— Где вы спасли меня от верной гибели!
— Я узнала о смерти моих близких, о счастливом спасении младенца, о подземелье, где происходило тайное заседание убийц. Мое сердце разрывалось от горя, но я вынуждена была вернуться в Милан. В замке меня ждала новость: Стефано нагло присвоил наследство дяди. Без сомнения, это он убил Берту и Фабиано, чтобы захватить их имущество. Теперь ему осталось устранить единственного законного наследника — ребенка. Его сообщники выкрали у вас мальчика. Но Сан-Жермано не повезло: ваши товарищи захватили негодяя в плен. Больше я ничего не смогла разузнать. За мной следили, не позволяли выходить…
— Теперь все понятно! Я обошел весь дворец от подвала до чердака, а с вами не встретился. Мне сказали, что вы уехали… А я так хотел обрадовать вас, ведь малыш нашелся. Какая-то женщина из народа подбросила его Мак-Магону. Сейчас он в безопасности, под бдительной охраной зуавов.
— Нашелся! Мой маленький ангел спасен! О Господи! Благодарю от всей души! Сан-Жермано не опасен, он в плену, а мой любимый мальчик снова в надежных руках.
Едва Беттина произнесла последние слова, за дверью раздался сардонический хохот[138]. Девушка испуганно прижалась к Франкуру. Продолжая хохотать, в камеру вошел человек в маске.
ГЛАВА 6
Франкур против незнакомца в капюшоне. — Покушение на убийство в порыве ярости. — Выстрел. — Неожиданная помощь. — Свободны! — В старой башне. — Переодеться, чтобы не быть узнанными. — Дядюшка Джироламо и племянник Флорентино. — Десять лет назад. — Благодеяние не забывается.
Беттина и Франкур сидели, прижавшись друг к другу, и капрал чувствовал, как дрожит его подруга.
— Беттина, не бойтесь! Это обыкновенный мерзавец, который подслушивал, стоя за дверью! — воскликнул зуав, больше желая уязвить вошедшего, чем успокоить девушку.
— Мерзавец? В вашем положении следовало быть более сдержанным.
— О Боже! Этот голос… — прошептала Беттина, холодея от страха.
— Мне он тоже знаком! Похоже, мы уже встречались.
Вошедший снял маску и встал лицом к свету. Юная синьорина и зуав одновременно вскрикнули:
— Стефано!..
— Пленный!
— Собственной персоной и к вашим услугам, дорогая кузина, — с иронией произнес итальянец. — Да, пленный, господин Франкур!
— Негодяю удалось сбежать! — воскликнул капрал.
— Ничего подобного! Я спокойно ушел через дверь. В награду за представленные сведения, которые не имеют ничего общего с действительностью, меня проводили до переднего края и отпустили… безо всяких условий. И вот я здесь, слушаю ваше милое воркованье. Трогательная сцена: французский солдат и бедная итальянская девушка!
— Подлый немецкий прислужник!
— Поберегитесь! — бандит сжал кулаки.
— Ваше счастье, что я скован цепями!
— Ладно, ладно, — миролюбиво сказал Стефано. — Не будем ссориться. Мне нужно только, чтобы вы скрепили подписью соглашение и — возвращайтесь в свой полк!
— Если бы не цепи, вколотил бы я эти слова в вашу изменническую глотку!
Побледнев от злости, итальянец скрипнул зубами и с кулаками бросился на зуава. Тот презрительно усмехнулся:
— Чтобы ударить меня, вам придется подойти очень близко… Но вы не осмелитесь, потому что боитесь. Вы — трус!
— Я заставлю вас жестоко заплатить за оскорбления!
— Не думал, что вы их почувствуете: ваша натура им полностью соответствует и не способна воспринимать оскорбления, как спина осла побои кнута.
— Ну это уж слишком! — взорвался итальянец. — На меня возложили миссию[139] посредника, но теперь — к черту переговоры! Я прикончу обоих!
В ярости он схватил девушку за руку и поволок на середину комнаты. Беттина закричала. И в это мгновение грянул выстрел, предатель Стефано рухнул замертво.
— Меткое попадание! — заметил капрал.
— Он мертв. Слава Богу! — вздохнула юная итальянка.
Сквозь рассеивающийся дым они увидели стоявшего в дверях охранника с массивным ружьем.
— Как, старина, это вы? По правде говоря, выстрел пришелся как нельзя кстати и остановил подлеца.
Франкур решил, что охранник убил Стефано, потому что отвечал за безопасность пленных, принадлежащих его хозяину.
Старый солдат достал связку ключей и, выбрав нужный, открыл замо́к на наручниках капрала, а затем расстегнул кандалы на ногах.
— Бедные дети! — сказал он по-итальянски, с нежностью посмотрев на молодых людей. — Вы довольно страдали. Будьте же свободны!
— Вы дарите нам свободу? — не веря собственным ушам, в один голос воскликнули Беттина и Франкур.
— Да. Но нужно уходить немедленно! Следуйте за мной!
В порыве признательности Франкур и Беттина по очереди пожали руку тюремщика, шепча слова благодарности.
— Идемте же, — прервал их старик, — если вам дорога жизнь.
Темными коридорами он вывел их к каменной лестнице. К счастью, беглецы никого не встретили на пути: благодаря толстым каменным стенам, выстрела не услышали. Поднявшись по лестнице вслед за старым солдатом, они вошли в просторную полукруглую комнату, скромно обставленную, но опрятную. Железная кровать, стол, платяной шкаф — вот и вся мебель, что в ней была, на стене висели сабля и солдатский ранец.
— Где мы? — спросила Беттина.
— В знаменитой старой башне Торразо де Кремона, хранителем которой я являюсь. Это мои апартаменты — две комнаты и кухня.
— Вы живете один?
— Да, синьорина. Один с тех пор, как потерял жену и единственного сына.
— Простите ради Бога, я причинила вам боль своим вопросом.
— Нисколько, синьорина, воспоминания согревают мне душу. Но ближе к делу! Вам необходимо переодеться: униформа выдаст вас, капрал. Да и девушку может узнать кто-нибудь из семерки. В соседней комнате вещи моего бедного сына, они подойдут вам, синьорина.
Беттина послушно удалилась. Старик достал из шкафа ворох поношенной полугражданской-полувоенной одежды и отдал Франкуру. Ботинки на шнурках, брюки из серой ткани, старый белый пиджак и шляпа с петушиным пером сделали капрала неузнаваемым. Внимание зуава привлекли лежащие на одной из полок кларнет[140] и очки с голубыми стеклами.
— Могу я одолжить у вас эти предметы?
— Берите все, что вам нужно.
— Благодарю. А теперь внимание!
Достав носовой платок, Франкур завязал левый глаз, а поверх повязки надел очки.
— Ну что? Чем не бродячий артист?
Приложив инструмент к губам, молодой человек извлек несколько звуков. Из соседней комнаты вышла одетая подростком Беттина. Она выглядела очаровательно и сознавала это. Увидев капрала в новом обличье, девушка воскликнула:
