Читаем без скачивания Добротолюбие, избранное для мирян - Неизвестно

Блаж. Диадох

– Все дары Бога нашего добры вельми и всеблагоподательны, но ни один из них так не восполняет и не подвигает сердца к возлюблению Его благости, как богословствование (не научное, а состояние созерцания). Ибо оно, будучи первейшим порождением благости Божией, первейшие и дары подает душе. Во-первых, оно располагает нас с радостию презирать всякие приятные утехи житейские, так как в нем мы имеем вместо преходящих утех неизреченное богатство словес Божиих. А потом, оно огненным некиим изменением ум наш озаряет и чрез то делает его общником служебных духов. Достодолжно убо приготовившись, потечем к сей добродетели благолепной, всезрительной, всякое попечение земное посекающей, в озарении света неизреченного ум питающей словесами Божиими и, – чтоб не говорить много, – словесную разумную душу к нераздельному обещанию с Богом Словом благоустрояющей чрез святых пророков. Да и в душах человеков – о, дивное чудо, – устроив богогласные песни, сия Божественная невестоводительница поет громко величия Божий.

– Ум богословский, самими словесами Божиими услаждаемый в душе и палимый достигает своих мер бесстрастия в достаточной широте. Ибо словеса Господня словеса чиста, сребро разжжено, искушено земли (Пс. 11, 7). А ум звательный, утверждаясь на испытании благодатным воздействием, бывает выше страстей. Вкушает и богослов опыта знательного, если смиреннейшие водворит в себе расположения, причащается и знатель в некоей мере созерцательной добродетели, если не погрешительною имеет рассудительную часть души. Ибо оба сии дарования не случается каждому стяжать в совершенстве, чтобы каждый из имеющих одно из них, дивясь тому, чем превосходит его другой, преуспевал в смиренномудрии с ревностию оправданной жизни. Апостол и говорит: овому бо Духом дается слово премудрости, иному же слово разума, о том же Дусе (1 Кор. 12, 8).

О необходимости мира со всеми желающему богословствовать

– Действо святого ведения, по свойству своему, немало скорбеть заставляет нас, когда, по некоему раздражению, досадив кому-либо, соделываем его врагом себе. За это оно никогда не перестает уязвлять совесть нашу, пока посредством объяснений и извинений не успеем возвести оскорбленного в прежнее к нам благорасположение. Ибо тем, которые желают иметь ведение о Боге, должно и лица неправо гневающихся представлять в уме с безгневным помыслом. Когда же это будет, тогда ум не только в области богословия станет непогрешительно вращаться, но и в деле любви с полным дерзновением возвысится, как бы восходя со второй степени на первую.

Преп. Максим Исповедник

– Желая богословствовать, не ищи, что есть Бог в Себе Самом; ибо этого не найдет не только человеческий ум, но ни ум кого-либо другого из сущих после Бога. Но рассматривай, по возможности, облекающие Его свойства, как то: присносущность, беспредельность, неописанность, благость, премудрость и силу всесо деятельную, всепромыслительную и судящую все сущее. Ибо между людьми тот великий богослов, кто хотя несколько раскрывает сии свойства Божий.

– Тот бывает с Богом, кто знает Святую Троицу, Ее творение и промышление и кто страстоприемную часть души содержит бесстрастною.

– Умозрение, если его не обуздывать, может в пропасть низвергнуть.

– Сподобившийся познания Бога и подлинно вкусивший сладости оного презирает все удовольствия, рождающиеся от вожделетельной силы.

– Божество и Божественное в некотором отношении познаваемо, а в некотором – не познаваемо. Познаваемо созерцаниями о том, что есть окрест Его; не познаваемо в том, что Оно есть Само в Себе.

– Есть три зла – величайшие и злоначальные, и всякого, сказать просто, зла породители: неведение, самолюбие и ненависть, друг с другом родственно сочетанные и взаимно друг друга поддерживающие. Ибо от неведения Бога – самолюбие, а от этого ненависть в отношении к соестественному. И никто не противоречит тому, что лукавый производит и возбуждает их в нас, научая нас злоупотреблять своими силами: разумом, вожделением и энергией.

