Читаем без скачивания Эхо - Джек Макдевит

– Слушаю.

– Сегодня погибла женщина. Кто она?

– Ее звали Майра Эспи. Двадцать лет.

Майра почти ничего не успела совершить за свою недолгую жизнь. Симпатичная на вид, она любила вечеринки, училась в колледже и работала на полставки регистратором в больнице. Судя по количеству пришедших на похороны, у нее было много друзей.

«Гробовщицу» звали Петра Салиева. Ей отказали в защите докторской диссертации по физике после того, как она пригрозила убить молодого человека, не уделявшего ей достаточного внимания. Врачи диагностировали у нее болезнь Кальпера – серьезный недостаток эмпатии. Ей даже хотели стереть память, но, пока это обсуждалось, она скрылась в неизвестном направлении и стала наемным убийцей. Теперешнее ее местонахождение было неизвестно – впрочем, нет, уже известно.

Кстати, эта женщина была еще и пилотом, хотя ее лицензию аннулировали.

– Уверена, что это она? – спросил Фенн.

– Однозначно.

– Ясно. Что ж, свое дело она знает. Придется приставить к вам охрану, пока мы не посадим ее за решетку.

Так я получила охранницу по имени Ронда.

Начали поступать работы на конкурс «Космический турист». Поначалу они приходили редко, но к концу недели мы получили более шестисот фотографий и голограмм – и даже аудиозапись разговора между девочкой лет девяти и капитаном корабля. Запись была сделана шесть лет назад во время рейса компании «Баркли турс»; мне показалось очень трогательным то, как ребенок восхищается мягким сиянием луны, освещенной голубой звездой. Я решила, что нужно будет включить ее в «Чудеса космоса».

Большинство работ были сделаны во время недавних путешествий. Лишь немногие, около двадцати, имели отношение к турам «Края света» за 1402‒1403 годы. Рэчел не появлялась ни в одном из роликов, но, чтобы выяснить это, пришлось просмотреть почти все, от начала до конца: мало кто из туристов помнил, как звали их капитана.

Одна женщина вспоминала свой полет: «Поистине романтическое путешествие. Нас было восемь – четыре молодые пары. Мы полетели к планете с тремя лунами и самым прекрасным небом из всех, что мне доводилось видеть. Там нас ждали четыре коттеджа. Нам приготовили ужин на открытом огне, мы пели песни и слушали звуки леса. А потом нам удалось поплавать в реке…»

Другой рассказчик, автор ролика «Стоя на берегу», вспоминал планету, где зарождалась жизнь – пока что лишь в океанах. Он описывал странное чувство: ты стоишь на берегу моря, на планете, кишащей живыми существами, и ни одно из них нельзя увидеть.

Шли дни, работы продолжали прибывать. Наконец в одном из роликов, датированном зимой 1402 года, мы увидели Рэчел. Снимали в основном внутри корабля – «Серебряной кометы». Люди смотрели в иллюминаторы, стояли, улыбаясь, рядом с капитаном, делали вид, что изучают звездные карты, смеялись, провозглашали тосты, танцевали и пели. Но были также изображения планет, спутников, астероидов и колец. Одна гигантская планета, по словам капитана Рэчел, благодаря своей массе могла вспыхнуть и стать звездой. Время от времени по ее поверхности пробегали яркие вспышки.

Рэчел легко было полюбить. Она уделяла внимание каждому пассажиру, особенно двоим детям, которых взяли в полет, и даже самые глупые вопросы ее не раздражали.

Пассажиры устроили веселую вечеринку, когда «Комета» пролетала рядом с заброшенной космической станцией где-то в Даме-под-Вуалью: они подняли бокалы за прекрасную голубую планету, удивительно похожую на Землю, меж тем как корабль подошел на двести метров к настоящей комете. Рэчел спросила, не хочет ли кто-нибудь высадиться на огненный шар, – это рассмешило детей.

В итоге нам удалось получить голограммы с трех ее полетов. Остальные две датировались 1399 годом и ранней весной 1403-го. Мы не знали в точности, когда Рэчел отправилась в свой последний рейс, но нам было известно, что она уволилась весной. Система, которую они посетили, получила от «Края света» одно из стандартных названий, призванных завлекать потенциальных клиентов. Ее окрестили Эхом – как утверждала компания, мягкий свет, падавший на две землеподобные планеты, должен был «напомнить вам о молодости». Это место считалось самым романтическим во всей Даме-под-Вуалью.

Но тридцать лет спустя никто уже не знал, где находится Эхо и что это за звезда. Мы послали видеозаписи Шаре, и та согласилась помочь нам в установлении координат системы.

