class="p1">Пакстон постепенно раскрывал свои секреты, как только нам удавалось улучить момент, чтобы поговорить наедине. Все началось в солярии, где мы, разговаривая, разбрасывали обломки и переворачивали мебель, чтобы казалось, будто мы обыскиваем помещение, а не устраиваем заговор, – на случай, если кто-то подслушивал. Большинство окон солярия оставались целы, но холодный ветер свистел сквозь разбитое стекло, наполняя воздух свежестью. Движение помогало нам не замерзнуть.
Куст в кадке, который Джалейн тщательно обрезала, теперь был мертв, его листья стали коричневыми и скрутились. У нас оставалось совсем немного времени для разговора, прежде чем король вернется в Дозор Тора и мы вместе с ним поедем в гостиницу. Я старалась запомнить все, что говорил Пакстон, продолжая изучать его, чтобы понять, кто же он такой.
Он сказал, что, вопреки официальному отчету, сделанному Бэнксом, Райбарт не возглавлял атак на Хеллсмаус. Он был тем, на кого повесили всю вину, и раз он и его люди были мертвы, они не могли защитить себя. Глубина и масштаб коварства Монтегю заставили меня изумиться. Он был проницателен, терпелив, умен. Знал, как обманывать и играть людьми. Он разбирался в обмане так же хорошо, как и я.
Это король убил Райбарта – точнее, один из стражников по его приказу, – ведь король никогда не пачкал рук. Это мог быть Пакстон или Трюко, но Райбарт совершил ошибку, решив уйти первым. Это и стало его гибелью – отвращение, которое он выразил королю.
Пакстон рассказал, как их всех вызвали в королевские покои. Никому не понравилось, что их собирают, Трюко – меньше всего, но Монтегю остановился в гостинице «Белленджер» в необычайно роскошных апартаментах, которые, как все знали, ему не по карману. Уже одно это вызвало интерес. Все шутили, пока шли туда, гадая, не надует ли он Белленджеров или заплатит долг мытьем посуды. Когда они расположились в роскошном зале, король сказал, что у него есть щедрое предложение для них. Он берет на себя управление Хеллсмаусом и Дозором Тора, а в обмен на управление биржей готов отдать им процент от прибыли. Король мало что знал о торговых делах, и ему требовался кто-то опытный, чтобы обеспечить доходы. Монтегю сказал, что у него есть армия и оружие, чтобы осуществить свой план, а Белленджеров давно пора изгнать.
Пакстон вспомнил, как обменялся ехидным взглядом с Райбартом и Трюко. Все они, вероятно, думали об одном и том же – король безумен. Пакстон сдержал смех и теперь был искренне рад, что поступил так мудро. Райбарт встал, чтобы уйти первым, сказав:
– Мне это не интересно.
Он не пытался скрыть цинизм или выразить королю минимальное уважение. Хотя все хотели получить большую долю от торговли на бирже, они знали, что лучше не пытаться отнять ее у Белленджеров, а неудачливый король был последним, с кем они хотели сотрудничать.
– Неудачливый, – повторил Пакстон, его взгляд стал отрешенным, словно он заново переживал тот момент, когда ему открылась истинная сущность короля. – Никто больше не заблуждается на его счет. Нашей самой большой ошибкой было то, что мы недооценили его. – Пакстон уже готов был встать, чтобы сказать то же, что и Райбарт, когда кровь брызнула на его колени и лицо, а из груди Райбарта торчал кончик меча. Стоявший за ним стражник выдернул клинок, и Райбарт неловко рухнул на свое место. Умер. А король, едва обратив на это внимание, продолжил совещание.
– А что насчет вас двоих? – спросил Монтегю. – Заинтересованы?
«Да», очевидно, было единственным ответом – по крайней мере, тогда, – так думал Пакстон. Но он все же недооценил Монтегю. Его армию. Не успела закончиться встреча, как солдаты уже маршировали в город, и их численность и вооружение внушали ужас. Кроме того, король знал, как посеять сомнения, поссорить бывших союзников, он уже подкупил людей Пакстона, чтобы они выдавали друг друга, обличая в неверности. Теперь все были на стороне короля. Тех, кто думал, что может организовать заговор, выдавали и вешали. В течение нескольких месяцев король опутал Хеллсмаус сетью своих людей. Как растение. Все молчали и боялись с кем-либо разговаривать.
– Среди моей команды только двое, с кем я поддерживаю связь и кому могу доверять, – Бинтер и Чью. В остальном я отрезан от всех. Думаю, могу доверять Трюко, но мы мало общаемся. Кажется, он тоже боится, но не уверен. Его стража определенно на его стороне. Король внедрился или подмял под себя почти всех и вся. Нравится он им или нет, они боятся переступить черту, потому что не знают, кто ударит в спину.
– Как он добивается преданности этих предателей?
– Жадность и страх. Он давал роскошные обещания, сыпал ужасными угрозами – и у него есть сила, позволяющая держать людей в подчинении.
Пакстон ругал себя, что сразу не догадался. У него возникли подозрения, когда он вдруг стал продавать большое количество руды со своего рудника якобы сторонним дилерам, которые оказались поддельными. Он выяснил, что эти покупки вели к Белленджерам. Он знал, что Джейс что-то замышляет, но не был уверен, что именно. Когда король начал принимать крупные заказы на чугун, Пакстон не уловил связь.
– Он утверждал, что ковал новые плуги и сельскохозяйственное оборудование для трех своих ферм, но я знал, что две он уже продал. Сделка была тайной. Никто не должен был знать о продаже земли, но один из его людей пришел ко мне, прося работы. Я подумал, что покупка железа для новых плугов – еще один пример впечатляющей бесхозяйственности короля, и был рад продать ему железо, которое он никогда не сможет использовать. Я просто не сложил два плюс два. Не думал, что он способен на нечто подобное.
– Продав свои владения, он заплатил за наемников?
– Это был только первый взнос. Есть еще кое-что, что он должен скоро оплатить.
– Так вот почему ему так нужны доходы от биржи.
– Верно. Огромный арсенал оружия можно использовать лишь тогда, когда у тебя есть армия.
Я покачала головой. Все еще не верила в масштаб происходящего.
– Джейс рассказал мне о материалах, которые он заказал. Этого хватило бы в лучшем случае на небольшую войну, а большая часть была израсходована на эксперименты.
– Неужели ты думаешь, что Бофорт был честен во всем, включая поставки? Они не расходовали материалы на эксперименты. Они собирали их, а потом переправляли. Как, не знаю. Или куда. Они держали это в строжайшем секрете…
Я задохнулась. Оливки! Бочки!
Это не бессмысленные слова умирающего человека. Я вспомнила, как Финеас произнес их, когда кровь хлынула из его губ. Вот как они создали огромный арсенал. Они месяцами контрабандой вывозили взрывчатку из Кейвс-Энда в пустых бочках, в которых раньше хранилось вино и оливки.
– Они в бочках
