Читаем без скачивания Право на кровь - Кирилл Казанцев

Макс посмотрел на Настю. Та упиралась локтями в колени и наклонилась над полом так низко, что казалось, будто ее тошнит. Она незаметно для Жанны покрутила себе пальцем у виска, потом показала вниз.

Макс небрежно привалился к шкафу, отвел пистолет за спину и кашлянул, заглушая негромкий щелчок предохранителя. Жанна по-прежнему обнимала Настю за плечи, но смотрела в стенку перед собой. Она разглядывала рисунок на старых бумажных обоях так пристально, будто старалась запомнить его. «Беретта» снова упиралась Насте в бедро.

«Успею!» – решил Макс.

Он подобрался, сжал рукоять «макарова», готовясь к броску. Надо упасть на пол, затем кувырок через плечо, выпалить с разворота в рожу этой суке, схватить Настю и бежать отсюда ко всем чертям. Плевать, что она в тапках и халате, разберемся как-нибудь, лишь бы ноги унести. Минут десять осталось, а то и меньше.

Макс глядел по сторонам, прикидывая, как бы отвлечь Жанну. Он не придумал ничего лучшего, чем легонько врезать пистолетом по стеклянной дверце. Та зазвенела, пошла трещинами, на пол полетели осколки.

Настя прикрыла руками голову. Жанна непонимающе глядела в полумрак у двери.

Макс пригнулся. Положение – лучше не придумаешь. Она смотрит в сторону. Оказаться у нее перед носом ничего не стоит. Он прижал «макарова» к бедру, локти к бокам, подался вперед.

Тут от входной двери потянуло сквозняком. В коридоре мелькнула быстрая тень. Она метнулась от одной стены к другой, пропала на миг и материализовалась в дверном проеме, застыла на границе света и тьмы, переместилась немного вбок.

Макс узнал Казарцева. Господин капитан собственной персоной, с подсохшими ссадинами на худой физиономии, злой и довольный, как кот после драки, хотя и чуть прихрамывает. Он влетел с пистолетом, поднятым на уровень глаз, поймал в прицел Макса, Жанну, оценил обстановку и застыл изваянием.

Жанна напряглась, дернула Настю за волосы и приставила ей к голове пистолет.

– Не дури! – прорычал Казарцев. – Брось ствол, овца. – Он быстро взглянул на Макса и заявил: – А ты проваливай побыстрее. Все будет так, как мы договорились.

Макс опустил руки, пряча «макаров» под курткой. От отчаяния он был готов пристрелить капитана прямо здесь, не сходя с места. Злость держала парня за горло. Ему стало душно и жарко. Макс едва сдерживался, чтобы не врезать Казарцеву промеж ног, благо стоял тот очень удобно.

Алексей почуял что-то неладное, повернул голову и повторил, как выплюнул:

– Вали, кому сказано! У тебя минут двадцать, а то и меньше. Давай, пошел отсюда.

Настя удивленно смотрела на обоих. Макс кивнул ей. Мол, не дергайся, все будет хорошо.

Он повернулся к Казарцеву и спросил:

– Еще одну подставу мне приготовил? Как сегодня ночью на дороге, да?

– Какую подставу? – нарочито удивленно проговорил тот. – О чем ты?..

Капитан успел спрятать паскудненькую ухмылку, состроил непонимающую гримасу. Дескать, о чем ты? Он глядел волком то на Макса, то на Жанну, которая следила за ними и держала пистолет обеими руками.

Умаялась, понятное дело. Явление Казарцева для нее большой сюрприз. Не того она ждала от этой ночи и понимала теперь, что дело ее дрянь.

– Дурака-то не включай, – сказал Макс. – В клиента ваш человек стрелял. Целился в меня, но ошибочка вышла. Грохнуть хотел, чтоб подвиги твои не всплыли. А кто-то его пристрелил.

– Это была я, – сказала Жанна. – Я ехала за вами, вернее, за тобой.

Все уставились на нее. Казарцев еле слышно присвистнул, продолжая держать Жанну на прицеле.

– Меня проверяла? – спросил Макс.

Жанна улыбнулась и ответила:

– Да. Вовремя успела, правда?

Казарцев выдал что-то матерное, шагнул вперед. Жанна вдавила дульный срез «беретты» Насте в висок. Капитан переместился вбок. Жанна следила за ним, не забывая поглядывать на Макса. Держалась она при этом превосходно. Вся спокойная, собранная, деловитая. Будто не Жанна, а кто-то другой с минуту назад глотал слезы.

Правда, говорила женщина немного быстрее, чем обычно. Но это не от волнения. Она будто хотела все успеть, закончить, перед тем как умереть.

– После случая с Саней Димка настоял, чтобы я тренировалась со снайперкой, и у меня неплохо получалось. Он попросил меня присматривать за вами. Я всегда ехала следом, ждала неподалеку на случай, если что-то пойдет не так, и несколько раз успевала все исправить. Как вчера, например. Правда, мне пришлось использовать пистолет. Ты должен быть мне благодарен. Я спасла тебе жизнь.

