Медведев поймал себя на том, что повторил риторический вопрос великого князя.
Лица мужиков вытянулись, и они напряженно переглянулись. Медведев продолжал:
— Полагаю — так негоже. Я совсем не против богатства, но оно праведно лишь тогда, когда нажито честным трудом, без ущерба ближним нашим. Потому первое мое для вас испытание такое: со мной останутся только те, кто откажется от своей разбойной доли.
Наступила мертвая тишина.
Наконец высокий чернобородый мужик крепкого телосложения, которого Василий раньше не видел, сделал несколько шагов вперед.
— А ты куда это, Гридя? — взволнованно спросил его Епифаний.
Гридя вынул из-за пазухи довольно объемистый тяжелый кожаный мешочек и, бросив его на землю, вернулся к телегам. За ним последовали остальные. Епифаний, кряхтя и сопя, последним избавился от своего мешка и виновато развел руками.
— Видишь, вот оно как выходит, Антипушка… Так что извиняй да забирай наши доли обратно, — он горестно вздохнул. — Пущай робятам больше будет. — И вернулся на место, вытирая глаза полой длинного кафтана.
— Нет, — спокойно сказал Антип. — Это ваши деньги, и вы вольны делать с ними что угодно. Хоть в Угру бросьте.
И вдруг в голове Епифания забрезжила мысль.
— А позволь, государь наш хозяин Василий Иванович, слово молвить. Что ж это у нас тут получается, ежели рассудить? Вроде как ничьи выходит деньги-то немалые эти? А ничьи деньги — они ведь чьи? — Он огляделся, но никто не ответил. — Вот то-то. Ничьи деньги — деньги Боговы. Давайте мы Господу нашему да пресвятой заступнице Богородице и Сыну и Духу Святому их и отдадим. Давайте-ка наймем мастеров славных, и пусть они нам прямо вот тут на холме, на берегу Угры, добрую церковь для спасения душ наших сирых построят. Чтоб было нам где грехи наши тяжкие замаливать да за будущее детей наших заступников святых просить.
— Ну что ж, — после секундного колебания сказал Медведев. — Может, это и неплохое решение, тем более что служителя нам уже обещали. Назначаю тебя, Епифаний, казначеем. Деньги пересчитай при всех, сложи вместе да храни как зеницу ока, потому что, как ты сказал, они уже не ваши — Боговы. А теперь попрощайтесь с Антипом и разгружайтесь, а я провожу его до парома.
Те, кто оставался с Медведевым, гурьбой подошли вместе с женщинами и детьми, и каждого крепко обнял и расцеловал разбойничий атаман. Тем временем, отойдя чуть в сторону, Медведев увидел издалека другую, не менее трогательную сцену прощания. Дверцы роскошной кареты распахнулись, оттуда стремительно выбежала одетая, как маленькая принцесса, Варежка и помчалась через луг, увидев гуляющего там князя Андрея. Он присел на корточки, открыв ей навстречу объятия, она бросилась в них и что-то горячо говорила, а он улыбался и кивал головой. Следом за Варежкой из кареты выкатилась кругленькая пухлая женщина; сердито крича и размахивая руками, она бросилась к ним, а Варежка, в последний раз крепко обняв за шею Андрея и весело, звонко смеясь, побежала обратно, увертываясь от толстушки, и так они бегали по лугу, пока не раздался резкий разбойничий свист и все поняли, что настала окончательная пора ехать.
Через час Медведев с Антипом были уже у парома возле монастыря. Василий обратил внимание, что, несмотря на все угрозы Иосифа, игумен беспрепятственно пропустил за рубеж весь разбойничий отряд, который был так тяжел и многочислен, что парому пришлось совершить пять ходок. Правда, еще не успел паром отчалить от берега в третий раз, как из монастыря выехал верхом монах и спешно отправился по медынской дороге. Наблюдая за всем этим и вспоминая разговор Иосифа с игуменом, Медведев подумал, что Иосиф очень скоро узнает о том, что Антип Русинов и его люди покинули земли Великого княжества Московского.
— У нас в лесу землянки остались, — сказал на прощанье Антип. — Могут тебе когда-нибудь пригодиться. Из моей есть подземный ход за линию просек. И еще — там, у болота, кладбище наше. Хоть грешники да разбойники — а все ж люди были. Я просил тех, кто с тобой остался, чтоб присмотрели за могилками, так ты им в том не препятствуй.
— Будь спокоен.
Некоторое время они молча смотрели друг на друга, потом оба кивнули головой, и Антип присоединился к своим людям, поджидавшим на пароме.
Медведев наблюдал, как паром медленно переплыл Угру, Антип выехал вперед во главу колонны, и теперь это снова был обоз богатого литовского вельможи, которому вздумалось по весне перебраться в другое имение.
Медведев, стоя на вершине холма, еще долго различал красный платочек, которым махала ему Варежка, высунувшись из окна кареты, и долго махал ей в ответ рукой, пока не поглотил эту маленькую алую точку дремучий и таинственный синий лес на той стороне…
Федор, князь Бельский
Глава первая
Леший, псы, кони и белый лебедь на червленом поле
Прежде всего следовало, конечно, подумать о людях — где они будут жить, что есть и чем заниматься. Как раз об этом Медведев и размышлял, неторопливо возвращаясь домой от переправы у монастыря, когда вспомнил о свернутых в трубку листках, которые оставил ему Антип. Он свернул с дороги в лес, отыскал небольшую полянку и, усевшись на поваленном дереве, стал читать.
"Василию Медведеву от Антипа Русинова написана грамотка сия для личного его ведения о людишках, что будут жить с ним отныне в бывшем имении Березки, которое, думаю, станет вскоре во всей порубежной округе Медведевкой именоваться.
1. Григорий Козлов, "Гридя", 46 лет, вдовец, грамотен, умен, хладнокровен, сдержан. Имеет женатого сына в Медыни и двух замужних дочерей. Люди его уважают, и был он у меня десятским, но года его стали не те, да и многое у нас не по душе ему было — он к нам пошел только от одиночества после смерти жены.
2. Яков Зубин, 26 лет, холост, охотник, зверолов, следопыт, мастер ловушек и капканов, очень меткий стрелок, но в бою робок, а в жизни стеснителен и нерешителен. Любит одиночество. Боится лошадей, ходит только пешком. Не место ему было у нас, хотя пришел по доброй воле и уходит по доброй.
Медведев сразу вспомнил его. Это именно Яков довольно точно проследил путь Василия и доложил Антипу, что он направляется в сторону лагеря.
Семейство Коровиных:
3. Епифаний Коровин, 40 лет, послушный, но хитроватый, себе на уме, любит обо всем рассуждать, часто находит неожиданные выходы из трудных положений.
4. Катерина Коровина, 39 лет, его жена, ворчливая, сварливая, но трудолюбивая баба.
