ремонт внутренний, отделка.
— А материалы вы у кого закупаете?
— Да так… На складах берем.
— Под отчёт?
— Ага.
Юля вскинула брови и многозначительно посмотрела на Алексея. Семёнов почти все строительные и расходные брал по накладным, что обеспечивало прозрачность закупок. Юрист отчего-то с остервенением закивал головой. Они совершенно не понимали друг друга. Юля вздохнула и терпеливо продолжила:
— Для начала мне нужен ваш прайс с наименованием работ. Информация об организации — допуски по работам, уровень специалистов, их квалификация…
— Это Андрей вам все предоставит. Начиная от плана до внутренней отделки сервиса, они все сделают. И дешевле выйдет.
— Для того, чтобы это узнать, мне нужна смета.
— Будет вам смета, а пока… — Алексей кивнул Андрею. — Он перешлет вам договор. Чем быстрее подпишем, тем быстрее построим.
- А с чего вы взяли, что я буду его подписывать? — терпение Юли иссякло. Она ничего не имела против Андрея, который, кажется, и сам был не рад, что ввязался в эту авантюру. Явно, что от отката ему досталось бы максимум процентов двадцать, а остальное поделили бы между собой Игорь и Алексей.
То есть они уже собрались пилить прибыли её фирмы. Хороша крыша! Уж лучше бы Игорь в открытую попросил денег на свои связи.
— Так у вас две стройки! — упорствовал Алексей. — И Семенов этот ваш — мутный тип. Я вам сейчас кое-что покажу, что насобирал на него.
Он полез за пазуху.
— Андрей, — Юля поднялась. — Присылайте информацию по вашей фирме на почту. Вот моя визитка. До свидания. Алексей, приятного рабочего дня. Вы свободны.
Андрей кивнул, забрал визитку и быстро, не глядя на Алексея, вышел. Тот же, так и застыв с рукой во внутреннем кармане пиджака, воззрился на Юлю.
— Я что-то не понял, — медленно произнёс он. — Это вы сейчас нас так послали?
— Выбирайте выражения, — осадила его Юля. — Вы — юрист. Изучите ваши должностные обязанности и придерживайтесь их. Мне не нужен подрядчик. Мне не нужны поклепы на моих сотрудников. Занимайтесь своей работой.
Алексей тоже поднялся.
— Вы зачем нас так отшиваете? — он покраснел от злости. — Вы понимаете, что останетесь без денег, если будете так дело вести?
— Я без вас и до вас в деньгах не нуждалась. У меня хорошая зарплата. Вот и вы довольствуйтесь своей.
Алексей мотнул головой.
— Вы себе яму роете, Юлия. Я тут за ваши копейки горбиться не буду. Кажется, пора нашему общему другу сообщить, что дело у нас не идёт.
Юля пропустила угрозу мимо ушей.
— У вас своё дело. Вы — юрист. Меня попросили дать вам работу. Все. Никаких иных договоренностей между мной и нашим общим другом не было.
Алексей усмехнулся.
— Ясно все с вами. Как до дела дошли, так вы сразу и попятились. Мой вам совет — не хотите участвовать, вас просто подвинут. Свято место пусто не бывает.
— Алексей. Вы уволены.
— Ага. Я так и понял, — он уже расплылся в улыбке, такой гадкой, что Юле захотелось швырнуть сумку в его лицо. — Неблагодарная вы. Ещё передумаете, как с кресла своего вылетите. Ещё будете в ногах ползать…
— Пошёл вон, — процедила она. — Живо.
Алексей, продолжая улыбаться, вышел, шарахнув напоследок дверью так, что затрещал косяк.
Юля рухнула в кресло. Мгновение она смотрела на экран монитора, потом, резко подтянувшись к клавиатуре, вбила в поисковике запрос. Ещё минута ушла на размышления — а стоит ли готовить оружие так рано? Но уверенность Алексея настораживала её. Каким бы хамом и наглецом он не был, вряд ли стал бы бросать подобные угрозы на ветер. Юля взяла трубку стационарного телефона и, глядя на экран, набрала нужный номер.
— Добрый день. Подскажите, пожалуйста, к кому мне следует обратиться по вопросу защиты бизнеса от влияния коррумпированных представителей госорганов? Обращение на сайте… Хм… Я бы хотела говорить напрямую, чтобы избежать утечки информации… Хорошо… Да, я бы хотела записаться на приём как можно скорее.
Домой Юля вернулась поздно. Разобравшись с запланированными делами, она начала составлять обращение. Её ещё мучили сомнения по поводу того, стоит ли так рано бежать с доносом. Все же Игорь помог ей, а Алексей мог действовать без оглядки на бывшего коллегу. Но разговор про «крышу» отчётливо отпечатался в памяти. Игорь хотел влияния и денег через её бизнес. И что-то ей подсказывало, что впереди их ждало самое настоящее сражение.
— Люда, ты дома? — Юля скинула туфли, зашла на кухню, где был включён свет, но никого там не нашла. — Люда? Ой!
Сестра сидела в тёмной гостиной, на диване, поджав под себя ноги. Юля включила торшер. Люда сощурилась и отвернулась.
— Что случилось? С Егором поругалась? Не сдала?
Люда отрицательно покачала головой и, закусив губу, кивнула на что-то, лежащее на столике у дивана. Юля остановилась перед сестрой, глянула на белую палочку с двумя розовыми полосками у края и, закрыв глаза, перевела дух.
— Ты уверена? — спросила тихо, очень старательно задавливая в себе всплеск негодования, желающего перерасти в цунами.
— Да. Это третий. Задержка десять дней.
Люда взяла тест, покрутила в руках и снова бросила на стол.
— И как вы умудрились?
Сестра пожала плечами.
— Не знаю. Было пару раз без… В селе. Ты же знаешь, там ничего не продают, — Люда хихикнула. И Юля сорвалась:
— А что в это смешного, я не пойму? Ты на втором курсе, Егор едва успел подтянуть хвосты. Вы чем думали? Потерпеть не могли?
Люда опустила голову.
— Мы не… не хотели, — и заплакала, тихо, пискляво, как попавший в мышеловку мышонок. У Юли заныло сердце. Она села рядом с сестрой и обняла её за плечи. Люда качнулась и уткнулась ей в воротник пиджака.
— Тихо, кнопка, не реви. Что теперь реветь…
— Что мне делать? Юль, я не знаю, что делать…
— Ш-ш-ш, — Юля начала покачиваться из стороны в сторону, гладя сестру по спине, и заговорила тихо, нараспев, будто пела колыбельную. — Для начала сходим к врачу, потом скажем Егору. Он же отец?
Люда отлипла от сёстры и недовольно посмотрела на неё. Юля улыбнулась.
— Кто тебя знает… Ну вот, поговорим с Егором.
— Я боюсь.
— Чего?
— А вдруг он… он не захочет… И что тогда? Аборт?
— А ты сама хочешь?
— Я… Я не знаю. Это же столько всего менять… Это же… Жизнь всю перестраивать… Вот я дура.
Юля закрыла глаза и только крепче прижала сестру к себе. Она не могла решать за неё. Потому что собственная предвзятость в этом вопросе не давала права выбора. Юля уже знала, что навсегда запомнит этот момент — положительный