– Сука! – не выдержал Казарцев. – Гадина. Ты убила нашего человека.

Жанна обворожительно улыбнулась ему, томно прикрыла глаза.

– Ага. Жаль, что это был не ты. Лежал бы сейчас с дыркой в башке.

– Ну ты и мразь! – проговорил Казарцев сквозь зубы.

Жанна тряхнула волосами и еще крепче обняла Настю, держа пистолет точно напротив ее сердца.

– Прекрати комедию ломать! – прикрикнул на нее Казарцев. – Тебе же не отмыться.

– Да ты кто вообще такой, чтобы мне указывать? – осадила его Жанна.

Она не кричала, но голос дрогнул. Силы у нее явно были на исходе. Осталось подождать немного, и она сломается.

Алексей это прекрасно понимал, ернически склонил голову и представился:

– Капитан ФСБ Казарцев. Документы в нагрудном кармане, можешь сама взять и посмотреть.

Он шагнул к Жанне, но та с силой вдавила ствол «беретты» в грудь Насте.

Капитан попятился, вернулся к дверям, демонстративно поглядел на часы, потом на Макса и заявил:

– Жарова твоего уже нет. Да ты и сама это знаешь. Он умер семь лет назад, а вот Дмитриев Илья – только сегодня.

– Что? – вырвалось у Макса.

Он уже минуту не сводил с Насти глаз.

Девушка держалась из последних сил. Ее колотила крупная дрожь, она стискивала зубы и сжимала кулаки так сильно, что пальцы побелели.

«Истерика либо обморок», – крутилось у него в голове.

Макс предпочел бы последнее и ждал мгновения, когда Настя потеряет сознание. Тогда надо будет опередить Казарцева. Тот обязательно выстрелит, с него станется.

Максу вспомнилось, как капитан не моргнув глазом перерезал человеку горло. Казарцев на службе. Настя для него – допустимые потери, как и Жанна, если все пойдет по дурной дорожке.

Макс не сразу понял, о чем тот говорит короткими рваными фразами.

– Она работала в спецучреждении, проще говоря, в режимной дурке. Там по решению суда содержался Дмитриев, тоже врач, хирург. Он участвовал в боевых действиях в составе спецподразделения, имел отличные характеристики и награды. А за что этот герой в вашу богадельню угодил?

– Заткнись! – проговорила Жанна.

Она побледнела, на лбу выступила испарина, руки заметно подрагивали.

«Все, на исходе барышня, – понял Макс. – Казарцев форсирует события, давит ей на психику умело, нахраписто и так больно, что у Жанны в глазах появляются слезы».

– За то, что как-то раз курил у себя на балконе и бросил окурок вниз. Там стояла коляска с ребенком. Она загорелась, малыш скончался от ожогов. А твой дружок просто смотрел, как тот умирает.

– Это произошло случайно, – заявила Жанна.

Она прижимала к себе Настю и не сводила с Казарцева глаз с расширенными зрачками.

– Да, и отца ребенка Дмитриев тоже случайно убил на лестничной площадке. Тот пришел к твоему дружку поговорить. Дмитриев всадил ему в глаз скальпель, подождал, когда закончится агония, и сам вызвал «Скорую». На суде Дмитриев сказал, что они ему мешали. Ребенок раздражал его своим плачем и криками. Вину свою он не отрицал, получил десять лет с отбыванием в психиатрическом стационаре специализированного типа с интенсивным наблюдением. Тут появляется наша красотка. Она влюбляется в Дмитриева, организует ему побег, пока он не превратился в овощ, и новые документы умершего больного.

– Бедненькая, – вдруг гнусаво проговорила Настя.

Она опустила руки, сидела с прямой спиной и смотрела на Жанну устало и жалостливо, прямо как на бездомного щенка.

– Совсем у тебя дела были плохи, раз на психа позарилась.

– Он спас ее. – Казарцев сделал небольшой шаг вперед.

Макс переместился следом, не сводя с капитана глаз. Тот чувствовал слежку, косил глазом вбок, но сделать ничего не мог. Держать сразу двоих ему было неудобно.

Добровольский немного опередил его, оказался у торцевой стенки шкафа и смотрел на Жанну сбоку. Она точно не замечала его, глядела только на Казарцева, и Макс решил немного выждать.

– Он спас ее, как настоящий Ромео свою Джульетту. Красивая девочка из хорошей семьи – танцы, языки, золотая медаль, диплом с отличием. – Казарцеву с трудом дались эти слова, его даже малость перекосило, как от кислого. – От мужиков, наверное, отбоя не было. А она выбрала науку, диссертацию собиралась писать об особо опасных психах. Тянуло ее, понимаешь, заглянуть в глаза чудовищам. Сколько их было? Забыла? Я напомню. Трое.

– Трое? – как во сне, спросила Настя.

В обморок падать она явно не собиралась, отлично слышала и воспринимала все, что говорил Казарцев, но выглядела жутко. Бледная, растрепанная, на левой скуле наливается кровоподтек, руки расцарапаны, взгляд такой, точно у нее температура под сорок.