Читаем без скачивания i c24db40ee3668092 - Admin

  Таким образом, я и себя уговаривал и остающегося здесь Пероса. Он явно боялся, старался этого не показывать, но страх у него стоял в глазах, и это видел не только я. Милх приобняв товарища стал ему что-то говорить вполголоса, видимо убеждая того в безопасности и уверяя что мы придем даже если никто с нами не пойдет сюда.

  Я, обдумывая ситуацию, понимал, что двоих оставлять на башне тоже не выход. Еды мало, даже для одного мало. Мы же сможем добежать до лагеря за день, потерпим и без еды, а вот здесь.... Ее просто нет, вернее мы не успели пока ее найти. На всякий случай, как только приткнулись на плоту к берегу, я заставил всех потратить время на сбор местных яблок, так похожих на желуди. Собрав немного в мешок, я поспешил к берегу и, высыпав из мешка то, что мы успели собрать на берегу озера, поспешил отойти в сторону, но так, чтобы можно было видеть, будут, есть это угощение наше зверье или нет.

  Ура! Ура! Ура! Счавкали, только шум стоял. Да еще, какой шум. Желающих было больше чем самих гостинцев. Значит вполне съедобно. Я тут же попробовал этот фрукт. То, что это фрукт, а не желудь стало ясно мне сразу же, как только откусил. Хоть и не спелое и вызывает небольшое передергивание от избытка кислоты, но это фрукт. Однозначно. И когда доспеет, будет намного слаще. Сейчас - малосъедобное, но не зря же говорят: - на безрыбье и рак рыба. Набрав целый мешок этих яблок, мы вдвоем с Милхом отвезли его для Пероса, затем набрав такой же мешок и для нас, отправились в обратную дорогу. Хоть и загрузились кроме местных яблок еще и солью, но предпочитали по возможности преодолевать километры бегом. Дорога уже была знакома и, зная где можно пройти безбоязненно и не угодить в расщелину, мы уверенно продвигались вперед, стремясь побыстрее попасть в лагерь.

  Не удалось.

   Милх, умудряясь и при движении вести наблюдение за местностью, первым заметил, что в нашу сторону двигаются несколько человек. Так как из-за расстояния увидеть, кого это там несет к нам, было невозможно, мы поспешили укрыться, благо, что еще встречались камни, и нам не составило труда это сделать. Но уже буквально минут через пять мы узнали идущих. Это шли, вернее, изображали бег, Ротана, Селх и девочки. Я бросился им навстречу. Предчувствие что она сейчас нас огорчит неприятными новостями, моментально заполнили меня и заставили учащенно биться сердце. Но то, что она поведала мне, когда мы, наконец, встретились было более неприятным, чем мне думалось. Я почему-то предположил, что наши новые друзья попытались добраться до женщин, и им пришлось уйти из лагеря, но в действительности все обстояло гораздо хуже. Я и это предполагал, но никак не ожидал, что недавние рабы станут настолько беспечными. Забыли или просто посчитали лишним и не выставили охрану даже днем. Отряд в две хорты, не скрываясь, днем, спокойно подошел к берегу и буквально за десять минут все кто был в это время в лагере, были связаны и пленены. Ротана немного раньше ушла с детьми за скалы, чтобы помыться самим и постирать вещи, доставшиеся нам от убитых стражников. Хорошо еще, что никто из плененных даже не заикнулся о том, что тут кроме них есть кто-то еще. Ну а стражники, увидев почти всех, кто должен был быть, особо и не спрашивали, где, кто есть. Вообще-то, кто что спрашивал и говорил, Ротана слышать не могла, хотя крики избиваемых и достигали их укрытия, ей хватило ума не высовываться, и дождаться когда все кто был в лагере ушли. Так как в лагере все было порушено, и вся еда унесена, то Ротана вместе с детьми поспешили к нам. Направление куда мы пошли из лагеря, она запомнила и надеялась, что нас найдет. Так и случилось.

  - Надо все-таки было Милха оставить в лагере - первое, что пришло мне на ум после рассказа о случившемся.

  - Нам необходимо поспешить в поселение и попытаться освободить наших друзей - внес сразу же свое предложение Милх.

  - И как ты себе это представляешь? Я что-то сомневаюсь, что нам втроем удастся это сделать.

  Мои слова достигли цели, Милх задумался, но я уже понимал, что оставить парней, которые мне поклялись быть верными всегда и до смерти своей, также как и я им, уже не смогу. Пусть нас мало, но сделать попытку я просто обязан. Тут же себя и одернул. Я понимал, что вот так, без подготовки и без разведки, мы ничего сделать не сможем. Да и Ротану с девочками необходимо увести от беды подальше.

  - И все-таки нам надо попробовать спасти своих товарищей. Я пойду один и что-нибудь попытаюсь сделать. - Милх, по всей видимости, даже не сомневался, что так и поступит.

