с ним рядом.
А в целом дни проходили в размеренном темпе. Днём я занималась с дочкой. Навёрстывала упущенное время рядом с ней. Но мне всё равно, казалось, мало. Надышаться ей не могла. Моим чудом, подаренным Мишей.
Так и проводила свободное время. Ну а ночью, когда Миша уже был дома, а Дана спала, открывалась другая сторона моего времяпровождения. Стоило нам оказаться наедине и мы, как похотливые животные накидывались друг на друга. Миша брал, я отдавала. Хотя и он отдавал не меньше. Эти эмоции захлёстывали, разум плыл, тело плавилось. Я будто попадала в другую реальность. В такую, где мне ещё никогда не было так хорошо, как сейчас.
Услышав, как закуксилась Дана, сполоснула руки и пошла в комнату. Что ж, готовка ужина немного откладывается. Ну, ничего. Успею ещё. Времени валом.
Взяв малышку на руки, поцеловала тёмноволосую головку. Понимаю, что неизлечимо ей больна. Любовь к ней по венам циркулирует, помогая сердцу биться.
Переодев и покормив дочку, начала её укачивать. По Мишиной методике. Сначала на руках и только потом в кроватку. Он рассказал мне, как мучился поначалу, не зная, как угомонить эту кнопку.
По сути, что для него, что для меня – это первый опыт. Мы оба всё делаем впервые. Учимся. И неважно, что я ждала появления дочери, а он о ней не знал. Для нас в равноценной степени всё ново.
Но не успела малышка уснуть, как по квартире разнёсся звук дверного звонка. Недовольно поморщившись, посмотрела на дочь и обречённо вздохнув, пошла открывать. Понятия не имею, кого там принесло, но этот кто-то сбил мне все планы.
Не глядя в глазок, прижимая к себе Дану, свободной рукой распахнула дверь. И честно говоря, охренела от увиденного.
На пороге стояла молодая девушка. Блондинка с ярко-красной помадой на губах. Но поразило меня совершенно не это. А то, во что она была одета. Точнее, то насколько она была раздета. Под распахнутым чёрным плащиком красовалось красное кружевное бельё, практически прозрачное и ничего не прикрывающее. Уперев руки в бока, она гордо выпятила вперёд объёмную грудь.
И всё бы ничего. И возможно, в любой другой ситуации я бы прыснула со смеху и не приняла ситуацию близко к сердцу. Но не сейчас. Я её узнала. Ошибки быть не может.
Девушка, которая пришла в кафе, когда я хотела сказать Мише о беременности. Ныне – его жена. Его. Законная. Супруга. Пусть и фиктивная, как он говорил. В чём, если честно, я в это мгновение начала сомневаться.
Поняв, что дверь открыл не тот, кого она, видимо, готовилась увидеть, девушка схватилась за полы плаща и прикрыла свои прелести. Улыбка с её лица сползла, а взгляд, до этого игривый и задорный, стал надменным и холодным.
– А ты кто такая? И что здесь делаешь? – выплюнула мне в лицо. – И что это за ребёнок?
В это мгновение я пожалела, что открыла дверь с ребёнком на руках. Кто знает, что в голове у этой начинающей эксгибиционистки. Прижав Дану к себе, отступила на шаг назад. И зря, потому что мадам тут же зашла в квартиру, решительно переступив порог.
– Язык проглотила? Мне долго ждать вразумительного ответа? – потребовала от меня, смерив высокомерным взглядом.
– А вы, простите, кто? – и так понятно кто, но почему-то захотела услышать подтверждение своей догадке.
– Я? Я жена хозяина квартиры. А вот что тут ты забыла, очень интересный вопрос.
– А я тут живу. – ответила невозмутимо, собрав в кулак всю выдержку и самоконтроль. Плевать, что волна эмоций поднимается, грозясь затопить с головой. Она этих эмоций не увидит точно.
– Совсем охренели, что ли? Жена за порог и тут уже рассадник блядства устроили? Ещё скажи, что ребёнок от моего мужа? – в это мгновение я так напряглась, что незамеченным это не осталось. – Да ладно? – спросила, громко рассмеявшись.
– Насколько мне известно, вы тут не живёте и не жили. Ко мне какие вопросы?
Мои слова ей явно пришлись не по вкусу. Об этом кричало всё. Вмиг посеревшее лицо, напряжённая поза и с силой стиснутые челюсти. Казалось, она бы с радостью вцепилась мне в волосы и расцарапала лицо. Но пока ещё держала себя в руках.
– Для того чтоб быть мужем и женой и спать друг с другом, не всегда необходимо совместное проживание. – кольнула. Больно и неприятно кольнула. Об этом я как-то не думала. В конце концов, Миша не евнух и смысл напрягаться, когда под боком есть красивая и, судя по всему, на всё готовая жена. Не такая, как я сейчас: осунувшаяся, с выстриженными волосами, уставшая и бледная, как моль.
– Странное понятие семьи, не находите? – не дожидаясь её ответа, продолжила. – В любом случае мне это не интересно. Если вы к Мише, то его, как вы могли понять, дома нет. Можете подождать его, конечно, но вне стен этой квартиры. – я пока ещё держалась, но внутри всё ходуном ходило. Ещё немного и меня начнёт потряхивать.
– Думаешь, если ноги перед ним раздвигаешь, так он твой, что ли? Сколько вас таких было, не смеши. Он в любом случае есть и останется моим мужем. Не тешь себя иллюзиями. Так что советую собирать свои манатки и валить туда, откуда вылезла.
– Обязательно. Сразу свалю, как только Миша мне об этом скажет. А сейчас попрошу покинуть помещение. Мне ребёнка укладывать нужно. – указала ей взглядом на дверь.
– Ну-ну. Не сомневайся, уже завтра вышвырнет тебя и твоего выблядка отсюда.
– На хер пошла! – такой вмиг захлестнувшей злобы я давно не испытывала. Меня она может называть как угодно. Говорить про меня всё, что в голову взбредёт. Но открывать рот в сторону моего ребёнка, не позволю никому. Если бы не Дана у меня на руках, с лестницы спустила бы. И плевать, что сама недавно из больницы, порвала бы.
– Счастливо оставаться, жаль ненадолго. Убогая. – с этими словами она вышла из квартиры, громко хлопнув дверью.
А я стояла, будто оплёванная и гипнотизировала дверь. Чувство было, словно меня в чан с дерьмом окунули, ещё и притопили там малость. Я, наверное, ещё долго бы так стояла, если бы не Дана, начавшая плакать.
– Тише, моя маленькая. Сейчас мама тебя успокоит. – шептала дочери уходя в комнату, предварительно закрыв на замок входную дверь.
Дочь я с горем пополам успокоила. А вот сама… сама я была, как грана с выдернутой чекой.
Теперь понимаю, как ощущают себя любовницы. Неужели оно того стоит, чтоб спутываться с занятыми мужиками? Хотя о чём это я?
