Я сразу запросила «своих» — что происходит? Отвечают — ОНИ использовали мой мозг в качестве «генератора», и через него направили волну определенной частоты на Татьяну.
Такой комбинированный диалог у нас продолжался долго…
Приснится же такое! — восклицает Наталья, знаком подзывая меня для обследования.
Но главное не в этом, — заговорила Татьяна. — Понимаете, с одной стороны, я вроде бы осознаю, что сплю, а с другой — действия свои ощущаю вполне реально. И, проходя через людей, чувствую одновременно и страх, и изумление: мол, сейчас столкнусь — и проникаю, как сквозь пустоту. Когда шла, споткнулась о какой-то сук вполне реально — еще посмотрела, что это за коряга лежит…
Ну, братцы мои, — наливая себе чай, усмехнулся Виктор. — Точно у вас «крыша» поехала, как говорит Субботин.
Ладно тебе, — махнула рукой Неля. — Видимо, сегодня ночью ОНИ действительно с каждым здорово поработали. Ведь и у меня почти всю ночь контакт шел. Поговорили, и «картинки» были…
Я отчитался перед Натальей, сел к костру, закурил.
— Вот Глазунову опять вчера не разрешили фотографиировать — сказали, что будут проводить с ним работу. Тебе ночью ничего не приснилось? — Неля выжидающе посмотрела на меня.
Я пожал плечами.
Нет, только сердце немного побаливало, спал плохо, несколько раз просыпался…
Ну-ка, давай проверим, — поднялась Вия.
Мы отошли в сторону.
— Правильно у тебя сердце побаливало, — спустя несколько минут объявила она. — Сердечная чакра дает поле больше метра, в несколько раз превышает все остальные поля по чакрам.
А ведь я не хотел об этом говорить. Очень сомневался — может, мне эти боли в сердце приснились? В этот момент меня позвал Виктор.
— Пошли ко мне в палатку. Сейчас все вместе поработаем над вопросами. Что за контакт предстоит — неизвестно, но надо быть готовым ко всему.
В одноместной палатке вчетвером — Неля, Вия, Виктор и я — было тесновато.
— Я выяснила насчет астрального тренажера, — шепнула мне Вия, — МОИ говорят, что это особый тип тестирования землян. Кто-то вдалбливает человеку определенную мысль… Скажем, что он пророк и должен проповедовать людям то, что ему будут говорить. И наблюдают, как он к этому отнесется — разгадает или нет среди передаваемой информации совершенно абсурдную. Так и определяют будущих контактеров среди людей.
— Вия, давай поговорим о деле, — прервал ее Виктор. — Времени у нас не так много.
— Всегда готова, — хмыкнула Вия.
— Кстати, — повернулся я к Неле, — мне почему-то перестали сниться сны. Что бы это значило?
— Ничего страшного. ОНИ работают над тобой. При этом, как мне объяснили, стираются сны. Так что сейчас ОНИ трудятся и над этой проблемой, надо ликвидировать подобное неудобство.
— Что вы в самом деле, — укоризненно оглядел нас Виктор. — Скажи, какие вопросы можешь предложить для сегодняшнего контакта, — обратился он ко мне.
Я открыл блокнот, вздохнул…
— Первый… Можете ли вы менять свой облик, принимать иную форму? Если да, то когда и с какой целью прибегаете к этому? Второй — на каких аппаратах летаете на Землю с космической станции, находящейся на околосолнечной орбите? Хочется узнать, — пояснил я, — нет ли связи с многими свидетельствами пролета НЛО, если да, то как эти аппараты выглядят и все такое… Далее. Много ли цивилизаций входит в Космическое Содружество?
— Думаешь, так ОНИ тебе все и откроют? — засомневался Виктор.
— Почему бы и нет? — возразила Вия. — Подумаешь, секретные сведения!
Потом я снова продолжил.
— ОНИ сообщают, что таких планет, как Земля, много. Надо выяснить, какой из них Космическое Содружество оказывало помощь и в какой форме. На какой стадии развития находились спасаемые цивилизации? Как они отнеслись к подобной помощи? — Я закрыл блокнот и добавил: — Хотелось бы подобраться к проблеме, используя Землю. Надо определить условия, при каких ВЦ оказывают помощь другим цивилизациям.
— Подожди, — остановила меня Неля, с прищуром глядя на распахнутый полог палатки. — Вия, кто-то из НИХ — я его не знаю — стоит возле палатки и хочет что-то спросить. Спроси, что у него?
— Ты видишь, ты и спроси! — с вызовом ответила Вия.
— Я слова его не полностью улавливаю, окончания пропадают. Никак не пойму, о чем ОН говорит.
Вия выставила рамку…
— Это из местных, мне он тоже не знаком.