СВЯЩЕНСТВО

Сказание из жизни святого Филимона

– Удостоен будучи пресвитерства давно, давно, и так преискренно, коснувшись небесного и жизнью, и разумом, он по глубокому смирению всячески избегал Божественных священнодействий, как бремени, так что в продолжение многих лет своего подвижничества он очень редко соглашался приступать к св. трапезе для священнодействий. Но и Божественных Тайн причащаться, несмотря на такую опасливую жизнь, не причащался, когда случалось ему входить в общение и беседовать с людьми; хотя при этом не говорилось им ничего земного, но одно душеполезное для искавших беседы с ним. А когда намеревался причаститься Божественных Тайн, то пред этим долго докучал Богу, умилостивляя Его молитвами, псалмопениями и исповеданиями. Ужасался он гласа иереева, который возглашает при сем, говоря: "Святая святым!" Ибо в это время, говорил он, вся церковь бывает полна св. Ангелов и Сам Царь Сил, таинственно священнодействовав и хлеб и вино претворив в Свое Тело и Кровь, чрез Св. Причащение вселяется в сердца наши. Почему надлежит нам непорочно и чисто, и как бы вне плоти бывая, без всякого сомнения и колебания, дерзать на св. причастие пречистых Христовых Тайн, чтобы сделаться причастными бывающего от них просвещения. Многие из свв. отцов видели св. Ангелов, которые остерегали их от всего неподобного, почему и сами себя держали в глубоком молчании, не говоря ни с кем.

Преп. Феогност

– Сподобившись Божественного и честного священства, прежде всего себя самого обязан ты всегда иметь принесенным в жертву умерщвлением страстей и сластей плотских; и таким образом дерзать приступать к Животворной и Страшной Жертве, если не желаешь быть сожжен Божественным огнем, как какое-либо сгорающее вещество. Ибо, если Серафим не дерзнул без клещей прикоснуться к углю (Ис. 6, 6-7), как ты коснешься без бесстрастия? Чрез него же ты будешь иметь и язык освященным, и уста очищенными, и душу непорочною вместе с телом, и самые руки паче всякого злата блестящими, как слуг преестественного огня и жертвы. Сознай поглубже силу сказанного, потому что каждодневно зришь оное спасительное Божие таинство, которое однажды увидев, старец Симеон изумился и просил смерти; и если не имеешь извещения от Духа Святого, что ты благоприятный посредник между Богом и человеками, как равноангельный, то на пагубу себе не дерзай на всесвятое и страшное священнодействие Божественных Тайн, пред коими Ангелы благоговеют и от коего всеблагоговейно воздерживались многие из святых, чтобы не быть изъяту из среды живых по суду Всевышнего. Внимай себе, как сказал апостол (1 Тим. 4, 16), и всегда совершай приношение о своих наперед грехах, чтобы, если что было в тебе или может быть есть еще нечистого по немощи, потребляемо было Божественным огнем. Таким образом возможешь, как бы сосуд избранный, благопотребный, чистый и для такой жертвы достойный, прелагать себя в серебряного или даже златого, хотя был каким-то деревянным или глиняным, если только, ради дерзновенного упования твоего, будешь иметь Бога, преклоняющимся на милость к тебе. Ибо, где Бог готов услышать, там нет препон к преложению одного в другое. Внимай, какой удостоен ты равноангельной чести и старайся со всякою добродетелью и чистотою пребывать непорочным на сей степени, на какую призван. Видишь, из какого каким стал падший люцифер за превозношение. Не пострадай из-за того же и ты, возмечтав о себе великое, но почитая себя землею, пеплом и сором, плачь всегда, что, несмотря на то, допускаем бываешь к Божественному Причастию и к совершению страшного священнодействия Святых Тайн по безмерному человеколюбию и неизреченной благости Божией. Приявшему священство и от всех страстей надлежит быть чисту, особенно же от блуда и злопамятства, о коих даже легких помышлений иметь не следует, если не хочешь подвергнуться гневу и проклятию, подобно прокаженному или сажею испачканному, когда он дерзнет коснуться царева тела. Потоками слез паче снега убеленный, со светлою в чистоте совестью, касайся Святых Тайн, как святой, внешним ангелоподобным благообразием являя внутреннюю души красоту. Но смотри, в совершении Божественных Тайн не удовлетворяйся человеческими только преданиями, но да будет с тобою благодать, сокровенно и таинственно дающая тебе уразумевать при сем и высшее. Возжелав нетления и бессмертия, благочестно и благоговейно совершай Животворные и Нетленные Тайны, желая вместе и преселения отсюда, как совершенным ставший чрез веру. Если же боишься смерти, то ты еще не сорастворился любовью со Христом, Которого собственноручно жрети удостоен и Которого плотию насыщаешься. Ибо, если бы было так, то спешил бы отойти туда, где Любимый тобою, ни во что вменяя и жизнь и плоть. Плоти Божией и жрецом и общником чрез причащение соделавшись, сообразным быть обязан стал ты и подобию смерти Его, не ктому себе живя, но, по апостолу: распеньшемуся и умершему за тебя (2 Кор. 5,15). Если же для плоти и мира страстно живешь, то уготовляешь себя, после смерти, на вечное мучение. (Если прежде кончины произвольно не перестанешь совершать бескровную жертву.) Кому неизвестно, что многие из недостойно священнодействующих, восхищены быв отселе внезапною смертью, пересланы прямо в тамошние мучилища.