Читаем без скачивания Тайная война воздушного штрафбата - Антон Кротков

Особенно рисковали те, кто подписывал контракт с так называемыми «Сумасшедшими операторами» — Crasyops. Это были небольшие структуры с крохотным бюджетом и крайне агрессивным настроем любой ценой зацепиться за уже почти поделённый более крупными игроками рынок. Такие компании промышляли везде, где пахло кровью и долларами. Пилоты нужны были владельцам Crasyops лишь до тех пор, пока они были способны приносить им прибыль в кабине самолёта или вертолёта. Обычно в типовых контрактах, которые предлагались потенциальным наёмникам, не были прописаны компенсации, например, в случае их гибели или получения тяжёлого увечья при выполнении профессиональных обязанностей. Судьба сбитых, пропавших без вести или покалечившихся лётчиков в этом бизнесе мало кого волновала.

Именно с открытия такой «шарашкиной конторы» Хан начинал свой бизнес. Впрочем, как бывший лётчик, он старался не бросать своих парней на произвол судьбы. Даже когда бизнес ещё не набрал обороты и денег было мало, Хан из собственного кармана оплачивал медицинскую страховку тем, кого собирался отправить в опасную командировку. Но зато благодаря наработанной репутации порядочного и удачливого командира к нему на службу шли охотнее, чем к другим авиабаронам. Макс даже мог себе позволить выбирать. Основные требования к кандидатам у него были достаточно жёсткие — не менее 1500 часов налёта, как минимум один срок службы в боевом подразделении и лётные навыки выше средних. Молодые неопытные авантюристы и середнячки ему были не нужны. Хотя, конечно, порой возникали ситуации, когда требовалось срочно набрать дополнительный персонал. В таких случаях Максу приходилось снижать свои требования…

Со временем Хан расширил свой бизнес, основав частную военную компанию. Теперь его интересовал не просто гонорар за предоставление охранно-военных услуг. Он мечтал о доступе к колоссальному экономическому потенциалу африканских стран (прежде всего сырьевому).

Именно тогда Макс познакомился и сумел достаточно быстро войти в доверие к президенту Моргану Арройе. У местного правителя имелась довольно большая (впрочем, не слишком боеспособная) армия, но совсем не было хороших лётчиков. Молодые люди, которые когда-то уехали учиться в Советский Союз, после ссоры Арройи с СССР предпочли не возвращаться домой, где их ждала смерть. Тех же пилотов, которых русские инструкторы неплохо натаскали непосредственно на месте, Арройя в горячке велел казнить, когда решил разорвать отношения с Москвой. Теперь он сильно сожалел о содеянном, ибо как воздух нуждался в профессиональных авиаторах, чтобы утвердить свою власть в борьбе с внутренней оппозицией и реализовать собственные наполеоновские планы по сплочению соседних государств под своей властью.

Новые же американские друзья пока кормили Арройю обещаниями, видимо, присматриваясь к ситуации и прощупывая, насколько надёжен новый союзник. Африканский царёк очень нуждался в людях дела, которые помогли бы ему достать ключи от неба.

Данная страна, пышно именуемая лояльными центральной власти чиновниками «республикой», существовала только на бумаге. На деле же непризнанная нигде, кроме своей столицы и нескольких отвоёванных у повстанцев областей, так называемая «Демократическая всеафриканская республика» представляла собой лоскутное одеяло мятежных провинций и районов, контролируемых партизанскими полевыми командирами и криминальными авторитетами.

Практически сразу после ухода европейских колонизаторов, которым на протяжении двухсот лет удавалось поддерживать на подконтрольных территориях относительный порядок, вспыхнула ожесточённая межклановая, а точнее, межплеменная борьба. Нормальное централизованное управление страной фактически не осуществлялось, зато военная борьба «всех против всех» велась с постоянно нарастающей интенсивностью. При этом президент и его карманное правительство при каждом удобном случае объявляло на весь мир, что только они единственная демократично избранная большинством населения власть и полностью контролируют ситуацию в стране, успешно борются с сепаратизмом.

Но фактически бывшая королевская столица — город Киву, переименованный Морганом Арройей после захвата власти в Морганбург, — постоянно находилась на осадном положении. «Полностью контролирующий ситуацию в стране, всенародно выбранный президент» не мог положиться на отборные армейские части, расквартированные в столице. Поэтому даже в пределах личной резиденции Арройя вынужден был передвигаться в сопровождении отряда верных телохранителей-соплеменников.

Диктатор очень надеялся безжалостными бомбардировками загнать своих врагов обратно в дикие джунгли и выжечь их там напалмом, а заодно продемонстрировать силу собственным солдатам, чтобы те боялись и уважали его. Для этого Арройя пригласил к себе в страну компанию Макса Хана и военного советника из ЮАР Хенка Ван дер Вольфа. Южноафриканский бур стал личным консультантом президента в авиационных делах.

