Читаем без скачивания Сумерки Бизнесонии - Александр Винник

Они вошли в огромное серое здание и попали в круглый зал, набитый громко разговаривающими, спешащими куда-то людьми. На телевизионных экранах, установленных в разных местах зала, вспыхивали названия фирм и бесконечное число цифр.

Пирс остановился у какого-то возвышения, с которого человек монотонным голосом объявлял:

— Покупаю «Смит, Браун компани» по номиналу.

Терри понял, наконец, что находится на финансовой бирже, и собирался спросить Пирса, зачем они явились сюда, когда тот сказал:

— Послушай, о чем он думает, — и указал на человека, стоявшего у пюпитра.

— Зачем? — спросил Терри.

— Потом объясню, пустяк… Скорее.

Терри послушал и сказал Пирсу:

— Он думает: «Скорее, скорее, пока нет сообщения о взрыве новой бомбы. Тогда все они взбесятся. Скорее, ох, скорее… Вот-вот должно прийти сообщение…»

— Тихо! — воскликнул Пирс. — Почему ты так громко говоришь?

— Громко? — удивился Терри, едва слышно передававший Пирсу то, что он узнал с помощью аппарата.

— Ладно, — махнул рукой Пирс. — Теперь стой и молчи. — Он бросился к какому-то окошку и вскоре вернулся с пачкой бумаг.

— У тебя есть деньги? — обратился он к Терри.

— Зачем тебе? — спросил тот.

— Потом объясню. Давай все, что у тебя есть. Не пожалеешь.

Терри не имел никакого намерения пускаться в биржевую авантюру, но, уступив просьбам Пирса, дал ему пятьсот бульгенов.

Спустя полчаса на бирже началось настоящее столпотворение.

Подробности того, что произошло здесь в этот день, по-видимому, памятны многим читателям, хотя газеты разных направлений по-разному комментировали одно и то же событие.

Больше всех места ему посвятили «Вечерние слухи». Финансовый репортер газеты сообщил читателям не только о существе дела, но и снабдил свой репортаж снимками тех, кто оказался в выигрыше на повышении курса акций «Смит, Браун компани».

Некоторые газеты отвели меньше места этому событию, чем «Вечерние слухи», но все поместили сообщения о нем на первых страницах, ибо значение его никак нельзя было считать заурядным. Дело в том, что в этот день было произведено испытание новой сверхмощной бомбы, над созданием которой не один месяц трудился концерн, управляемый акционерным обществом «Смит, Браун компани». Неоднократные испытания, проводившиеся до этого, заканчивались неудачами, и акции общества не очень-то высоко котировались на бирже. Как только было получено известие о том, что очередные испытания прошли успешно, стоимость акций сразу подскочила. Это и вызвало ажиотаж на бирже. В выигрыше оказались те, кто скупил акции, в проигрыше — те, кто, разуверившись в будущем «Смит, Браун компани» и поддавшись слухам о том, что правительство Бизнесонии склонно следовать политике разрядки международной напряженности, продали имевшиеся у них акции.

Меньше всех места отвела этому событию газета «Голос правды». Она занялась, казалось бы, совсем неуместным сопоставлением миллионов бульгенов, нажитых в этот день «биржевыми спекулянтами», и миллионов человеческих жизней, которые погубит вызвавшая этот ажиотаж бомба, если она будет применена в войне.

Что касается Терри Брусса, то он отказался принять от Пирса вдвое большую сумму, чем дал ему полчаса назад.

— Но это твои деньги, — уговаривал его Пирс, — Твой капитал удвоился, а я люблю вести дела честно… с друзьями.

Но Терри категорически запротестовал:

— Эти деньги я тебе одолжил и ничего, кроме долга, не приму, тем более, что заработан капитал нечестным путем.

— О чем ты говоришь? — возмутился Пирс. — А кто здесь честно зарабатывает?

— Пошли отсюда! — решительно сказал Терри и, не дожидаясь Пирса, направился к выходу.

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

Представьте себя на месте Терри Брусса. У вас в руках небольшая коробочка, от которой идет шнур с маленькой пуговкой, вставляемой в ухо. И вы можете, сидя с человеком и нажав незаметно кнопку на коробочке, слушать его мысли. Самые сокровенные. Желает он этого или нет, расположен он делиться с вами своими думами или предпочитает скрыть их от вас.

Что может принести такое открытке простому человеку, не желающему нечестным путем оказаться победителем за игрой в карты или участвовать в спекуляции на финансовой бирже по случаю рождения нового адского средства истребления миллионов человеческих жизней. Кстати, в числе этих жертв можешь оказаться и ты, ибо новейшие бомбы, как подлинное олицетворение смерти, не щадят ни бедных, ни богатых, от них нет защиты в бомбоубежищах и на самых далеких островах планеты. Губительные лучи настигают того, кто спасся от взрывной волны, а радиация на долгие годы превращает в зону смерти площадь радиусом в десятки километров. К чему тогда акции «Смит, Браун компани» и что пользы от бульгенов, которые ты нажил за игорным столом!

Можно сесть рядом с человеком, о котором ты заведомо знаешь, что он не расположен к тебе, и ты услышишь отзывы о себе, как о дураке, невежде и негодяе. Ты услышишь все это через пуговку в ухе вперемежку со льстивыми фразами, которые этот человек вынужден говорить тебе во имя сохранения своего благополучия.

Может быть, ты воспользуешься этим аппаратом для того, чтобы узнать, верна тебе любимая женщина, или в ту самую минуту, которая кажется тебе такой значительной, думает о другом?..

Зачем же честным людям в быту аппарат подслушивания мыслей?

Может быть, в быту он действительно не нужен людям и прав Терри, когда предназначал его для узкомедицинских целей.

Нашлись, однако, люди, которые глядели дальше, чем создатель феноменальной коробки, и даже дальше, чем Пирс, который вовсе не выглядит простачком.

И здесь мы считаем себя обязанными снова отдать должное Бюро исследования поведения, которое первым оценило значение нового открытия.

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ

Терри разбудил резкий стук в дверь.

— Кто? — спросил Терри недовольно.

— Откройте, пожалуйста. Срочное, неотложное дело, — произнес хрипловатый мужской голос.

Терри, оставаясь в пижаме, открыл дверь. В комнату вошел атлетического вида мужчина в коричневом пальто и такого же цвета шляпе.

— Надеюсь, я не ошибся, вы господин Брусс? Терри Брусс?

— Да. Что вам угодно?

— Разрешите присесть?

— Пожалуйста.

— Извините, что я вас так рано побеспокоил, — сказал нежданный гость. — Но дело, которое вынудило меня так поступить, имеет чрезвычайное, государственное значение.

Последние слова он произнес с ударением.