8 октября немецкие войска, ведя наступление вдоль побережья Азовского моря, заняли Мариуполь. В этот день И. В. Сталин подписал постановление ГКО о подготовке к взрыву в Москве 1119 предприятий и объектов. По его приказу Г. К. Жуков был отозван с Ленинградского фронта.
10 октября Ставка отдала приказ о расформировании Брянского фронта и передаче его войск Западному фронту.
11 октября немецкие войска заняли Мценск и Медынь. Командование группы армий «Центр» составило план мероприятий, которые надо было осуществить после захвата Москвы. По приказу И. В. Сталина Западный и Резервный фронты объединены в один – Западный фронт, командующим которым назначен Г. К. Жуков. Штаб фронта перемещается в Алабино, а затем в Перхушково.
12 октября. Советские войска оставили Калугу. ГКО принял постановление о создании Московской зоны обороны, состоящей из двух оборонительных рубежей. Принимается решение о срочной эвакуации из Москвы 500 заводов.
В этот день поступила секретная директива командующему группой армий «Центр» за подписью А. Гитлера, в которой, в частности, указывалось: «Фюрер решил, что капитуляция Москвы не должна быть принята, если даже она будет предложена противником. Моральное обоснование этого мероприятия совершенно ясно в глазах всего мира. Так же, как и в Киеве, для наших войск могут возникнуть чрезвычайные опасности от мин замедленного действия. Поэтому необходимо считаться в еще большей степени с аналогичным положением в Москве и Ленинграде… Необходимо иметь в виду серьезную опасность эпидемий. Поэтому ни один немецкий солдат не должен вступать в эти города. Всякий, кто попытается оставить город и пройти через наши позиции, должен быть обстрелян и отогнан обратно. Небольшие незакрытые проходы, предоставляющие возможность для массового ухода населения во внутреннюю Россию, можно лишь приветствовать. И для других городов должно действовать правило, что до захвата их следует громить артиллерийским обстрелом и воздушными налетами, а население обращать в бегство. Совершенно безответственно было бы рисковать жизнью немецких солдат для спасения русских городов от пожаров или кормить их население за счет Германии. Чем больше населения советских городов устремится во внутреннюю Россию, тем сильнее увеличится хаос в России и тем легче будет управлять оккупированными восточными районами и использовать их…»
13 октября. Красная Армия оставила Вязьму.
14 октября. Немецкие войска, обойдя Калинин, начали развивать наступление на Клин и Дмитров. Одновременно началось наступление на Можайском и Волоколамском направлениях.
15 октября. 9 часов утра. Рассказывает А.И. Микоян: «В кабинете Сталина собрались приглашенные. Как помню, присутствовали В.М. Молотов, Г.М. Маленков, Н.А. Вознесенский, А.С. Щербаков, Л.М. Каганович и другие. Сталин внешне держался спокойно. Он коротко изложил обстановку, подчеркнув, что до подхода наших войск немцы могут раньше подбросить свои резервы и фронт под Москвой может быть прорван. Он предложил срочно, сегодня же, эвакуировать правительство и важнейшие учреждения, видных политических и государственных деятелей; сказал о необходимости подготовить город на случай прорыва фронта и вторжения гитлеровцев в Москву; дал указание заминировать важнейшее оборудование по списку, представленному специальной комиссией. Командующему Московским военным округом генералу П. А. Артемьеву было приказано подготовить план обороны города, имея задачу удержать его до подхода основных резервов из Сибири. Правительство, подчеркнул Сталин, надо вывезти в Куйбышев. Туда же необходимо эвакуировать иностранные посольства, а наркоматы – в другие города, в которые они заблаговременно частично уже эвакуировались. Затем он рекомендовал В.М. Молотову и мне срочно вызвать всех наркомов, объявить им, что в связи со сложившейся обстановкой надо немедленно, в течение суток, полностью организовать эвакуацию наркоматов.
Мы согласились с предложением Сталина. Обстановка требовала принятия самых неотложных мер. Тут же было принято постановление ГКО «Об эвакуации столицы СССР г. Москвы». Ввиду неблагополучного положения в районе Можайской обронительной линии предусматривалось сегодня же (15 октября) эвакуировать Президиум Верховного Совета СССР и правительство. В случае появления войск противника у ворот Москвы должен был быть произведен подрыв намеченных предприятий, складов и учреждений, которые нельзя будет эвакуировать, а также всего электрооборудования метро, за исключением водопровода и канализации…
Через несколько часов я зашел в кабинет к Сталину. Там находился генерал Артемьев. На столе лежала карта западной части Москвы, до Бородинского моста через Москву-реку. На ней были обозначены первый и второй оборонительные рубежи, а также возможные немецкие позиции во время боев за город. Артемьев указкой показывал Сталину оборонительные рубежи и разъяснял, как в случае нужды будут отходить к Москве наши войска, как организована круговая оборона столицы, сколько времени можно будет продержаться на каждом из рубежей».
