Госпожа Акэбоно
Ради такого случая утром Широ вызвал к себе в комнату гостиничного слугу. Ловкий малый помог Широ облачиться в самый роскошный шёлковый наряд с узором из листьев конопли и новейшие соломенные дзори. Гладко причёсанный, умащенный ароматическим маслом и рисовой пудрой, Широ взглянул на себя в зеркало и нашёл, что вид у него хотя и чудаковатый, но, вероятно, подобающий для приёма у императора. Мечи он решил оставить в гостинице: всё равно с ними во дворец не пустят, да и вообще, не стоит лишний раз нарываться. Широ отбыл в резиденцию Сына Неба, блестя и благоухая, а слуга тащил за ним две штуки атласного шёлка, свёрнутого в виде сямисэна и цитры.
В этот раз ожидать пришлось недолго. В «комнату тигра» явился высокомерный Акио, обозрел многоцветный наряд Широ и вроде бы даже остался доволен.
- Асакура Йомэй-сама? Рад вас приветствовать, господин, пройдёмте со мной.
- Позвольте вручить вам скромный подарок, господин санги, - улыбаясь про себя, вежливо сказал Широ и подозвал слугу.
Увидев шёлк, Акио, всегда любивший покрасоваться, несколько подобрел.
- О, сердечно благодарю вас. Право, не стоило. Пойдёмте.
Они вышли из Сёдайбунома и запетляли по неширокой каменистой дорожке, вьющейся между причудливо изогнутых сосен, припорошенных инеем. Был седьмой день нового года, всё вокруг дышало свежестью и морозом. Широ, ранее не бывавший в этой части парка, восторженно озирался: видно было, что садовники хорошо потрудились над ландшафтом, чтобы придать ему сколь можно более запущенный и живописный вид. Хорошо же, наверное, здесь весной!
- Итак, - убедившись, что никто не подслушивает, проговорил Акио. – Видишь здание прямо перед собою? Это Цунэноготен, личные покои императора Томохито, принявшего имя Го-Нара. Я обещал тебя провести и провёл. Вход прямо перед тобой.
- Подожди, - спохватился Широ, - но как же я пройду? Кто представит меня его императорскому величеству?
- А я тебе разве не говорил, что государь император болен и никого не принимает? По-моему, говорил. Всё остальное, уж извини, твои личные затруднения. Ну так что, останешься здесь или вернёмся обратно?
Широ растерянно посмотрел на золочёные столбы ворот и двух суровых стражников с нагинатами.
- Акио, братец, помоги мне только зайти в здание! Я ведь не служу во дворце, эти двое меня ни за что не пропустят!
- Естественно, - фыркнул Акио, - потому что император болен и никого не принимает. Твоё упрямство, Широ, хуже всякой беды. Так что, возвращаемся?
- Н-нет, - пробормотал Широ, - возвращайся один. Я что-нибудь придумаю.
- Брат, если ты останешься здесь один и тобой заинтересуется стража, тебе придётся признаться, что это я провёл тебя сюда. И если ты это скажешь, то не поздоровится нам обоим, а если не скажешь, то тебя могут заподозрить в покушении на его императорское величество. Так или иначе, выкрутиться тебе будет сложно. Одумайся, мы должны пойти назад.
- Так зачем ты меня привёл?
- Чтобы ты, дурак, понял, что просто так на приём к императору не попадёшь, и даже я не могу устроить вам встречу! Речь идёт не о ком-нибудь, а о самом государе императоре!
Широ топнул ногой, смахивая снег с начинавшей размокать сандалии.
- Всё понятно, Акио, ты и не собирался мне помогать! Что ж, иди. Я справлюсь сам. Не беспокойся, тебя я не выдам.
- Широ, да не делай ты глупостей!
Не слушая его, Широ побрёл прямо к воротам дворца. Стражи равнодушно преградили ему путь, не выказав, однако, никакого беспокойства: видимо, роскошный вид Широ и отсутствие у него мечей не давали возможности заподозрить в нём злоумышленника.
- Меня зовут Асакура Йомэй, - повелительным голосом представился Широ, предъявляя удостоверяющую бумагу. – Могу ли я пройти во дворец?
- Нет, если у вас не имеется приглашения, - отозвался один из стражей. – Как вы сюда прошли?
- Я… я не знал всех порядков. Просто вышел из Сёдайбунома и дошёл досюда.
