к входу в пирамиду.
— А как же ритуал?! — недоуменно спросил у спины тестя Вася.
— Тильса знает, — бросил старейшина и скрылся в пирамиде.
С невозмутимым хладнокровием Итан проследил, как вход бесшумно закрывается.
— Гад! — очень четко озвучил общее мнение Валентайн.
Прижавшись к мужу, я грозно свела брови. Ответов было мало, но хоть что — то Имхом соизволил сказать! Интересно, о каком таком ритуале спросил Вася?
Почесав лоб, уткнулась под мышку супругу.
«Нервничать нельзя. Совсем нельзя!» — сказала себе, размеренно вдыхая и выдыхая. Поглаживая живот, я и изо всех сил старалась контролировать эмоции.
Внимательно посмотрев на задумчивого Васю, затем на меня, Валентайн медленно перевел взгляд на Итана и спросил:
— Что делать будем?
— Здесь переночуем и пойдем к горе шаиита, — улыбнувшись, супруг обнял меня и поцеловал в макушку.
— Я с вами! — категорично заявил Вася. Посмотрев на Вала, добавил: — Даже если бы хотел — а я не хочу! — все равно не могу яйцо никому доверять! — не отрывая тяжелого взгляда от юноши, он угрожающе засопел. — Заруби себе на носу: яйцо не дам и отпускать одних я вас не намерен! Без меня вы заблудитесь и пропадете… — трагически прошептал съякс и покосился на свою драгоценность.
Демонстративно скрестив руки на груди, Валентайн многозначительно хмыкнул.
— Не пропадем, конечно, но Вася нам нужен. В этом он прав, — спокойно сказал Итан. — У меня есть идея, как ускорить твое передвижение.
Перебирая мои волосы, он пристально посмотрел на Васю. Тот, наигравшись в гляделки с эльфом, аккуратно убрал лапу с яйца и встал. Вынырнув из — под мышки мужа, я с любопытством осмотрела съякса. На фоне стремительно темнеющего неба очертания огромного черного зверя вновь смазались, и теперь перед нами стояло крайне необычное животное.
«Итан послал ему иллюзию», — догадалась я.
— На Земле водятся. Это кенгуру. Правда, гигантский, — с улыбкой пояснил Итан. — У него на животе есть сумка, Васино яйцо в такой будет в полной сохранности.
Удивленно присвистнув, Вал скорчил мне смешную рожицу и одобрительно хмыкнул. Тихонько засмеявшись, я прижалась щекой к груди мужа. Не обращая на нас никакого внимания, Вася пошевелил чуткими ушами на маленькой (по сравнению с попой) голове. Сев на хвост, он склонился и сосредоточенно зашурудил проворными лапками в отверстии на мохнатом животике.
— Сгодится! — довольный осмотром, пробормотал Васенька. Взглянув на потемневший небосвод, добавил: — Уже поздно, давайте ложиться спать.
Вновь приняв облик дракона, съякс аккуратно вытащил из моего «гнезда» свою драгоценность. Улегшись на брюхо, положил морду на траву и, не выпуская яйцо из лап, закрыл глаза.
— Спать так спать, — на удивление послушно отозвался Вал, укладываясь возле костра.
* * *
Незнакомые звезды россыпью покрывали чернильно — черное небо чужого мира. Лежа в «гнезде» рядом с мужем, слушая спокойный ритм его сердца и мерное дыхание спящего мужчины, я честно пыталась, но все никак не могла уснуть.
— Вась, — с величайшей осторожностью выбравшись наружу, позвала тихонько.
— Так и знал, что, пока не узнаешь, ты не уснешь, — мгновенно отозвался Васенька. — Иди ко мне.
Стараясь не разбудить наших мужчин, я на цыпочках пошла к нему. Добравшись до съякса, уселась возле его морды и с величайшей нежностью погладила теплую, слегка шероховатую скорлупу яйца.
— Я готова. Рассказывай, — сообщила таинственным шепотом.
— Пятьсот лет назад на Соли упало небесное тело. Оно рухнуло в океан, но… мой мир словно сошел с ума, — с величайшей скорбью в голосе Вася начал рассказывать о том, что показал Имхом. — Острова и самые высокие горы на побережье в одночасье исчезли под водой. Не один год планета содрогалась в агонии. Выплевывая жидкий огонь, проснувшиеся вулканы сжигали все живое и застилали небо черной пеленой пепла. Города и деревни стирались с лица планеты, повсюду царили тьма, холод и разруха. Погибло бессчетное количество разумных и животных… Той Соли, что я знал, больше нет, — грустно прошептал он и, немного помолчав, продолжил: — В момент катастрофы из наших здесь были только Тильса с Имхомом, остальные съяксы путешествовали по другим мирам. Вернуться они не могут, так же, как и Имхом не может уйти. Мир изменился настолько, что разорвал нашу связь со Вселенной и сбил пути. Все это время старейшина жил один. Без особой надежды, он пятьсот лет сохранял яйцо со своим внуком. От моего присутствия оно активировалось, и скоро я стану отцом. Когда я зашел в пирамиду, Имхом мог сразу сказать, но промолчал! — Вася тихонько скрипнул зубами. — Старикашка — то он, конечно, своеобразный, местами вредный и даже противный, — съякс скривился, но тут же тряхнул головой и добавил: — Однако то, что он для нас с Тильсой сделал, — бесценно. Его самоотверженность я никогда не забуду!
— Куда делась Тильса? — спросила хриплым от сдерживаемых слез голосом.
— Она пошла за мной… — с безграничной тоской прошептал Вася. — Мы каждый день жутко ругались. Я не знал, что у нас будет малыш. Тильса ничего не говорила, а я, дурак, не понял! Не желая видеть очевидного, считал, что жена, требуя внимания, придирается ко мне. В тот день мы повздорили очень сильно. И вместо того, чтобы спокойно поговорить со своей женщиной и разобраться в происходящем, я ушел в портал! Вот итог: моя любимая потерялась меж миров… — с трудом терпя боль, рвущую на части его сердце, Вася примолк.
Не сумев справится со слезами, беззвучно заплакала, осторожно поглаживая скорлупу яйца.
Бесшумной тенью встав возле меня, супруг положил сильную ладонь мне на голову.
— О каких координатах вел речь Имхом? — с поразительным до глубины души хладнокровием спросил Итан.
— Он рассчитал координаты, где может быть Тильса. Возможно, не совсем точно, но других нет, — справившись с эмоциями, отозвался Вася.
— А что за ритуал? — просипела я, шмыгая носом.
— Еще одна проблема! — искренне признался Вася. — Новорожденные съяксы, вроде тебя, нестабильны, и в любое мгновение могут выпустить неконтролируемую силу. Наши женщины проводят ритуал, и все становится хорошо. Но что за ритуал — я не знаю! И Имхом не знает! — досадуя на себя, Вася тихо зарычал. — А без его проведения не только мы, но и вся планета в опасности, ведь съяксов будет одновременно трое!
— Час от часу не легче, — пробормотала я, сложив ручки на животе. — Предлагаю вначале разобраться с тем, как я буду сливаться со стихиями и рожать, а уж потом — с ритуалом. Иначе до него может и не дойти.
— Совершенно с тобой согласен, — вовсе не сонным голосом отозвался от костра Вал.
— Значит, так и решим, — твердо сказал Итан. — Завтра в путь, а
