Сам возмущенный светец возник в сфере – видимый со спины, от макушки до пояса. В легкой рубашке незнакомого покроя, в свободных штанах. Он сидел за столом и шумел, стирая пот большим полотенцем. Напротив полулежал в кресле Арха, лениво щурясь и чуть усмехаясь. Увидел маму, вскочил и в два движения приблизился вплотную, заняв едва не всю сферу своим, ставшим очень крупным, лицом:
– Аэри-о… каэ…
– Молви внятно, – велел Ёрра, щурясь, пытаясь ткнуть пальцем в сферу и попасть в глаз ампари.
– Мама, у меня все хорошо, – исправился Арха, отодвигаясь, словно палец зреца и правда мог ему повредить. – Я так рад, что Орлис опять не исполняет приказов должным образом! Я вчера очень сильно всем нагрубил, требовал отправить меня назад, в столицу, чтобы поскорее увидеть тебя. Нам не хватало тебя все это время. Сестре Тойе лорды вовсе запретили думать о покинутом береге Дарлы, чтобы она не изливала на тебя свою печаль. Шагра собирался плыть на юг и забрать тебя, но не успел.
Аэри кивнула и промолчала, рассматривая сына. Еще более взрослого и похожего на своего отца, чем три десятка зим назад, когда она отправила Арху за море. Весь род Данга в настоящем воплощении их крови таков. Удивительные, словно из золота выточенные. Высокие, сильные, сияющие. Даже волосы – закатного золота, почти без темных тонов багрянца. "Так похож на отца", – еще раз подумала Аэри, прогоняя нечаянную слезинку.
К столику, там, в неведомом мире яркого золотого солнца и теплого лета, подошли две женщины. Крепкая, более рослая и веселая назвалась Норой. Тонкая, гибкая и задумчивая – Риолой.
– Лисенок, мама не обрадуется твоим проказам. И отчета такой сеанс не заменяет, – предупредила Нора. – Изволь помнить, что пообещал капитану.
– Да, тетя Нора.
– Пока ты настроил канал, прими кое-какие полезные мелочи, – попросила Риола. – Это вифы. Как работают, вам знать не обязательно. Носите, не снимая. Пожалуйста. Вреда от них нет. Просто если попадете в беду, у нас будет больше шансов к вам успеть. Лис, лови!
– Канал придется освободить, Ами уходит в зону тени, – непонятно пояснила она. – Мы пытаемся разобраться с вашими двойными звездами. Хотим глянуть поближе на Ролла.
Ладони Орлиса дрогнули, принимая целый клубок цепочек с подвесками. Арха торопливо помахал маме и прошептал еще несколько слов на родном языке ампари. Сфера стала выцветать и сжиматься, терять плотность. Скоро она исчезла окончательно.
Гласень заинтересованно нагнулся, помог мальчику разобрать перепутавшиеся цепочки. Тонкие, незнакомого плетения, красивые и легкие. Ёрра перехватил первую же распутанную и отделенную от прочих, заскользил пальцами по золотому шнуру.
– Мудрено чересчур. Мы так не сделаем, – отметил он. – Будто без единого шва создано. Играет силой, словно полдень в нем заключен.
– Гномий златень, – совершенно непонятно объяснил Орлис. Понял свою ошибку и виновато поправился: – Это не золото. Это… ну, в общем, сплошная благодать Адалора, выглядящая внешне, как золото. По-вампирьему если, то спрессованная информация о поле мира. Нитка, на одном конце которой вы, а на другом – дежурный маг. Пока беды нет, нить спокойна. А если имеется угроза, натягивается и сообщает об опасности.
– Не поняли ни единого слова, – ответила за всех Аэри. – Но носить будем. Попробуй объяснить еще: что за тень, в которую уходит ваша Ами? Между Роллом и Адалором нет никаких теней, там сплошной день.
