Ладно, подумал Валентин. Ты меня поймал. Ни черта я не знаю, что здесь у вас происходит — хотя можно догадаться, что ничего хорошего. И что с того? Ерунда это все по сравнению с мировой революцией!
— А собственно зачем? — пожал плечами Валентин. — Если я — тот самый Фалер, какая мне разница, что здесь происходило до меня? Отныне все пойдет по-другому.
Рейлис нахмурился. Видимо, он не ожидал от Фалера такой наглости.
— Эльсан на осадном положении, Фалер, — тихо сказал Рейлис. — Быть может, это будет для вас неожиданностью, но первая Фалерова война уже началась.
Валентин с трудом сдержался, чтобы не возмутиться — как, без меня?!
— Вот как? — скептически переспросил он. — А откуда же известно, что она Фалерова?
— За последнюю неделю, — ответил Рейлис, — Темное Пророчество прочитало больше людей, чем за триста предшествующих лет. После амперского чуда любая война считалась бы Фалеровой. Тем более — такая.
— Какая? — спросил Валентин.
— А вот эта информация, — сказал Рейлис, — кое-чего стоит. Мы подлетаем к месту, где нас ждут. Решайтесь, Фалер. Если вы летите со мной, у вас есть хорошие шансы заключить союз. Если вы отказываетесь от переговоров, приказ о ликвидации вступает в силу немедленно.
Валентин криво усмехнулся. Он уже несколько секунд разглядывал показавшуюся впереди усадьбу, оборудованную по всем правилам эльсанской военной науки — ров, земляной вал, приземистые здания с узкими окнами и высокая башня в центре, вершина которой постоянно меняла форму, искажаемая мощными защитными заклинаниями. Несомненно, они с Рейлисом уже были в сфере досягаемости магической артиллерии, сосредоточенной в верхней галерее боевой башни. Ликвидация Фалера в данных условиях имела куда больше шансов на успех.
Если бы, снова усмехнулся Валентин, Фалер не был бы Шеллером. А так наличие в полукилометре дополнительного источника магии лишь придало Валентину уверенности. Все равно драться, подумал он, так сначала хотя бы с противником познакомлюсь.
— Только из уважения к вам, Рейлис, — сказал Валентин. — И давайте уточним, кого именно мне не стоит убивать, если ваше начальство все-таки сделает глупость?
Рейлис на секунду задумался, что дало Валентину возможность обменяться мыслями с Розенблюмом. Ты все слышал, спросил Валентин, касаясь на мысленном радаре нужной точки. Все, мастер, ответил примерный подмастерье, мы будем драться? Нет, ответил Валентин, оставайся снаружи и сиди тихо, если начнется драка, не высовывайся раньше времени, возьми на себя башню, прикроешь меня, когда я буду уходить. Я все понял, мастер, подтвердил Розенблюм, удачи.
— Меня, — сказал Рейлис, — и еще одного человека. Его зовут Леонард Кромм, и вы узнаете его по совершенно лысой голове. Обещаю вам, что он также не будет пытаться вас убить.
— Просто праздник какой-то, — усмехнулся Валентин. — Ну что ж, я готов к переговорам. Садимся?
Вместо ответа Рейлис наклонился вперед, и его самрухар заложил резкий вираж. Валентин поспешно повторил движение и обеими руками вцепился в седло — его самрухар в точности повторил движение вожака, нисколько не обращая внимание на болтающегося за спиной пассажира. Валентину пришлось приложить массу усилий, чтобы не завалиться набок.
Самрухары вышли из штопора уже над территорией усадьбы. Забив крыльями, они подняли тучу пыли с маленького дворика посреди невысоких зданий, Валентин оглох и почти ослеп, а вдохнув горячего и пыльного воздуха, вдобавок еще и расчихался. Когда он наконец начал слезать с самрухара, Рейлис уже был тут как тут, держа птицу за стремя.
— Благодарю, — пробормотал Валентин и чихнул. — Куда теперь?
— Пойдемте, Фалер, — сказал Рейлис, — я провожу вас к магистру.
Валентин раскрыл рот и чихнул еще громче прежнего. К магистру! В подслушанных разговорах Рейлиса и его приближенных, из которых Валентин почерпнул в свое время основные знания о Незримых, слово «магистр» произносилось с неизменным уважением. И безо всякого имени следом, из чего следовало, что у Незримых есть только один магистр. Верховный.
Рейлис решительно взял Валентина за руку и потащил за собой, в узкий проулок между двумя длинными домами. Валентин сообразил наконец, что самрухары опустились вовсе не на главной площади этой хорошо укрепленной усадьбы, и до резиденции магистра придется добираться пешком.
Рейлис торопился, и в его спешке сквозило беспокойство. Похоже, решил Валентин, меня и в самом деле могут ликвидировать. Иначе с чего этому парню так волноваться?
Планировка усадьбы отвечала всем правилам фортификационного искусства. Не прошло и двух минут, как Валентин запутался в добром десятке поворотов, которые ему пришлось совершить, поспешая за своим провожатым. Если бы Валентин не решил с самого начала бежать отсюда по воздуху, хитросплетение переходов привело бы его в полное отчаяние.
Наконец Рейлис толкнул неприметную дверь и пригласил Валентина войти.
За дверью находился коридор, столь узкий, что пропустить Рейлиса вперед не было никакой возможности. Валентин послушно пошел первым, завернул за угол, поднялся по лестнице, снова повернул за угол, толкнул еще одну дверь и оказался в мрачной комнате, освещенной, несмотря на ясный сентябрьский день, лишь четырьмя огромными свечами. На полу в несколько слоев лежали ковры, по стенам висели тяжелые портьеры, темный потолок уходил высоко вверх. Воздух в комнате был прохладным и влажным, словно в каменном мешке.
Валентин ступил на пружинящий бутерброд из ковров и сделал несколько шагов по направлению к круглому деревянному столу, занимавшему весь центр помещения. За спиной Рейлис загремел чем-то металлическим — очевидно, запирал дверь. Валентин остановился и стал рассматривать сидящих за столом людей; интересно, кто же здесь Леонард Кромм — все в капюшонах, поди разбери, кто из них самый лысый!
— Это он? — спросила темная фигура справа от Валентина.
— Перед вами, — ответил Рейлис, становясь рядом с Валентином, — факир Фалер, очевидец амперского чуда, называемый также Убийцей Избранных.
— Он под контролем? — подала голос вторая фигура, на этот раз слева.
— Нет, — сказал Рейлис, делая шаг вперед. — Как мы и предполагали, он смог освободиться от заклятия.
Сидевший прямо перед Валентином человек подался вперед, и Валентин услышал голос, несомненно принадлежащий самому магистру:
— Ты свободен, — прогремел он, — и все же пришел к нам? Неужели ты не боишься?
Валентин вмиг припомнил просьбу Рейлиса — не убивать всех подряд. Спокойно, сказал он себе. Здесь плохо понимают шутки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
