День девятнадцатый.
- Здравствуй, любимый! У меня для тебя хорошая новость - Маша всерьез занялась учебой. От словарей ее почти нереально отогнать.
День двадцать второй.
- Здравствуй, любимый! Видела Костю - купил новый айпад, передавал тебе привет. Поблагодарила его за упертость. Ведь если бы он опустил руки, и не вычислил мой адрес, так никогда бы и не нашли меня твои близкие. А они у тебя замечательные, и семья и друзья. И, родной мой, знаю, что уже ни раз просила прощение за все, но... пока лично от тебя не услышу, буду повторять вновь и вновь: - Прости меня. Я очень виновата перед тобой. Нам тебя не хватает. Мне особенно. Руслан, вернись к нам. Ко мне. Я скучаю, безумно.
День двадцать пятый.
- Здравствуй, любимый! В энциклопедии написано: "Кома - полное отсутствие сознания, сопор или прекома, может сопровождаться кратковременными улучшениями в состоянии пациента, с последующим ухудшением. То, что сознание ненадолго возвращается - положительный момент". Где же наш положительный момент? Давай завтра?
День двадцать восьмой.
- Здравствуй, любимый! Всю ночь читала медицинские справочники. Утверждают, что кома - это состояние организма, из которого организм должен выйти сам (или не выйти, не дай Бог)! И что на сегодняшний момент эффективных медикаментозных средств для выхода из комы не существует (исключение гипергликемическая и гипогликемическая). Нейропсихологи рекомендуют находиться рядом с больным и постоянно с ним общаться. И есть вероятность, что какое то слово или сказанная фраза может стать триггером, который выведет человека из жуткого состояния. Я им верю. Верю, что помогу тебе пробудиться! Другие же специалисты относятся к этой идее скептически - мол, люди в таком состоянии абсолютно ничего не слышат. Они пессимисты. Это неправильно.
День тридцатый.
- Здравствуй, любимый! Врачи молчат о твоем состоянии, а дядя Паша рвет и мечет, костеря их и себя, но мне толком никто ничего не говорит. Сегодня случайно подслушала разговор двух медсестер, они шептались о том, что врачи уверены в твоей скорой смерти. А я не верю! Мы не верим! Мы тебя ждем, очень сильно! Ты же у меня сильный, ты выберешься! Главное не сдавайся и знай, что тебя тут любят и ждут!
День тридцать второй.
- Здравствуй, любимый! Спасибо за подарок! Представляешь, я совсем забыла, что у меня день рождения! Очень удивилась, когда твой отец дал мне открытку с теплыми словами, начертанными твоей рукой и ключ. "Руслан подготовил сюрприз еще будучи на стажировке", - сказала он. Это же во сколько обошлось все это?! Мало того, что пришлось покупать прежним жильцам новую квартиру, так еще и в этой сделать капитальный ремонт и обставлять так же, как было давным-давно. Мама, когда увидела, плакала - говорила, будто перенеслась на много лет назад, когда они с папой только-только получили ордер и радовались, как дети собственному углу. Даже не представляю, где удалось достать точь-в-точь такие обои и мебель. Но в одном ты не угадал: мой плюшевый мишка был желтым, а не коричневым. Наверное, из-за того, что фотография, на которой я сижу с ним в обнимку черно-белая? Ничего страшного, все равно безумно приятно. Я почти счастлива! До полноты этого чувства не хватает только тебя. Выкарабкивайся поскорее, в нашей ново-старой квартире должен быть хозяин.
День тридцать четвертый.
- Здравствуй, любимый! А нас уже заметно! Немножечко совсем, только когда я без платья. Но мы быстро растем! Ношу ящерку на правом безымянном пальце - как жена носит обручальное кольцо.
День тридцать седьмой.
- Здравствуй, любимый! Сегодня снова Руслана Николаевна ходила в храм. Ставила свечку за твое выздоровление и молилась. Нет ничего сильнее материнской любви и молитвы. Она обязательно поможет! Я тоже молюсь. Каждый день. Как умею, своими словами благодарю Боженьку за то, что не дал тебе тогда умереть, рассказываю, какой ты хороший, ну и, конечно, прошу спасти тебя.
День тридцать девятый.
- Здравствуй, любимый! Спасибо тебе! Спасибо, что услышал наши просьбы! Врачи в небольшой растерянности, от того что ты решил сам дышать после такого времени. Они немного переживают и пытаются уговорить Павла Николаевича, чтобы снова тебя подключить, но мы уверены - ты справишься сам!
Знаешь, у меня такое чувство, что ты просто спишь и вот-вот откроешь свои красивые серые глаза, ласково улыбнешься, протянешь руку и уложишь меня рядом, бормоча, что еще рано вставать. Я очень надеюсь, что скоро так оно и будет. Ты главное знай - я всегда буду рядом!
День сорок первый.
- Здравствуй, любимый! Прости, сегодня из меня никудышный собеседник. Я устала. Устала от того, что врачи в один голос твердят, будто улучшение временное и ты скоро... - горло сдавил спазм, а из глаз потекли теплые ручейки слез.
Я, правда, очень устала от всего этого. Мне порой даже кажется, что его родные потеряли веру, но ведь так нельзя! Если не те, кто его любят, будут ждать, то кто? Ради кого он вернется?
Неожиданно в памяти всплыл обрывок сна, который снился мне вчера. Я не видела лица Руслана, но знала, что это он! Чувствовала, что рядом со мной половинка моей души. Слышала его голос, который обещал мне быть рядом.
Откуда-то взялась железная уверенность, что это был не просто сон, а отражение прошедшей реальности. Эмоции бурным потоком навалились и я, не сдерживая слез, сжала руку любимого и зашептала:
- Руслан, ты не можешь нас бросить! Ты обещал мне! Клялся, что найдешь меня и будешь рядом! Пожалуйста, вернись!
День сорок третий.
- Здравствуй, любимый! Сегодня мы ходили на УЗИ! У нас будет мальчик! Скорее просыпайся, милый, без тебя я не могу придумать, какое дать ему имя.
Показалось, илиресницы Русланадрогнули и уголки рта чуть растянулись? Он услышал и пытается улыбнуться?
Придвинулась почти вплотную, чтобы заметить малейшее движение и чуть не завизжала от радости. Нет, не привиделось! Потому что теплые пальцы родного (да уже давно родного!)человека нежно сжали мою ладонь, и ослабленный слегка скрипящий голос, но все равно чудесный добрый голос, по которому я так сильно соскучилась, произнес:
- Давай назовем нашего сына Радосвет?
Эпилог что ли
Радосвет (несколько лет спустя)
- Алён, ты посмотри, какой шустрый! Всего четыре года карапузу, а уже и не догоню его, - бежал за мной, прихрамывая папа.
После аварии у него плохо работала одна нога. Ну и еще он, конечно же, поддавался. Но все равно, меня распирала гордость. Довольный собой, я хохотал и еще быстрее улепетывал.
