Преодолев секундную слабость, она оттолкнула руку Артура и, скороговоркой велев мистеру Гетерби выпить чего-нибудь освежающего после скачки и подождать несколько минут, пока она переоденется, громко обратилась к гостям:
— Дорогие мои… Случилось несчастье, мистер Клеманс болен, — она не сумела выговорить более страшных слов, — поэтому я вынуждена оставить вас сейчас и поспешить к нему. Артур, ты же возьмешь на себя обязанности хозяина целиком?
— Ты уверена, что мне не следует поехать с тобой, милая? — пробормотал тот, но, встретив непреклонный взгляд сестры, стушевался. — Да-да, конечно, езжай сама, мистер Гетерби тебя проводит.
Через несколько минут свежие лошади Линден-парка уже мчали свою хозяйку в темно-синей амазонке и мистера Гетерби по направлению к поместью Клемансов. Несмотря на бешеную скорость скачки, управляющий умудрился поведать Кэролайн вкратце о происшедшем.
— Прошлой ночью на наших землях были замечены браконьеры. Лесник Дженкинс схватился с ними, но получил пулю в ногу и едва сумел доковылять до дома. Дочь раненого Энни бросилась за подмогой в поместье и по пути нарвалась на остатки банды, что разгонял отец. И они… Ох, мисс, лучше я опущу подробности, что эти звери делали с девушкой. Когда поутру миссис Дженкинс, мучимая подагрой, наконец прихромала в поместье и выяснилось, что ее дочь пропала по пути к нему, мистер Алекс собрал всех мужчин, оказавшихся в доме, и организовал прочесывание леса. И, как обычно, сам возглавил поиски. Вот рядом с шалашом, где эти изверги и продержали Энни, их и взяли, да вот мистер Алекс… — Гетерби запнулся, и Кэрри, не выдержав, поторопила его:
— Ну же, что с ним?
— Пуля. Из того же дробовика, что достал Дженкинса, вот только мистеру Клемансу она угодила в живот…
Кэролайн ахнула. Из рассказов самого Алекса Клеманса она отлично помнила, что раны в живот — самые ужасные. Человек не умирает сразу, как от пули в сердце, а мучается еще какое-то время, но исход неизбежен.
— Господи, — прошептала она и сморгнула повисшую на ресницах слезу, — смилостивься над ним… А Энни? — спохватилась девушка. Думать о судьбе дочки лесника для Кэролайн оказалось в эту минуту куда легче. — Она жива?
— Да, — кивнул Гетерби. — Только избита вся и…
— …изнасилована, — мрачно продолжила Кэролайн. — Боже, какие звери. Откуда в нашей цивилизованной стране такие ублюдки?
— Их повесят. Они все пойманы, — сообщил ей спутник, но вряд ли эта мысль утешили девушку.
Несмотря на бешеную скачку, в Клеманс холле Кэролайн с Гетерби появились, когда уже было слишком поздно. Алекс скончался за полтора часа до этого.
* * *
— С тех пор Кэролайн последовательно отказывает любому претенденту на ее руку, хотя легкий флирт с толпой поклонников мою сестру неизменно забавляет, — закончил Артур свой печальный рассказ. — Все это произошло больше семи лет назад, и, хотя тетушка Жанет регулярно стращает Кэрри участью старой девы, ничего не меняется.
— Она так сильно любила жениха, что по-прежнему остается верна его памяти? — с ноткой недоверия переспросил Роберт.
— Да нет, думаю, дело в другом, — отозвался Артур. — Я бы не сказал, что она так сильно тоскует по погибшему Алексу, хотя, несомненно, успела весьма сильно к нему привязаться. Скорее, с тех пор Кэрри не решается кого-то подпускать к себе слишком близко, боясь снова испытать боль внезапной потери. В такой короткий срок лишиться сначала родителей, а потом жениха… более слабая натура, чем моя сестра, могла бы и новее сломаться, а она держится. Только выстроила вокруг себя высочайшие крепостные стены, за которые, кроме меня и тетушки Жанет, никому нет хода. У Кэрри ведь даже подруг близких не осталось — она от всех отдалилась за эти годы, сохранив лишь легкие приятельские отношения. — И Артур тяжело вздохнул. — Похоже, тебя она все-таки начала подпускать ближе, чем кого-го бы то ни было…
Роберт задумчиво кивнул. История, выслушанная им, оказалась проста и трагична — и многое теперь объясняла. Что ж, он непременно учтет поведанное Артуром, но пока…
— А вот и ваш поезд. — Они поднялись и, позвав задремавшую было в ожидании Агнес Лоуэлл, отправились на перрон.
Глава 6
— Я хочу домой, — твердила Агнес Лоуэлл в сотый раз. — Отвезите меня на Таннер-стрит! Там может быть мой сын!
— Не могу, простите, мэм. Я обещал мистеру Вуду доставить вас в Лондон в целости и сохранности и беречь до его прибытия, — флегматично повторял Артур, поправляя галстук и кляня на чем свет стоит и сестру, и Роберта, втянувших его в историю, а более всего — самого себя за слабохарактерность.
Однако в споре с Агнес он стоял насмерть, решив хотя бы здесь проявить характер. Вот привезет ее домой, сдаст с рук на руки Кэрри и тетке — и пусть дамы сами разбираются.
— Мы немедленно пошлем кого-нибудь на Таннер-стрит выяснить, не там ли мистер Лоуэлл, и если да — известим его о вашем при бытии в столицу. Вы же сами говорили, что особняк закрыт и не отапливается, вы просто замерзнете насмерть ночью! — увещевал он спутницу.
До дома Джайлзов оставалось минут пять пути в кебе. Завидев родные двери, Артур вздохнул спокойно. Дорога в Брайтон и обратно, да еще такая спутница вымотали его до предела.
Сдав чемодан миссис Лоуэлл лакею, Артур проводил гостью в комнату с камином. Тетушка Жанет со своим непременным вязаньем была, конечно, там. Едва Артур успел познакомить обеих дам, сверху примчалась Кэрри.
— Почему ты уже вернулся? Что произошло? — накинулась она на брата.
— Вот так приветствие проделавшим дальний путь, — возмутилась мадам Шардю. — Кэрри, детка, такое поведение недостойно леди, возьми себя в руки.
— Где Роберт? — не удостоив тетку вниманием, продолжала Кэролайн.
Артур открыл было рот, чтобы ответить, но мадам Шардю не терпела подобного пренебрежения. Отложив вязанье на низенький инкрустированный столик, она поднялась и покачала перед носом племянницы пальцем:
— Кэролайн Джайлз, ты меня слышишь? У нас в доме гостья, соблаговоли обратить на нее внимание. И прекрати допрашивать Артура, сейчас он поужинает и сам все расскажет.
Кэрри вспыхнула. За своим беспокойством она и вправду не заметила в гостиной постороннего человека. С извиняющейся улыбкой Кэролайн сделала книксен Агнес и отошла к камину, где встала изваянием со скрещенными на груди руками.
Мадам Шардю же церемонно обратилась к гостье:
— Миссис Лоуэлл, кажется, мы встречались с вами прежде. Возможно, на балу у Мэшемов или на приеме у герцога Скаллинга?