В этот момент в палатку влезла Наташа и попросила налить ей чашечку кофе, иначе она умрет — так вдруг захотелось!..
— Что ты по пустякам врываешься! — возмутилась Неля. — Мы же делом заняты.
— Каким же это? — Наталья сделала удивленные глаза. — А-а, контачите!.. И это дело всей вашей жизни, понимаю…
Прекрати, — сдерживая улыбку, попросил Виктор, — Что ты в самом деле?..
— Я? — притворно ахнула та. — Я за кофе пришла.
Она все-таки получила свой кофе.
— Наталья чуть на НЕГО не наступила, — с улыбкой сказала Неля. — Я ЕГО спрашиваю: «Ничего серьезного не случилось?» Отвечает, что привык к такому, вовремя отодвинулся в сторону… И сразу ушел.
— ОН приходил предупредить, — глядя на рамку, сказала Вия, — чтобы мы были осторожны. Пойдет сильная энергетика, может повлиять на нашу физиологию.
— ЕГО давно уже нет, — растерянно заметила Неля.
— Я считываю информацию с оставленной ИМ мысли, которую ОН хотел передать, — с усмешкой пояснила Вия.
Позже она мне призналась, что терпеть не может «глупых вопросов» Нели. Все, что она сказала насчет оставленной ИМ мысли — полнейшая чушь. Все, что надо, она выяснила еще в ЕГО присутствии.
Все равно осталось неясным, о чем ОН предупреждал — о предстоящем контакте в Каньоне или вообще?
Наталья вернула Неле пустую чашку и ушла.
— Слушайте! — не выдержал Виктор. — Давайте все же о деле. Нужны вопросы о глобальных катастрофах. Сколько уже предсказаний опубликовано! И Япония уйдет под воду, и Англия… Произойдут землетрясения, извержения вулканов… Может, попробовать выяснить, когда ожидать такие катастрофы? В частности, на Камчатке. Чтобы даты назвали! Тогда их сообщения можно будет проверить в Москве у других контактеров.
— Так ты запиши, — предложил я.
— Записал.
— Ну и хватит.
— Нет, — начал объяснять он. — Я хочу, чтобы эти вопросы вы с Вией задали и СВОИМ контактерам, а потом сравнить ответы.
— Задать можно, — я вопросительно глянул на Вию. Работать-то ей придется.
— Не думаю, чтобы МОИ ответили насчет глобальных катастроф, — ответила она.
— А МОИ? — поинтересовался я, не понимая, почему одни могут давать такую информацию, а другие нет.
— Посмотрим, — Вия неопределенно пожала плечами.
Мы еще часа два просидели, отрабатывая формулировки вопросов.
Вия, опытная в этих вещах, не раз упоминала, что неправильно заданный вопрос может повлечь за собой неправильный ответ. Такое, по ее словам, случается не так уж и редко. ТАМ не поняли, а потом мы, мол, искали причину ложной информации. А она чаще всего на пятьдесят процентов не верна по вине самих контактеров.
Из дневника Натальи
Сегодня жуткая лень обуяла. Решили с Вией позагорать на полянке и одновременно заняться делом — дописать дневник, сделать обсчеты утренних обследований.
Вия еще должна нарисовать мне персональную картинку (у нее картинки — класс, устроить бы где-нибудь выставку).
Однако позагорать не удалось, налетела мошка, заела насмерть, да и холодно стало даже на солнце.
Побежала смотреть вулканы — стоят и курятся. По карте в том месте должен, вроде бы, находиться вулкан Шивелуч, до него километров сто, если не больше.
Вернулась — Вия рисует мою картинку, а я смотрю и расстраиваюсь. Мне мерещилось что-то в сине-фиолетовых тонах, а у нее все какие-то черные дыры.
Последнее время меня заносит страшно. Очевидно, что от последнего недостатка — скромности — избавляюсь напропалую. Остановиться не могу — все время якаю.
Может, тоже зона влияет?
Сюда бы хорошего психолога — я многое чувствую, только образования не хватает.
Очень интересно проследить взаимоотношения в нашей группе.
Днем опять язычками сцепились, у Виктора и Нели в палатке.
Но, как мне кажется, о каком-то конкретном результате пока говорить рано. Вот окончат свои контакты, тогда пожалуйста.
Весь день маялись, а к вечеру все вдруг засобирались — контактеры на контакт, Таня с Игорем за «золотым корнем», а Ваня — в гору! Но его не пустили — все дружно сказали: низзя!
Контактеры ушли нервно-взвинченные, особенно Виктор. Вроде трезвый парень — ничего не видит, не слышит. Однако очень впечатляется, когда другие начинают что-то видеть, слышать и говорить.