Хан же сразу был произведён обожающим играть в Наполеона президентом в главкомы ВВС и маршала авиации с навешиванием золотых эполет и награждением орденами размером с блюдце. После этого Макс занялся формированием ВВС, которые фактически перестали существовать после ухода советских советников.

В награду за оказанные услуги Хан в перспективе рассчитывал получить контроль над некоторыми крупными алмазными, урановыми и нефтяными месторождениями, плантациями кофе и несколькими стратегическими важными портами на побережьях. Маячила перспектива отхватить очень жирный кусок пирога, который ещё не был поделён из-за сложной военной обстановки между лидерами лояльного президенту чисто декоративного парламента, министрами и генералами.

Но без техники, боеприпасов и горючего много не навоюешь. А всего этого в разорённой войной и ужасающей коррупцией стране не было. Арройя настолько доверился немцу, что выделил ему колоссальные средства для закупки всего необходимого.

Большая часть тех самолётов, которые африканский царёк успел получить от СССР несколько лет назад, пока играл в построение социализма, уже была потеряна в боях с соседними государствами. Оставшиеся же МиГи и Су стояли на приколе и ржавели из-за отсутствия запчастей.

Выяснив обстановку, Макс отправился в Европу. Там он начал с посещения крупных международных авиасалонов. Изучая рекламные проспекты известных авиастроительных компаний и выставочные образцы, новоиспечённый «главком ВВС» далёкой африканской страны тщательно выбирал подходящие машины. На авиасалоне в Ле-Бурже Хан посетил стенд компании «Dassault» и приценился к её новейшему истребителю «Мираж-3». После трёхмесячных переговоров «африканец» заказал у французов партию этих истребителей, которые за треугольное крыло прозвали «лопаткой для торта», а за современную авионику «электрической лопаткой для торта».

На выставках Хан регулярно встречал респектабельных бизнесменов с приятными манерами. Некоторые из них по воскресеньям посещали церковные мессы, другие были известными меценатами. Эти господа сами рассказывали ему об этом, чтобы лучше объяснить свою жизненную позицию. «Мы уважаемые члены общества, а производимое нами оружие служит торжеству демократии в мире» — таков был лейтмотив их речей. При этом лица собеседников Хана, как правило, приобретали торжественное выражение.

Объяснив, что и в жизни, и в бизнесе они исповедуют высокие моральные принципы, фирмачи начинали убеждать выгодного клиента купить именно их боеприпасы, разрывающиеся на самые длинные и острые осколки, превращающие всё живое в фарш в радиусе пятисот метров от эпицентра взрыва.

В моральном отношении они были ничем не лучше наёмника, которого наверняка считали законченным грешником, обречённым после смерти гореть в аду.

Да, Хан встречал разных типов, и у каждого в голове жили свои тараканы. Один такой крупный производитель кассетных бомб, начинённых минами-ловушками, замаскированными под яркие детские игрушки, а по совместительству директор респектабельного благотворительного фонда даже пригласил выгодного клиента к себе домой на обед. В своём имении под Парижем хозяин, 55-летний благообразно-седовласый сибарит, потчевал гостя вином лучших европейских марок и много рассуждал о великой гуманистической роли искусства, показывая развешанные по стенам своего дома картины великих мастеров и старинные скрипки в особых нишах под стеклом. Хан понимал, что вся эта напыщенная болтовня является всего лишь прелюдией к началу торга, и спокойно ждал, когда «искусствовед» озвучит свою цену. И они быстро ударили по рукам. Дельцу повезло с новым знакомым, который приобретал всё необходимое оружие, почти не торгуясь.

После кофе довольный хозяин похвастался перед гостем своей коллекцией технических раритетов, на которую тратил заработанные миллионы. Это было собрание «чёрных машин», которое включало в себя подлинное творение рук доктора Гийотена, поставившее во времена Французской революции обезглавливание «врагов народа» на конвейерную основу. Здесь был «Кадиллак» 1940 года, принадлежавший знаменитому гангстеру Аль Капоне. А также двухместный аэроплан Bleriot XI, печально знаменитый тем, что он принадлежал первой американской женщине-авиатору Харриет Куимби. На этом самолёте она в последний раз в своей жизни поднялась в так обожаемое ею небо, чтобы по трагической случайности выпасть вместе с пассажиром из сидений (в то время привязные ремни так же, как и парашюты, только входили в авиационную моду) при выполнении слишком крутого манёвра. Сама машина упала неподалёку от разбившихся лётчиков в болото и почти не пострадала, чтобы позднее быть отреставрированной и выставленной на аукцион родственниками погибшей лётчицы. Мир авиации часто бывает жесток и прагматичен.