16 октября. Шоссе Энтузиастов заполнилось беженцами из Москвы, которые спешили укрыться от надвигающейся линии фронта в сторону Горького.
17 октября. Немецкие войска на Московском направлении заняли город Калинин. На южном участке советско-германского фронта они захватили почти весь Донбасс. Советские части оставили Таганрог, открыв путь противнику на Ростов-на-Дону.
18 октября. Части Красной Армии оставили Малоярославец, Можайск и Боровск. В Крыму противник прорвал оборону советских войск на Иншуньских высотах и силами семи пехотных дивизий начал продвижение в глубь полуострова.
Ночь на 19 октября. Рассказывает Василий Прохорович Пронин, председатель Моссовета, член Военного совета Московской зоны обороны. «Нас пригласили на заседание ГКО, там предстояло обсудить один вопрос: будем ли защищать Москву? Вначале, как обычно, все члены ГКО собрались в здании правительства в Кремле: Берия, Маленков, Молотов и другие. Из военных один командующий МВО генерал Артемьев… Когда собрались в комнате, откуда предстояло идти в кабинет Сталина, Берия принялся уговаривать всех оставить Москву. Он был за то, чтобы сдать город и занять рубеж обороны на Волге. Маленков поддакивал ему. Молотов бурчал возражения, остальные молчали…
Потом вышли через главный выход, пошли к Никольским воротам в кабинет Сталина. Вошли. Было нас человек десять. Сталин ходил по кабинету со своей трубкой. Когда расселись, спросил:
– Будем ли защищать Москву?
Все угрюмо молчали. Он выждал некоторое время и повторил вопрос. Опять все молчат.
– Ну что же, если молчите, будем персонально спрашивать.
Первым обратился к сидевшему рядом Молотову. Молотов ответил: «Будем». Так ко всем обратился персонально. Все, в том числе и Берия, заявили: «Будем защищать».
Тогда Сталин говорит:
– Пронин, пиши.
Я взял бумагу и карандаш. Сталин принялся диктовать: «Сим объявляется…» Потом приказал постановление ГКО немедленно передать по радио. Сам подошел к телефону, связался с восточными округами и стал по маленькой записной книжке диктовать командующим номера дивизий, которые следовало срочно направить в Москву. Кто-то, кажется, с Урала, заявил, что можем по тревоге такую-то дивизию погрузить, но нет вагонов. Сталин ответил:
– Вагоны будут. Здесь сидит Каганович, головой отвечает за то, чтобы подать вагоны.
Сталин, следовательно, не помышлял сдавать Москву».
В этот день в Москве было введено осадное положение.
20 октября. На Ленинградском фронте началась вторая Синявинская операция с целью деблокады города. Но из-за нехватки сил и средств завершить ее не удалось. Часть войск пришлось перебросить на Тихвинское направление, где немцы еще 16 октября начали новое наступление на Ленинград. В последующие дни под Ленинградом советские войска оставили города Большая Вишера и Будолгошь.
23 октября. Войска 49-й армии Западного фронта остановили наступление противника на подступах к Серпухову, у Тарусы и Алексина. Войска 33-й и 43-й армий этого же фронта воспретили наступление врага на реке Наре в районе Наро-Фоминска.
24 октября. Войска Калининского фронта сорвали попытку противника прорваться от Ржева на Торжок. 2-я танковая группа Гудериана возобновила наступление из района Мценска на Тулу.
25 октября. Немецкие войска взяли Харьков. В Крыму советские войска начали отступление на Севастополь и Керчь. Гитлер при встрече с Чиано, зятем Муссолини, заявил, что с точки зрения потери материальных и людских ресурсов Советская Россия уже разгромлена.
26 октября. Войска 5-й армии Западного фронта остановили противника в районе Кубинки, что в 63 километрах западнее Москвы.
27 октября. Немцы заняли Волоколамск, но были остановлены восточнее города частями 316-й стрелковой дивизии генерала И. Панфилова и курсантами Московского военного училища имени Верховного Совета РСФСР.