  - Погоди Милх, не надо делать что-то сгоряча. Пойдешь и погибнешь. Кому от этого станет легче?

  - Мне. Я пообещал им защиту, и я отвечаю за них.

  - Ну, не только ты обещал, я тоже что-то говорил по этому поводу, а ты как я помню, обещал вместе с ними слушать то, что я скажу, и даже больше, ты обещал выполнять мои распоряжения. Я прав?

  - И что ты можешь предложить? У тебя есть план? - С надеждой уставился на меня Милх.

  - Можно сказать и так. Кое-что появляется в мыслях. Слушай и не перебивай, потом добавишь, если что-то не так скажу. У нас есть два варианта и оба провальные на первый взгляд, как мне кажется. Один из них это предложить обменять парней на соль. Много соли - я поспешил добавить это, видя, как сморщился Милх.

  - Не пойдет. Отберут соль и все, никто не станет даже разговаривать с нами. Они знают, что у нас людей нет. Да и выбили они уже у пленников все, что они знали и даже то чего не знали. Я Пилоса знаю хорошо. Он уверен, что только он здесь хозяин, и никто не имеет права ему перечить. Смерть сразу - это хороший вариант, когда он захватит нас всех. Нет, этот план не пойдет.

  - Хорошо, есть другой план. Отсылаем Фетроса вместе с девочками и их матерью в наш новый дом. Он забирает оттуда Петроса, оставляет наших девочек на острове, предварительно набрав побольше фруктов, научив как надо ухаживать за птенцами, и выдвигаются уже вдвоем после этого к поселению. Нам надо договориться, где мы будем их ждать. Пока они будут все это выполнять, мы втроем будем вести наблюдение за поселком и выискивать возможности освободить наших парней. Как вам такой план?

  - Он мне больше нравится. Но только имей в виду, если я увижу, что их убивают, то я выхожу сражаться за них. И ты мне не запретишь.

  - Нет, конечно. Мы с братом тоже это сделаем. Умирать, так хоть с надеждой, что тебя перенесут боги в иной мир. Но перед этим все-таки предложим на обмен соль. Вдруг им это понравится.

  - Вряд ли. Но попробовать можно. Это как последняя возможность. Именно так я думаю, уверен, что и ты думаешь также. Я вообще-то удивляюсь тебе. Мы едва знакомы, а ты готов умереть за моих товарищей. Как-то не очень понятно для меня. Нет таких людей среди нас, всегда все думают о себе в первую очередь, и это норма для любого, кто остается жив на этом проклятом острове.

  - Но ты поступаешь по-другому, и я уверен, что ты не один такой. Есть, кто не только о себе думает, и я уже не один раз говорил, что моя семья - это и вы тоже, другой семьи у меня нет, и умирать нам ни к чему, торопиться не будем. Успеем еще. Всегда можно что-то придумать. Так что веди нас к Пеластонису, но так, чтобы не увидел никто.

  Сам по себе, непроизвольно, выскочил девиз мушкетеров из кинофильма:

  - Все за одного и один за всех. - При этом сжатым кулаком правой руки ударил себя по груди.

  Может и не к месту вышло, но вот захотелось так. Ребячество, несомненно, но "души прекрасные порывы" так и лезут из меня. Все-таки Семес во мне сидит, или наоборот я в теле молодого парнишки начинаю чувствовать себя душой молодым. Во всяком случае, Милху и жест, и слова понравились, и он тут же их повторил.

  - Какое-то расстояние мы можем и днем преодолеть, - вернул меня на землю Милх - но потом только ночью придется двигаться. Сам же видишь здесь все как на ладони видно.

  - Тебе виднее, ты здесь старожил, можно сказать, все знаешь. Веди нас.

  К утру мы были возле поселения. Милх выбрал место наблюдения заранее и привел точно туда, где и намечалась встреча с Перосом и Фетросом. Без Милха нам не удалось бы не только выбрать место, откуда можно наблюдать за поселением, мы не смогли бы даже просто приблизиться к нему столь близко. Стоящее на отшибе сооружение было что-то вроде вышки предназначенной для наблюдения. Я недоуменно спросил моего напарника:

  - Ты точно знаешь, что нас здесь не увидят днем, и никто не придет сюда? Ведь это наверняка вышка предназначена для наблюдения?

  - Была таковой, но уже давно на ней никто не стоял и не вел наблюдение. Пилос посчитал, что птиц мы и так увидим, без наблюдателя, а других врагов здесь нет. А нам она подходит по многим причинам. Мы отсюда будем видеть все, что делается в поселении и вокруг нас - это первое, и еще: - никто не ожидает увидеть чуть ли не в самом поселении меня с вами. А то, что Пилос вскоре узнает про нас, это не подлежит сомнению. Как бы не противились его воле захваченные в лагере наши товарищи, он сможет им развязать языки. Мы же наблюдая отсюда, сможем предугадать действия его стражников и предпринять ответные меры.