Все тело пронзала нечеловеческая боль: кости сплющивались, любое движение суставов отдавалось в голове, словно из выворачивали, а кожу кололо, словно в нее иглы вставляли. Внутри в животе все разрывалось на части. Горло хрипело, ему хотелось зверски пить, но он слова не мог сказать, потому что губы онемели, и он задыхался. Но Люк, слушая голос отца терпел все это, потому что хотел быть достойным его.
«Солнышко, ты молодец. мой хороший.»
Люк кусал губы, он потел и трясся от холода.
Прозвучал сигнал выхода из гиперпространства и Вейдер чуть не бежал в ангар. Он уже сидел в шаттле, когда Звездный разрушитель вышел из гиперпространства, и сразу же направился в Императорский госпиталь, не обращая внимания на движение остального транспорта. Он выбежав направился в крыло, где был Люк.
Мальчика держали в стерильном боксе. Вейдер сразу же направился к врачу. Тот трясся от страха, но ответил честно, что у мальчика в карте такой реакции не указано, и что его сейчас детоксицируют. Однако, что было странно, но последствий операции по удалению аппендицита не видно: ни шрама, ничего. как будто ему ничего и не резали.
Когда его, Вейдера, обеззаразили и пустили к Люку, мальчик плакал и скулил, свернувшись клубочком. Отец подошел к сыну и Силой забирал его страдания. Мальчик потянулся к нему. Отец погладил его по голове.
Люк потянулся к отцу за защитой. Вейдер обнял его и прижал к себе.
— Папа, — Люк прижался к нему. — Я. Мне очень плохо. Мне очень плохо.
— Я знаю, милый. Знаю., но я с тобой, — Вейдер протянул ему стакан воды. — Выпей.
Люк присосался к воде. Глаза у ребёнка были красные, он хлюпал носом и пил большими глотками. Вейдер подливал ему еще и еще. Он помнил о том, что говорила Баррисс о боте. Мальчик пил и плакал.
— Я. я только хотел потерпеть. Живот болел. Храбрым как ты.
Вейдер просто гладил его по голове.
— Ты молодец, Люк, выдержал операцию, я бы на твоем месте сбежал отсюда поскорее. Но в следующий раз, если что-то заболит, посмотри на себя, как я тебя учил, и поймешь откуда эта боль.
Люк улыбнулся сквозь боль.
— Хорошо.
— Вот и молодец. А еще я подарю тебе на день рождения Энциклопедию всех болячек, чтобы ты смог отличить одну от другой.
Он улыбнулся снова. Но мальчика трясло от холода. Вейдер Силой согревал его изнутри. Сын прижимался к нему. Они так и сидели до тех пор, пока мальчику не стало лучше.
За ними наблюдала недавно приехавшая женщина.
***
— Думаю, что смогу выйти на контакт с Акбаром, ранее он был капитаном обороны.
— Спасибо, — она встала, поправляя платье, и подошла к нему, улыбнувшись, коснулась щеки. — Пойдем, а то наше отсутствие еще спровоцирует межгалактический конфликт.
Глава 12. Алдераан
Бал продолжался, и если Брея и заметила отсутствие Варлы, то вида не подала. Леди вошла в зал, ответив на первое же приглашение на вальс. Если прикрыть глаза, то можно представить себе, что сейчас она где-то в другом месте, а может и здесь, но рядом кто-то другой, один конкретный, что сейчас тоже вошел в зал. Его присутствие ощущалось кожей, каждой клеточкой, она позволила себе легкую улыбку, вспоминая последний проведенный час, надеясь, что мурашки и легкий трепет рук партнер примет за дрожь от сквозняка. Стоило только закрыть глаза и представить, что она танцует с другим. Почувствовать ЕГО прикосновение Силы, почувствовать касание, представить каким бы был вальс с ним, пусть и танцевать он умеет хуже.
Пусть они не вместе, да и вряд ли когда-нибудь будут. Она — дочь ситха, он — джедай, их объединяют два самых лучших года в ее жизни (втайне она надеялась, что и в его, на этот счет она даже получила мысленное подтверждение от него), пусть ничего не вернуть. Не вернуть домика на Адрасе, не вернуть плесканий в волнах моря, не вернуть свежего ветра в лицо и безумных прыжков с высоты, но всегда можно найти что-то другое, даже на мрачном Корусканте.
Разве не от них самих зависит их жизнь? Она поняла, что даже не жила без него все эти годы, и боялась даже представить, какую боль ему причинило их с Мати исчезновение. Вздохнув, Варла поняла, что жизнь - куда лучше, чем она себе представляла. Ей не составляло труда коснуться его сознания в укромном уголке своего, и если раньше, у нее были только воспоминания, то сейчас вот он рядом — стоит только руку протянуть (ну или чуть-чуть отойти в сторону). И не важно, что сейчас ее в танце кружит другой, у них еще будут свои танцы, не один, а миллион, главное — в ее жизнь вернулась любовь, любовь к самой жизни. В голове вертелись примеры будущего — и везде они вместе.
На посадочной площадке Варла и Оби-Ван держались подчеркнуто официально, но пришедшая проводить подругу Брея, внезапно тепло улыбнулась и обняла женщину, прошептав лишь: «Удачи!»
Прощание Леи с учителем было более формальным, но как почувствовала Варла — инструкции Принцессе были выданы в Силе. Женщина постаралась получше разглядеть девушку. Как она раньше не замечала? Сейчас она осознавала — насколько они похожи, мать и дочь. Даже отчасти характерами, хотя то, что она слышала о Падме от Бена, сестренка к двадцати годам стала поспокойней, мягче, но сейчас Лея напоминала больше ту неуправляемую сорвиголову, которой
