не стала приводить себя в порядок, и сейчас весь её облик красноречиво говорил о том, что она явно только что вернулась с большой заварушки. Вся её одежда была в крови, грязи и какой-то копоти. Волосы разметались непослушной копной вместо привычной для неё идеальной укладки.
Единственное, что оставалось неизменным, это её красота. Каким-то образом даже в таком виде, Катарина выглядела суперзвездой. Хоть сейчас веди её на киностудию и снимай в фильме про войну, где главной героине с рыданиями будет сочувствовать весь зал и восхищаться силой её духа.
Но Великих Князей пронять гораздо труднее, чем простых обывателей, так что, когда все, наконец, собрались, Роланд Десмонд не удержался от ехидного комментария:
— Катарина, что за вид? Твой дирижабль рухнул на какой-то свалке? Или, может, у тебя в резиденции взорвался газ? Помнится, я советовал тебе не экономить на обслуживании…
Рыжая княгиня пропустила его издёвки мимо ушей и сразу же перешла к делу:
— Сейчас вам всем резко станет не до шуток. У меня есть неопровержимые доказательства того, что Макс Рихтер жив. Я видела его лично. Лицом к лицу. А мой клан прямо сейчас ведёт с ним неравный бой!
Пока остальные князья переваривали услышанное, Роланд тяжело вздохнул и снова взял слово:
— Кэт, может хватит? Опять эти бредни.
— Вот именно, лапуля, — ехидно вмешалась в разговор Регина. — Мы все знаем, что у Вийонов непростой период, но сваливать всё на мертвеца… это уже слишком. Рухнувшую репутацию этим не поправить, зайка моя.
Высказался и Гюнтер Штайгер:
— Поверить не могу, что ты оторвала меня от уникальной разработки ради этого!
Катарина вспыхнула, вскочила с кресла и завела пылкую яростную тираду:
— Можете говорить, что угодно, но у меня половина столицы в свидетелях! Химеры бегают по улицам! Одну из них я уничтожила собственными руками! Приезжайте и убедитесь сами, если не трусы! Я требую, чтобы все Великие Кланы выполнили свой союзный долг и совместными силами атаковали Рихтера, пока он не перебил нас всех!
Князья переглянулись, и во взглядах большинства читалось неприкрытое мнение о том, что Вийон, похоже, сошла с ума. Но ответить никто ничего не успел.
Голографические изображения князей замигали, как при проблемах со связью, а через несколько секунд в зале появился седьмой участник разговора.
В тёмно-зелёном бархатном костюме с иголочки, будто только что вышел из швейного салона, гладко выбритый, со свежим цветом лица и триумфальной улыбкой на своих бывших соперников и друзей смотрел Он. Кошмар древности собственной персоной.
Картинно смахнув пылинку со своей манжеты, он заговорил:
— Катарина, большое спасибо за представление. Действительно, это я — Максимилиан Рихтер, Великий князь Рихтенберга. Ну что, соскучились по мне?
Глава 17
Некоторое время назад
— То есть раньше это была исключительно магическая связь? — удивилась Лифэнь.
Мы обсуждали с ней способы, с помощью которых Великие князья связывались друг с другом, чтобы устроить совет, не срываясь с места.
Ещё во время процесса между Вийонами и Бергманами я понял, что всё изменилось, но тогда не было срочного резона с этим разбираться. Хотя я и дал задание Лифэнь по возможности обо всём разузнать.
Теперь способ связи был техномагическим и базировался на современном интернете.
Интересно, почему они отказались от старого варианта? Он явно был более надёжным.
Раньше князья встречались лично либо использовали слуг в качестве астральных проекций. Очень сложное заклинание, когда князь буквально занимал тело своего подчинённого, который в этот момент находился в зале переговоров.
Сознание настоящего владельца тела в этот момент крепко засыпало, так что он понятия не имел, о чём ведут беседы главы кланов.
Заклинание это очень непростое, уже не говоря о том, что был проведён ещё и дополнительный ритуал силами всех семерых князей.
И никто на свете не смог бы его подделать. Доступ был только у нас.
Хотя, может быть, в этом и ответ? Что, если после моей «смерти», они не смогли повторить ритуал? А пользоваться старым всё-таки боялись, несмотря на то, что верили в то, что я уже не вернусь.
Как бы там ни было, сейчас это не имело значения. Хотя хакерше я всё-таки рассказал об этом старом способе.
Но теперь всё было иначе. Лифэнь не подвела и действительно разузнала, как это всё происходит. Причём воспользовалась она не столько своими хакерскими талантами, сколько знакомством с Октавией и Бланш.
Обе девушки занимали достаточно высокое место в иерархии своих кланов и хотя, разумеется, не имели доступа к совету, но кое-что всё-таки слышали.
Так что Лифэнь сначала проанализировала то, что от них узнала, а потом уже на основании этого провела собственное расследование. Разумеется, со всей осторожностью.
Но теперь, когда мне необходимо было попасть на совет, мы по крайней мере знали с чего начать.
— Вот только даже если я знаю, куда бить, взломать защиту Вийонов мы никак не сможем за полчаса, — развела руками хакерша, когда я пришёл к ней в лабораторию после того, как Катарина сбежала из Гранд-Базара с остатками своих людей, — здесь работы не на один день, а может, и не на одну неделю. Причём очень высок шанс, что нас поймают и сменят протоколы.
Я кивнул.
— Поэтому я и не просил тебя заняться этим заранее. Но у меня есть идея, которую я хочу проверить.
Лифэнь расплылась в улыбке.
— А вот это уже интересно. Твои предложения обычно совершенно безумные, но при этом рабочие. Я до сих пор не верю, что мы смогли сделать флэшку из твоего пальца, хотя сама приложила к этому руку.
— Именно о флэшке я и думаю, — начал я, — сама посуди, у меня нет никаких проблем, чтобы отправлять тебе образы, которые я вижу своими глазами, делиться мыслями и так далее. Так почему бы мне не пойти дальше и не отправить в сеть собственное сознание?
Лифэнь замерла. Потом открыла рот, собираясь что-то сказать, но промолчала и его закрыла. Потом снова открыла. И так несколько раз, словно рыбка.
Хакерша никак не могла собраться с мыслями, но всё-таки