– Адалор окажется между нами, пребывающими на Дарле, и моими родичами. Слышать друг друга станет труднее.
– Поняла, – довольно кивнула Аэри. – А зачем ты везешь нас к развалинам сгоревшего замка? Вроде мы все обсудили.
– Тут такое дело… – Орлис покосился на зреца. – Не знаю, как и сказать…
– Зрю, двух упырей он припас в засаде, – весело раскрыл секрет Ёрра. – Замаскировал. Только я достаточно коротко сошелся с Адалором и тайну выведал.
– Да что творится на этом берегу? – возмутилась Аэри. – Ампари ходят где им вздумается…
– Мы никого больше ловить не собираемся, – осознал причину недомолвок Фарнор. – Прикидывали вчера вечером, не устроить ли побег для леди, но она против… Так что вези к упырям. Пусть поговорят, о тайной охране условятся. Мало ли что в столице приключится. Дело предстоит всем нам трудное и рискованное.
Гласень получил свою цепочку, застегнул и расстегнул несколько раз странный замочек. Тонкий и хитрый, но весьма удобный. Надел подарок на шею, спрятал под мантию. Погладил, ощущая приятное тепло. Задумчиво улыбнулся. И как-то сразу разрешил мучительный вопрос, висящий еще с вечера:
– Патрос. Хорошее имя, как вы полагаете, леди?
– Вполне, – отозвалась Аэри. – Не знаю, существует ли такое у людей.
– Да. Хоть и редкое оно, – прогудел Ёрра. – К закату от моих родных мест, в Белых горах так называют детей. Редко, правда. Старое оно, из числа уходящих в забвение.
– Потому что происходит от нашего, – улыбнулась Аэри. – Только у ампари оно с открытым завершением – Пэтра. Считается допустимым для настройщиков душ. В закрытом звучании обретает некую дополнительную стабильность. Я довольна своим учеником. И полагаю, что мои занятия с гласенем Патросом закончены.
Глава 5
ЯБЛОЧНЫЙ ПИРОГ КОРОЛЕВЫ
Солнце Ами, золотое и приветливое, плыло под синим сводом панциря к закатным горам. Его лучи заливали лужайку перед домом Лэйли щедро и жарко. Еще бы! Кошка Ли вернулась из длительной отлучки. По ней соскучились и ей рады – и Рахта, и сама Ами, и сестра Риола, и королева Тиэса с мамой Норой и папой Лоэлем, и Ррын. Все они сидят здесь, на плотном зеленом ковре летней травы. И наблюдают за движениями Кошки, которая даже самые серьезные мысли не способна излагать, находясь в неподвижности.
– Потрясающе…В общем, сплошное мяу! – Лэйли сложилась вниз, устроив подбородок между коленей. – Мы с Аррасом почти нырнули в него. Никакого зла, что бы ни утверждали ампари и люди, Ролл не содержит. Просто он с характером, совсем как я.
Кошка выгнула спину, затем выпрямилась и села нормально. Риола с облечением вздохнула, потерла шею.
Потом легла, не желая больше наблюдать изгибы характера и тела сестры. Улыбнулась облаку, похожему на черепашью морду, и стала слушать лето. Оно, хоть никогда и не исчерпывается в мире Ами, постоянно и непрерывно меняется. Здесь и сейчас царит лето зрелое, наполненное звоном кузнечиков. Травы отцветают, перемешивают зной полудня длинными и еще сочными стеблями, кланяются ветру и упрямо распрямляются. "Завтра, самое позднее послезавтра, – прикинула Риола, – следует допустить сюда мальтов". Пусть скосят сочный луг и побалуются рослой спелой травой. Они, летающие, умеют стричь ее ровно и красиво. Режут стремительными движениями гибких хвостов-кос, имеющих острую выдвижную кромку. Очень важно строго напомнить младшим: тонкие стволы молодых цветов мира Дзоэ и их нежные мясистые листья – не для косьбы!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