На следующий день я заглянула к ней в офис, сопровождаемая Рондой. Шара сказала, что еще не имела возможности взглянуть на данные. Ее явно впечатлила моя охрана.

– Неужели зеленые человечки стали настолько опасными? – спросила она.

Я рассказала ей про случай на реке.

– Кажется, я что-то видела в новостях, – ответила Шара. – Не знала, что вы с Алексом тоже там были.

Ронда держалась на почтительном расстоянии – то ли для лучшего обзора, то ли из желания оставить мне немного личного пространства.

– Алекс едва не погиб, – добавила я.

Шара показала на комнату для совещаний:

– Там удобнее говорить.

Ронда проверила помещение и встала у двери.

– Как ты думаешь, удастся ли выяснить, где побывал корабль? – спросила я.

– Вероятно, да.

– Каким образом? С помощью спектроскопа? – Я попыталась слегка покрасоваться, предположив, что для идентификации звезды используется спектральный анализ.

– Не получится, – ответила она. – Камера не дает точных характеристик излучения. Придется сопоставлять с имеющимися образцами. Но проблем, думаю, не будет: фотографии вполне приличного качества.

– И как ты собираешься это сделать?

Шара налила из автомата две чашки кофе и протянула одну мне, а другую – охраннице. Ронда с улыбкой отказалась.

– Прежде всего нужны снимки общих планов, – сказала Шара. – После этого останется опознать лишь одну звезду, а затем я могу составить сферическую трехмерную карту, в центре которой будет эта звезда. Мы получим нечто вроде клиновидного выреза из карты, с кораблем в его острие. На карте будет только одно место, соответствующее изображению.

– Ладно, – сказала я, хоть и не была уверена, что поняла все. Но Шара, похоже, знала, о чем говорила. – Звучит неплохо.

– Если мы сможем опознать другие звезды, дело пойдет еще быстрее. – Она улыбнулась. – Все понятно?

– Без вопросов.

– Не пообедать ли нам?

– Куда пойдем?

Ронда настояла на походе в кафетерий.

Когда я вернулась в загородный дом, меня ждала еще одна голограмма с Рэчел, но она была датирована 1399 годом. Слишком рано – пользы от нее не было. Но я все равно ее посмотрела, наблюдая за тем, как Рэчел уверенно общается с туристами и опытной рукой управляет кораблем. Эта голограмма дала мне куда больше представления о ее опыте и умениях, чем остальные. Мостик был для Рэчел родной стихией, и картины космоса захватывали ее не меньше, чем клиентов.

Голос ее дрожал от волнения, когда она вела корабль вдоль поверхности землеподобной планеты, давая туристам возможность увидеть восход золотистого солнца. Она показывала им безмятежные океаны и плывущие в лунном свете облака. Она опускалась в каньоны на изрытой поверхности луны и скользила над атмосферой газового гиганта, демонстрируя пассажирам огромное, выпускающее пар создание, которое бесшумно двигалось в туманной дымке. Туристы смотрели, как чудовище поглощает газы, а Рэчел рассказывала, что оно называется «жрун», и все смеялись.

На следующее утро, когда я пришла на работу, меня ждал Джейкоб.

– Звонила Шара. Есть кое-какие результаты.

– Хорошо. Соедини меня с ней, Джейкоб.

Джейкоб уже сообщил Алексу, но тот ничего не понимал в положении звезд и решил подождать меня. Он вошел в кабинет как раз в ту секунду, когда появилось изображение Шары.

– Привет, Чейз. Я послала видео и другие материалы.

– Спасибо. Что ты выяснила?

– Номер системы по каталогу – YL69949. Это звезда класса G, в Даме-под-Вуалью, в направлении облака Джордана.

– Ясно.

– Вероятность ошибки – меньше двух процентов.

– Отлично, Шара, – радостно улыбнулся Алекс. – Спасибо.

– Пожалуйста.

– Как только покончим с этим делом, полетим туда. Хочешь с нами?

– Нет, спасибо. Предпочитаю что-нибудь более предсказуемое.

Я проработала допоздна, собирая информацию. Ни одна из туристических компаний не предлагала полетов к YL69949, и не было сведений о том, что такие полеты когда-либо совершались. Я уже собиралась уходить и хотела пожелать Алексу доброй ночи, но Джейкоб сказал, что он вышел из дома.

Шторы мы держали закрытыми по соображениям безопасности. Я подошла к окну и посмотрела сквозь щелку. Алекс стоял у края леса, освещенный луной. Просто стоял, и все. Я знала, что его охраннику это не понравится.

После успеха Шары мы пребывали в приподнятом настроении, и подобное поведение меня несколько удивило. Я подождала, пока Алекс с охранником не вернутся в дом.