Стражники с сомнением посмотрели на него.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
- Так вы – Асакура? Сын «Меча, Способного Разрубить Луну»? Ваш отец известный человек, но правила одинаковы для всех. Вам лучше сейчас же вернуться в комнату для приёма.
Получив отказ, Широ медленно побрёл назад. Что делать дальше, он не представлял. Отойдя от ворот на два десятка шагов, он неожиданно понял, что в парке вовсе не так тихо, как сначала казалось: ему послышался весёлый смех и голоса. Кажется, ветер доносил этой звуки откуда-то позади дворца. Но как это проверить?
Решив, что ему не остаётся ничего, кроме риска, Широ притворился покорным и проделал половину пути от покоев императора до приёмной министров. После чего он решительно сошёл с дорожки, сразу увязнув в снегу, подобрал полы своих одежд и поковылял по заиндевевшей траве и гальке, пытаясь окольными путями подобраться ко дворцу с тыльной стороны. План был ужасающе нелеп, в случае обнаружения оставалось только прикинуться сумасшедшим, но ничего лучше Широ придумать не смог. Он сам не понимал, какая сила толкает его на это безрассудство, но решил ей довериться.
Кончилось тем, что Широ заплутал. Парк не был совсем уж безлюдным: время от времени на его пути попадались какие-то богато одетые господа, которые при виде ковыляющего в снегу Широ высоко поднимали брови, легко кланялись ему и спешили по своим делам. Пока вроде бы никто за ним не гнался, не собирался хватать и тащить в пыточный застенок. Через некоторое время юношу даже начало удивлять такое отношение к своей особе: какой-то незнакомец шатается по парку в непосредственной близости от дворца государя, а никому и дела нет! И чего, спрашивается, Акио так его напугал?
Так никем и не задержанный, но вымокший и продрогший насквозь, Широ наконец достиг своей цели: он обогнул Цунэноготен и обнаружил источник радостных голосов. Там и в самом деле шло веселье: восемь юношей, бойко переговариваясь и хохоча, гоняли по специально расчищенной площадке мяч из оленьей кожи. Холод им был нипочём: разогревшись от игры, они явно наслаждались и погодой, и времяпровождением. Спрятавшись в заснеженных кустах, Широ пытался угадать, кто это такие: верно, какие-нибудь пажи? Сыновья придворных? Юноши выглядели совсем молодыми…
Один из игроков, по возрасту почти мальчик, так высоко пнул мяч, что игрушка, покружившись в воздухе, с силой ударилась о землю и покатилась в сторону Широ. Игроки восторженно расшумелись. Что-то в их повадках вдруг показалось Широ странным: разве у молодых людей, пусть даже совсем юных, такие высокие голоса? такой заливистый смех? такие изящные, полные странной прелести движения?
Бросившись за своим мячом, игрок сразу увидел Широ: попробуй-ка спрятаться на белом фоне, если на тебе одежды всех цветов радуги! Большие, с длинными ресницами глаза мальчика удивлённо распахнулись, алые губы дрогнули, и он произнёс:
- Почтенные дамы! Идите-ка сюда, поглядите, кого я здесь нашла!
Вот и оказалось, что эти юноши – никакие не юноши, а переодетые в мужское платье женщины.
- Почему у вас такой испуганный вид? - Серебристо рассмеялась красавица, одетая и причёсанная как мальчик. – Вы что, боитесь меня? Кто вы и как сюда попали?
- Асакура Йомэй…
- Асакура? Громкое имя! Да не дрожите вы так, мой дорогой! Или вы просто замёрзли? – Красавица вновь разразилась смехом.
Две или три девушки тоже оставили игру и подбежали к Широ, остальные следили за ними издалека.
- Ах, милочка, кто это такой? До чего симпатичный! – Воскликнула полная дама лет тридцати, всплёскивая руками. – Чудесный мальчик, кто бы вы ни были, вам нельзя здесь оставаться! Милочка, поглядите, да он, кажется, напуган!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
- Конечно, нормальные мужчины побаиваются женщин в мужской одежде! – Снова показала белоснежные зубы большеглазая красавица. – Не удивляйтесь, Йомэй-сан, мы все - всего лишь придворные дамы, а переодеться в мальчиков нас заставила прихоть нашего повелителя. Его императорское величество, скучая и не зная, чем себя занять, пожелал переодеть нас в эти наряды и заставить играть на улице в ножной мяч. Сам он при этом смотрит на нас из окна. Государя это… забавляет. Ох, все старшие дамы были в ярости!
