Мэтр Тигар в нашем разговоре не участвовал, – то задирал голову, бросая быстрые взгляды на Каэр-ла-Рэ, то вписывал что-то в свой свиток, – тоже быстро, проливая капли чернил из объемистой оловянной чернильницы, подвешенной к поясу.
Восковые таблички Тигар, к великому своему горю, позабыл на постоялом дворе во время бегства из Альхенгарда. И теперь конспектировал увиденное прямо на пергамент. Не очень-то удобно кропать пером на весу, да и неопрятно, – чернила проливаются не только на землю, но и на одежду.
Но мэтр не обращал внимания на эти мелкие неудобства и выглядел совершенно счастливым... Увы, я разделить его настрой никак не мог – отряд, если мы вернемся отсюда несолоно хлебавши, останется уже с однодневным запасом воды. И без каких-либо перспектив.
– Можете убрать с ворот это? – спросил я у Гаэлариха.
– Что вы задумали? – вопросом на вопрос ответил он. Ни малейшего энтузиазма в тоне не чувствовалось.
– Зайти. Набрать воды. Уйти, – отрапортовал я голосом бравого сержанта.
– Есть, знаете ли, такой документик... Кодекс магов называется. Так вот, его авторы очень неодобрительно смотрят на...
– А еще есть капитул Инквизиции, – перебил я. – И приказ, отданный нам его примасом. Уберете или нет?
Гаэларих молчал... Средств принудить его у меня не было. Если он сейчас скажет «нет»...
– Уберу, – сказал Гаэларих. – Внутрь не пойду. Шагу не сделаю. И все, что с вами произойдет в замке, – исключительно на вашей совести, Хигарт.
– Договорились.
Я не думал, что сильно рискую... Куда и по каким бы делам ни отбыл маг-резидент со всей своей прислугой, наверняка оставил для незваных гостей кучу магических ловушек – «сопли» на воротах цветочки, а ягодки внутри Каэр-ла-Рэ. Однако встает вопрос: что он будет беречь в первую очередь? Правильно, свой денежный ящик, свои личные покои, свою лабораторию, свои припасы в кладовых, наконец... А источник воды едва ли находится в алькове Ларинтиона. И едва ли охраняется слишком тщательно. Если что, Бьерсард предупредит об опасности.
Подойдя к воротам, мэтр магистр поводил перед створками ладонями, что-то прошептал. Замер, задумчиво пощипывая пальцами мочку уха.
Сказал «О!», подняв указательный палец, и совершил новую серию пассов. Блестящая желеобразная масса вскипела, запузырилась, и бесследно ушла в небо струйками белого пара. Надеюсь, гнусные невидимые создания последовали туда же.
Ухватившись за массивное кованное кольцо, я потянул изо всех сил. Ворота даже не дрогнули.
– Засовчик поднять не поможете? – невинным тоном спросил я.
Маг фыркнул, как норовистый конь. Ничего не ответил и демонстративно ушел назад, к тет-де-пону. Уселся на камень и стал любоваться голубизной неба... Тоже весьма демонстративно.
Бьерсард сверкнул в стремительном полете, и первый мощный удар сотряс дерево ворот. Извини, друг, тебя, конечно же, отковали и заточили, отполировали и напичкали магией вовсе не для того, чтобы помогать в работе плотнику или дровосеку... Но так уж получилось.
Если маг-резидент все-таки сидел дома, но по каким-то причинам не желал показываться, то сейчас самое время ему передумать и объявиться... Или послать парочку зачарованных существ – по-моему, нет в нашем мире мага (даже самого мирного), который не владеет хотя бы несколькими зубасто-клыкасто-когтистыми созданиями, напоминающими воплотившийся кошмар курильщика дурман-травы. Статус, знаете ли, обязывает. Уважать не будут... Разве что свежеиспеченные магистры вроде Гаэлариха не окружены свитой из чудищ. Но это дело наживное...
Не появился никто.
И я окончательно уверился: не только маг в отъезде, но и все его присные. Иначе бы те из них, кто остался на хозяйстве, воспрепятствовали бы столь беззастенчивой порче вверенного им имущества. Вылили бы, скажем, на меня сверху котел кипящей навозной жижи.
...Обычным топором я полдня бы долбил ворота, слажены они были из толстенных дубовых бревен. Но мой топор обычным никак не назовешь, и спустя десять минут в створке красовалась дыра, достаточная, чтобы сквозь нее протиснулся широкоплечий мужчина. Я, например.
Что я и сделал. Протиснулся. Перед тем внимательно присмотревшись и прислушавшись к тому, что происходило внутри.
Никаких признаков тревоги... Бьерсард вел себя спокойно.
И легендарный герой Хигарт, живое знамя аккенийской армии, да и тулленской тоже, вступил под своды Каэр-ла-Рэ. Скромный, деловой визит, без трубящих в фанфары герольдов и прочей ненужной пышности.
* * *
– Думаю, вам лучше остаться с магом, – сказал я мэтру Тигару, когда он, держа коней под уздцы, подвел фургон к распахнутым настежь воротам.
– Ни в коем случае! – яростно замотал своей огромной лысой головой летописец. – Делайте что хотите, майгер Хигарт, но я всенепременно должен посетить это историческое место!
– Посещайте, Сеггер с вами... Но если сделаете хоть шаг в сторону без приказа, запру где-нибудь здесь и оставлю дожидаться хозяина.
Хлада появилась из обшарпанной двери, ведущей, как я полагал, в караульное помещение. Молча пожала плечами: ничего, дескать, интересного или подозрительного нет.
Фургон прокатил в ворота и оказался в сводчатом проезде, ведущем во двор замка. Путь этот был весьма узок, и транспорт наш мы провели медленно, временами задевая колесами стены.
Пустой двор, три массивные двери, стены прямо-таки утыканы многочисленными узкими бойницами. Да, атакующих, преодолевших мост и ворота, здесь встретил бы настоящий град стрел... А за дверями наверняка кладовые и поварня, и крестьян, доставляющих в замок припасы, дальше этого двора не пускают.
В дальнем углу арка еще одного проезда, ведущего к самому центру замка. Этот путь в случае вторжения перекрывался мощной металлической решеткой. Но ее, к нашему везению, никто не догадался измазать «соплями». Более того, она вообще была поднята...
На сем везение исчерпалось. Даже на взгляд видно: дальше может проехать верховой, или небольшая повозка, но наш здоровенный фургон удастся протиснуть, только разобрав на части... Придется потаскать воду. Если, конечно, мы ее вообще найдем.
– Мэтр, разворачивайте фургон дышлом к воротам, и подайте как можно ближе к арке, – негромко приказал я; эхо во дворе звучало неприятное, шуршащее. – Хлада, пошли.
...Второй двор оказался куда более любопытным. Наверху по его периметру протянулась крытая галерея с несколькими дверями, и одна из них вела в донжон, замыкавший с севера двор. На галерею можно было подняться по прилепившейся к стене деревянной лестнице – узенькой, шаткой, несерьезной. С точки зрения возможной обороны вполне разумно: несколько ударов топором, и лестница рухнет, а штурмующие вновь окажутся в простреливаемой со всех сторон ловушке. Обычная конструкция...
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
