Снегина уже проливали. Поэтому он гордо отказался от всего и стал ждать Аллу.
Вместо нее вошла Анастасия Сергеевна:
– Здравствуй, Женя.
Он встал:
– Здравствуйте.
– Алла знает, что ты здесь?
– Да. Она моется.
Анастасия Сергеевна удивленно подняла брови. Снегин порозовел до ушей и сел. Вот почему в гостях у Петровских он говорит полную чушь? Будто дурак. А потому, что робеет. Картин их, белых диванов, лимонадов, которые предлагают и проливают. Все здесь не как у людей. Да и не люди это, а олигархи. Раньше Снегин про них лишь читал, ну иногда еще разглядывал красивые картинки. И вот он сидит в одной из этих картинок, а горничная предлагает ему напитки. Как буржую какому-нибудь.
– Это хорошо, что Аллы нет, а ты здесь, – Анастасия Сергеевна тоже села. – Я хотела с тобой поговорить.
– О чем?
– Об Алле, разумеется, – удивленно посмотрела на него Петровская. – У вас с ней как, серьезно?
– Да.
– Алла девочка непростая. Характер у нее тяжелый.
– Это я уже понял.
– Этот лед еще никому не удавалось растопить.
– И мне пока не удалось.
– А давно вы встречаетесь?
– Неделю.
– Как странно. Вы что, познакомились в тот день, когда убили ее отца? А я думала, в институте.
«Вот кому в полиции надо работать!» – похолодел Снегин и без лимонада со льдом. Надо было соврать. Но одна ложь невольно тянет за собой другую. К тому же они с Аллой не договорились, что именно врать. Пока Снегин мучительно думал, что ответить Аллиной маме, в гостиную вошел Дергач.
– Боря! – кинулась к нему Анастасия Сергеевна, мигом забыв про Снегина.
Он с любопытством смотрел, как эти двое обнимаются. Похоже, что скоро у Аллы будет отчим.
– Здравствуйте, молодой человек Аллы, – заметил его наконец Дергач.
– Добрый день, – он не нашел что съязвить в ответ так, чтобы Аллина мать не обиделась.
– Это хорошо, что вы здесь, а Аллы нет, – Дергач сел.
– Понимаю: вы тоже хотели поговорить о наших отношениях, моих и Аллы. И сказать, что у нее непростой характер. Я уже в курсе. Меня Анастасия Сергеевна просветила.
Дергач рассмеялся:
– А ты, парень, непрост. Впрочем, чего я ожидал от Аллы? Что она приведет в дом какого-нибудь Антонова?
– Какое право вы имеете устраивать перекрестный допрос моему парню без меня? – раздался возмущенный голос Аллы.
Она была в спортивных штанах и сухой футболке. Но волосы влажные после душа.
– После того, что случилось с Полиной, я имею право на все! – сказала Анастасия Сергеевна.
– Настя, может, мы не будем говорить об этом при молодом человеке, а не то он тоже сделает ноги, – мягко сказал Дергач.
– Я не Антонов, – заверил Снегин. – Не надо нас сравнивать.
– Никто меня не бросал! – на лестнице стояла возмущенная Полина. – Зачем вы Женьке-то об этом рассказываете?!
– Ты что, подслушивала? – ахнула Анастасия Сергеевна.
– И подсматривала к тому же, – добавила Алла.
– Я шла на кухню за смузи!
– Я бы на твоем месте напилась, – Алла с жалостью посмотрела на сестру. – А ты, бедняга, топишь горе в сельдерее с морковкой.
– Алла! – одернула ее мать.
– Никто меня не бросил! – Полина топнула ногой. – И нет у меня никакого горя! Да у меня толпы поклонников!
– То-то ты одна ужинаешь в местном ресторане, где натыкаешься на жениха, который уехал в Крым.
– Я тебе как сестре рассказала, а ты! – Полина накинулась на Аллу.
То есть хотела накинуться, потому что Алла проворно отскочила за диван. «Как хорошо, что я не попросил лимонада», – с облегчением подумал сидящий на диване Снегин.
– Мама, скажи ей! Дядя Боря, почему вы за меня не заступитесь?!
– Потому что он не дядя Илья, – продолжала ехидничать Алла.
– Женя, твоя девушка определенно хочет купаться, – вмешался Дергач. – Или в ваших отношениях главная она? Если ты мужчина, уведи ее отсюда. Нам надо поговорить с Полиной. Мне и ее матери.
Снегин с удовольствием послушал бы, о чем они будут говорить, но понял, что лучше уйти. Алла разошлась не на шутку.
– Идем, – сказал он и встал.
К его удивлению, Алла послушалась.
– Думаешь, мне охота слушать нытье Полины? – сказала Алла на улице, пока Снегин с опаской обходил фонтан.
– Зачем ты ее достаешь?
– Может, она хоть от горя поумнеет? Ну, нельзя же быть такой наивной.
– А что случилось с Антоновым?
– Оказалось, что он Полине врал. Дергач сейчас разбирается с документами отца, а там оказалось много интересного.
– Ты нашла большой белый конверт?
– Когда?
– Я думал, ты ночью туда пойдешь.
– Дверь кабинета запирается на ключ. Если днем у меня еще есть шанс, то ночью папин кабинет уж точно заперт.
Они дошли до пристани, и Снегин уже спокойно посмотрел на роковую беседку.
– Купаться будем? – спросила Алла.
Он вспомнил, что опять забыл плавки. Да и развлекательная программа сегодня не планировалась. Но оказалось, что Алла купальник надела. Пока она ныряла и плыла на середину реки красивым размашистым кролем, Снегин сидел в беседке. Он встал, развернулся боком, махнул рукой. Бильярдный шар почти упал в лузу. Не хватало детали.
Было жарко. Снегин стянул футболку, снял кроссовки и носки и остался в одних только джинсах. Лег в шезлонг и пошевелил пальцами босых ног. Посмотрел, немного разволновавшись: где там Алла? Она помахала ему рукой с середины реки. Снегин развернулся, прикинув расстояние до дома. Вася прибежал с другой стороны. Охранник не мог видеть людей, которые шли сюда. Или человека. Леонид Петровский явно кого-то ждал в этой беседке.
– Руку дай, – сказала Алла, ступив на лесенку.
Снегин прекрасно знал, что она и так поднимется на пристань. Без его руки. Сцена, которую Алла, скорее всего, где-то подсмотрела. Потому что задержала свою руку в его дольше, чем было нужно. Снегин тоже не форсировал события. Он отдернул свою, лишь когда вспомнил слова полковника: «Не вздумай ее лапать, Аллу эту». Сейчас Снегин был к этому близок.
– Что случилось? – спросила она.
– Так.
– У тебя лицо изменилось. О чем ты подумал?
– О нас. О белом конверте. Об убийстве твоего отца.
– А просто о нас нельзя?
– Алла, я на работе. Ты, быть может, не понимаешь, насколько все серьезно. – Он сел в шезлонг и надел футболку. Потом потянулся за носками.
– Не надо со мной как с маленькой девочкой.
– Ты напрасно думаешь, что уже взрослая. Где-то там, на той стороне реки, – Снегин махнул рукой, – живет человек, который умеет отстреливать людей, словно диких животных. Даже тех людей, у которых полно охраны. Перед ним никто не защищен. Потому что он – профи. Не сегодня завтра он снимется с места и исчезнет. Растворится в воздухе. Пройдет какое-то время, и еще кого-нибудь
