— Хело — это теперь звезда среди миллиардов других. Отсюда мы уже не можем различить свои планеты. Каждая звезда, которую ты там видишь, может обладать планетами, несущими жизнь. Ты думаешь, что поменял шило на мыло. Правильно я считаю? Со мной происходит то же самое, но я не сожалею ни о чем. Странно, ведь это ты уговорил меня, а сегодня я должен поддерживать в тебе мужество.
— Нет, Кан, в этом нет необходимости. Я не жалуюсь на недостаток мужества. Я только думал о том, как ничтожно было наше существование на Хело-2, хотя мы могли летать от планеты к планете и думать, что завоевали космос. Здесь же понимаешь, что наша империя состоит всего-навсего из одной маленькой звезды, которая ничем не отличается от других. Она мне кажется такой беспомощной и покинутой, так нуждающейся в защите.
— Расстояния уменьшают и делают все предметы невидимыми, даже солнца. Скоро мы потеряем из вида и нашу крошечную звездочку.
— Сможем ли мы так далеко улететь, Кан?
— Может быть. Это уже больше вопрос не техники, а только времени в двойном смысле.
— Что ты имеешь в виду?
— Все просто. Мы должны преодолевать время, чтобы побеждать огромные пространства, которые лежат между мирами. Поверь мне, придет день, когда мы установим контакт с другой галактикой. Возможно, мы будем пионерами в этой области.
Ментор еще раз взглянул на яркую звезду и подошел к столу, на котором лежали его расчеты.
— Они во всем сходятся с твоими? — осведомился он.
— Точь-в-точь. Ошибка невозможна. Но если мы разовьем половинную скорость света, пройдет всего несколько секунд.
— А кто-то думал, что это будет одиннадцать лет.
— Заблуждение, которое мы долгое время принимали за правду. Но мы еще подождем! Вычисления показывают точно двенадцать лет, но я не уверен, что пройдет именно столько. Время может сыграть с нами злую шутку.
— Но оно не может не подчиняться математическим законам.
— Почему нет? Наши математические законы распространяются на трехмерное пространство. Теперь мы имеем дело с четырехмерным. Сможет ли двудеминзиональное существо понять физические законы?
Ментор покачал головой и убежденно ответил:
— Никогда!
— Ну вот! Мы и являемся этими двудеминзиональными существами, которые находятся в пространстве, состоящем из трех измерений. Но сейчас мы трехдеминзиональные существа, а пространство имеет четыре измерения. Подождем, что случится.
Он замолчал и уставился на передний экран. Солнце Леркс стояло в перекрестье — маленькая яркая звездочка с интенсивной силой излучения. Почти вплотную с ней располагалось много звезд: яркие и темные, маленькие и большие. Они, казалось, были совсем близко друг от друга, но в действительности расстояние между ними превышало сотни и даже тысячи световых лет.
Рядом с маленьким экраном бортовой связи вспыхнул красный огонек. Загорелся монитор, и появилось лицо Кермы.
— Большой астероид, около трех километров в диаметре. Он пересекает наш курс за пару световых секунд. Радар его сразу засек.
Керма сразу сообразил. Использование излучателя вручную было предусмотрено только в случае защиты от нападения, но в том случае, когда цель лежала на орбите корабля, представлялась хорошая возможность опробовать автоматику излучателя.
Керма, отлично разбиравшийся в этом устройстве, сразу включил его. Кан подбежал к приборной доске и установил показатель на цифре «три».
Ментор подошел к нему и удивленно посмотрел на шкалы.
— Временная установка для автоматического излучателя, — быстро объяснил Кан. — Когда включена автоматика, излучатель сработает сразу, когда замкнет препятствие, удаленное от звездолета на три световых секунды. Чем больше устанавливаемое расстояние или время, тем больше поле обстрела. Через минуту мы достигнем нужного расстояния и увидим, будет ли действовать излучатель.
На переднем экране показалась маленькая звездочка, которой раньше не было. Она не светилась, как другие, а отливала матовым блеском и чернотой. Только большое увеличение позволяло ее видеть. Астероид быстро увеличивался в размерах, приближаясь к кораблю с огромной скоростью. Можно было уже разглядеть его неровную поверхность.
Кан глянул на хронометр:
— Осталось пять секунд.
Ментор почувствовал, как на голове у него шевелятся волосы. Что будет, если не сработает излучатель? Хватит ли у него энергии разрушить за три секунды это огромное и крепкое тело? Ведь через три секунды звездолет будет в точке, где они встретятся, — он и астероид.
Из носа корабля вырвался фиолетовый луч, устремившийся к болиду. Вспышка была ослепительной, Ментор едва успел закрыть глаза. Ему показалось, будто перед ними возникло солнце и они вот-вот в него врежутся. Сверкающий ад выпущенных на волю природных сил расширялся с возрастающей скоростью, превращаясь в газ. Материя летела в пространстве, образовав группу интенсивно светящихся туманных вихрей.
Корабль прошел сквозь этот ад, через секунду преодолев его. Перед ним опять простиралось пространство, такое, каким они его знали. В перекрестье нитей стоял Леркс.
Задний экран показывал быстро удаляющееся туманное облако, кажущееся теперь спиральной туманностью. Астероид превратился в миниатюрный млечный путь. Может быть, этот ничтожно малый млечный путь через миллиарды лет станет опять астероидом или чем-то другим.
Кан втянул в себя воздух и посмотрел на шкалу.
— Мы оставим автоматику включенной. Лучшей защиты против различных препятствий быть не может. Мы не можем положиться на то, что заметим реакцию радара в нужное время. Так можно легко опоздать.
К Ментору вернулось его самообладание.
— Прекрасная защита, если посмотреть с одной стороны. С другой стороны, это ужасное оружие, если кто-то осмелится на нас напасть.
— С его помощью можно уничтожить целый вражеский флот. Будем надеяться, что использовать излучатель как оружие нам не придется.
* * *
На третьем году их долгого путешествия они пережили нечто странное.
Радар сообщил об одном препятствии через четыре световых часа. Радар показывал, что диаметр препятствия равен семи с половиной тысячам километров.
Кан ворвался в рабочую комнату друга.
— Планета! Планета без солнца! — закричал он в возбуждении.
Ментор поднял голову. Он читал книгу, лежащую перед ним на столе.
— Планета без солнца? В каком смысле это понимать?
— В самом прямом. На расстоянии четырех световых часов находится планета. Следующая звезда удалена от нее на два световых года, если уклониться от нашего курса на шестьдесят градусов. Между телами нет ничего общего.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
