из материалов Фарм-Холла
На страницах книги «Черное солнце Третьего рейха» я говорю о том, что один из заключенных в Фарм-Холле ученых сделал заявление, поразительное не только в силу своего обыденного тона и лаконичности, но и потому, что оно почти не вызвало комментариев со стороны британцев:
Тогда, 21 июля 1945 года, симпатичный и циничный Хорст Коршинг в ходе обсуждения перспектив их дальнейшего существования с Дибнером и Багге делает любопытное замечание:
БАГГЕ: «Ради денег я бы хотел работать над урановым двигателем; с другой стороны, я хотел бы работать над космическими лучами. Я разделяю мнение Дибнера на этот счет».
КОРШИНГ: «Вы оба хотели бы создать урановый двигатель?»
ДИБНЕР: «Это шанс заработать на жизнь».
КОРШИНГ: «Любому дилетанту понятно, что эти идеи чрезвычайно важны. Поэтому денег на них не заработаешь. Деньги можно заработать только на тех идеях, которые не являются достоянием широкой общественности. Если вы изобретете что-нибудь вроде искусственных рубинов для часовой промышленности, то заработаете больше денег, чем на урановом двигателе»[306].
Я прокомментировал это следующим образом:
Искусственные рубины? Разумеется, они использовались в производстве часов до того, как начал применяться кварц. Но в 1945 году эта идея была фантастической. Конечно, к моменту рассекречивания этих материалов изобретенный в 1961 году первый в мире лазер, в котором в качестве главного компонента генерирующего оптического резонатора использовался искусственный рубин, стал историей. Но в июле 1945 года эта идея намного опережала свое время. Не является ли это еще одним, пусть и косвенным, свидетельством того, что в нацистской Германии осуществлялись секретные разработки и в других областях физики? Приведенная выше беседа указывает на то, что, возможно, Коршинг занимался не только атомной энергией, но и оптикой.
Упоминание связи между лазерами и искусственными рубинами отнюдь не случайно, так как в книге «Черное солнце Третьего рейха, я привел следующую цитату бывшего офицера британской разведки и впоследствии журналиста Тома Агостона, который первым поведал историю о «штабе Каммлера», мозговом центре разработки секретного оружия СС в 1980-х годах:
Его назначение состояло в том, чтобы проложить путь для создания летательных аппаратов и ракет, приводимых в движение ядерной энергией; лазеров, испускающих лучи, называемые в то время «лучами смерти»; различных самонаводящихся ракет, а также для поиска других потенциальных возможностей прорывов в сфере высоких технологий. В современном технологическом жаргоне он, вероятно, назывался бы «исследовательский мозговой центр СС». Работа над секретным оружием второго поколения, включая использование ядерной энергии для обеспечения движущей силы в летательных аппаратах и ракетах, уже находилась на довольно продвинутом этапе[307].
Представляет интерес сопоставление этих двух цитат, так как, хотя Агостон не предлагает никаких свидетельств в пользу своего утверждения, будто эсэсовцы осуществляли разработку лазеров во время войны, он, тем не менее, недвусмысленно заявляет о том, что это был путь для осуществления других разработок.
Утверждения Агостона странным образом подтверждаются словами Коршинга в материалах Фарм-Холла, рассекреченных в начале 1990-х годов, об искусственных рубинах, получение которых в то время представляло собой дорогостоящий и занимающий много времени процесс, слишком дорогостоящий и занимающий слишком много времени, чтобы использовать его для производства деталей для часов. Поскольку материалы Фарм-Холла еще не были рассекречены британцами, когда Агостон писал свою книгу, нам лишь остается предположить, что он не знал их содержания и основывал свои утверждения на конфиденциальных беседах с доктором Вильгельмом Фоссом, который первым рассказал о черных проектах Каммлера по разработке секретного оружия.
Это сопоставление явственно, хотя и косвенным образом свидетельствует о том, что эсэсовцы действительно были причастны к разработкам лазера. Хотя нам пока неизвестно, насколько далеко они зашли в этих разработках и каких успехов достигли, это не имеет первостепенного значения, поскольку в то время теоретическая возможность создания лазеров уже существовала в рамках квантовой механики.
Реальный же интерес представляют физические концепции, исследовавшиеся немцами — в данном случае аспекты квантовой механики и когерентности, — на которые указывают замечания Агостона и Коршинга, разделенные десятилетиями и независимые друг от друга. Как говорится в книге «Черное солнце Третьего рейха», нацистская идеология, отвергнув «еврейскую» релятивистскую физику, обратилась к собственной, «чисто арийской» и в равной степени успешной теории квантовой механики, в качестве концептуальной базы для осуществления своих проектов. Очень скоро мы вернемся к этому чрезвычайно важному понятию когерентности. А пока рассмотрим вторую странную цитату и заглянем в другую область физики, которую, возможно, изучали эсэсовцы.
