Я стоял у окна, и наедине с холодным трупом мысли мои невольно занялись вопросами о вечности и смерти. Мерное тиканье часов - мгновения, море своим ровным глухим шумом говорило о вечности, смерть - в кресле передо мною...
Когда я вышел от дяди, было уже совершенно темно; ветер крепчал, тучи неслись по небу словно бледно-желтые призраки, освещенные огнями города; на темном горизонте мигали фонари гавани, как светлые звезды; белые гребни волн еле виднелись в море, по-прежнему шумевшем внизу.
"Слышишь, мальчик, как море шумит, - почудился мне снова голос дяди. - Шуми, вечное море, шуми! Мое счастье и моя жизнь уже прошумели..."
Приблизительно тогда же, когда писался этот рассказ, Владимир
Афанасьевич обратился за советом к своему школьному учителю: не
бросить ли институт, не отдаться ли целиком литературному труду?
Алексей Александрович Полозов дал мудрый совет. Обручев запомнил
его на всю жизнь и даже много лет спустя, в своих воспоминаниях,
цитирует дословно:
"Ваши литературные, наклонности еще недостаточно ясны и сильны,
чтобы всецело полагаться на них. Писатель должен знать жизнь, чтобы
создавать что-либо ценное, а Вы ее еще мало знаете. Попробуйте свои
силы на горном поприще, в нем очень много интересного и трудного,
заслуживающего описания. Тогда у Вас будет и материал для
литературной работы".
Прав, тысячу раз прав учитель.
Сам Обручев называл "Море шумит" рассказом, но фактически это
романтический вымысел. Даже образ дяди лишен каких-либо жизненных
штрихов. Да и зачем они? Вся рассказанная история - только символ,
точнее, юношеская претензия на символ.
Учитель подметил главное - ранние литературные опыты Обручева
лишены связей с реальной жизнью.
"Пришлось согласиться, что мой учитель совершенно прав, я
последовал его доброму совету", - пишет Владимир Афанасьевич в
воспоминаниях.
Можно сказать вполне определенно: не будь Обручев геологом,
путешественником, не было бы ни "Плутонии", ни "Земли Санникова", ни
"Золотоискателей в пустыне", ни "Рудника Убогого", ни "В дебрях
Центральной Азии". И конечно, не было, бы замечательных
научно-популярных статей, научно-популярных книг.
В 1890 году появились путевые очерки Владимира Афанасьевича "По
Бухаре" и первая научно-популярная публикация - "Залежи бурого угля
с. Зиминского". Потом "Письма" из путешествия по Китаю.
Научно-популярный жанр по праву считается одним из труднейших в
литературе.
Обращаясь к своим ученым коллегам, известный английский
естествоиспытатель и популяризатор Дж. Б. С. Холдейн писал: "Вы,
вероятно, привыкли к двум категориям научных статей: к ответам на
вопросы, где вы стремитесь возможно шире показать объем ваших знаний
по целому разделу науки, или же к специальным научным сообщениям, в
которых вы детально излагаете какую-то узкую проблему. Когда вы
пишете научно-популярный очерк, перед вами совсем другая задача. Не
следует бравировать своей эрудицией... Ваша задача - увлечь читателя,
возбудить его интерес..."
Обручеву это удавалось блестяще. Владимир Афанасьевич, что
называется, "чувствовал" читателя. Его научно-популярные статьи
публиковались в "Пионерской правде" и... на листочке отрывного
календаря, в "Правде" и "Известиях", в журналах "Природа", "Вокруг
света", "Новый мир", "Огонек"...
Тематика статей столь же разнообразна: "Четыре эпизода из
путешествия А. В. Потаниной в Центральной Азии и Китае", "Экспедиция
Нансена к Северному полюсу и ее результаты", "Ищите радий"
(публикация 1913 года!), "Роль геологии на театре военных действий",
"Происхождение Телецкого озера", "Пещера ископаемых драконов в
Китае", "О происхождении нефти", "Животные ледникового периода в
изображениях современного им человека", "Сколько лет Земле?", "Земля
Санникова. Нерешенная проблема Арктики", "Что может наблюдать юный
геолог?", "Почему я сделался путешественником?", "Новая наука
мерзлотоведение", "Как образовались сокровища Урала", "Геология и
война", "Строительство ледяных складов", "Движутся ли материки?",
"Значение геологии в школе и жизни", "Наступление на пески",
"Ледниковый период и Атлантида", "Можно ли, нужно ли мечтать?"...
"Занимательная геология" - лучшее, что создано Обручевым в
научно-популярном жанре. Книга была написана еще в предвоенное время,
и при первом издании (в 1944 г.) ее сочли "слишком занимательной".
Книгу "отредактировали", дали новое название: "Основы геологии
(популярное изложение)". Верно, конечно, что книга дает исчерпывающе
полное представление об основах геологии. Но первоначально она была
адресована юному читателю, а в отредактированном виде увлечь этого
юного читателя она вряд ли может.
К счастью (и к сожалению, уже после смерти автора, в 1961 году),
текст "Занимательной геологии" был восстановлен.
Отрывок, конечно, не может дать полного представления о книге.
Но все-таки кусочек "Занимательной геологии" нельзя не процитировать:
МОЛОДОЙ СЛЕДОПЫТ
Если вы катаетесь на лыжах и бываете за городом, конечно, не там, где десятки и сотни лыжников избороздили снега по всем направлениям своими следами, а подальше, где поверхность недавно выпавшего снега не тронута, обратите внимание на следы животных и попытайтесь объяснить, кто их оставил. Научитесь различать следы, оставленные зайцем, лисицей, собакой, волком, вороной, воробьями или другими мелкими птицами.
Следы птиц легко отличить по форме и по тому, что они кончаются внезапно и возле отпечатков лапок можно видеть полосы, оставленные крыльями при взлете.
Интересно наблюдать следы и на поверхности сыпучих песков в стороне от колодцев, где они не затоптаны скотом, идущим на водопой. Там можно заметить следы зайца, лисицы, суслика, ящериц, разных птиц и даже жуков и змей. Если провести несколько часов, притаившись в кустах, чтобы проверить свои догадки, можно увидеть и кой-кого из тех, кто оставляет эти следы.
На влажном песке, на иле плоских берегов озер и морей, на вязкой глине такыра, освободившегося от воды, также можно наблюдать следы разных животных, которые будут долговечнее, чем следы на снегу или песке. Последние уничтожит следующий снегопад или ветер, а следы на глине высохнут вместе с глиной и сохранятся до следующего затопления, которое не уничтожит их, но покроет новым слоем глины, то есть сделает ископаемыми. (Здесь в тексте книги чудесная фотография - "Следы медведя на глинистой почве склона горы. Камчатка".)
Через много лет, когда море отступит или современные прибрежные отложения будут подняты выше, процессы выветривания или размыва уничтожат глину, закрывшую следы, их заметит и опишет какой-нибудь исследователь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
