Читаем без скачивания Соль жизни - Синтаро Исихара

Когда дом строился, мой приятель (может быть, стоило бы назвать его экстрасенсом, — во всяком случае это был человек с обостренным восприятием явлений), хоть и не присутствовал на стройке, сказал, что раньше там было болотце, возле которого когда-то занимались медитативной практикой буддийские подвижники. Он еще сказал, что если я не верю, то мне стоит сфотографировать это место. На фотографии я, мол, обязательно увижу какое-нибудь местечко, которое удивительным образом засветилось.

Действительно, мой участок пересекал болото. Разговор с приятелем произвел на меня впечатление, и я не стал скрывать его от F. Упомянул и о фотографии. F. не был особенно сведущ в делах монашеских, но в фотографии разбирался хорошо.

И вот, к моему удивлению, F., нахмурившись, изрек, что действительно стоило бы такую фотографию сделать. Фотоаппарат у меня был, и я тут же сделал несколько снимков. На многих из них обнаружилось белое пятнышко. Я показал фотографии F., но он сказал, что это вовсе не настоящее свечение, а игра света и тени.

В общем, не знаю уж зачем, но только перед началом строительства я на всякий случай устроил обряд очищения.

При этом я чувствовал, что поступаю абсолютно правильно. Во всяком случае благодаря этому я неожиданно для самого себя успокоился. Когда я после проведенного обряда сказал об этом F., он сделался очень серьезным и сказал: «Я моложе вас, но с некоторых пор я очень внимательно отношусь к подобным обстоятельствам. Дело в том, что я-то все проморгал, но вот мой прораб рассказал мне в свое время кое-что интересное. Это было лет семь или восемь тому назад. Если бы не тот случай, я бы отнесся к вашим соображениям с сомнением».

Рассказ F. сводился к следующему. Несколько лет назад его фирма получила заказ на строительство многоэтажного здания, которое должно было быть возведено на месте, где раньше располагался буддийский храм. Поскольку место это особое, F. пригласил священника, который провел соответствующую службу. После этого территорию кладбища, примыкавшего к храму, рабочие вручную аккуратно вскопапи на глубину в пять метров, вынули все останки, снова провели службу.

Только после этого начались строительные работы. Когда дошло дело до железобетонных свай, все они благополучно вошли на глубину в двадцать метров, и только одна из них никак не продвигалась дальше двенадцати-тринадцати метров.

Поскольку оборудование было несколько устаревшим, посчитали, что проблема именно в этом. Тогда привезли только что купленное новое оборудование, но все равно ничего не получалось. Когда увеличили давление, вдруг вся конструкция задрожала, потеряла равновесие и завалилась — чуть не задавив прораба.

При этом никакой скалы в том месте обнаружено не было. Тогда едва не погибший прораб решил докопаться до злополучного места лопатами. Вот копают они уже второй день и к вечеру наталкиваются на черный ветхий череп, который и не дал железобетонной свае продвинуться глубже. F. немедленно сообщили о находке, и пожилой прораб — не говоря ни слова — решительно передал ему череп, который до этого держал в руках. На темном от времени черепе была только одна белая отметина на макушке — там, где железобетонная свая уперлась в него. И вот эта человеческая кость сумела выдержать давление в несколько тысяч тонн и в мгновение ока опрокинула механизм. «Вот эту штуку мы тут и нашли», — пробормотал чуть было не погибший прораб в полной тишине.

F. взял череп, и, хотя он держал его вполне бережно, череп стал рассыпаться прямо на глазах.

Все, кто был там, поняли, что неведомый покойник направил им бессловесное послание.

Не знаю уж почему, но я искренне поверил в эту историю. Я уверен, что F. ощутил ту связь, которая возникает между людьми и которая неподвластна времени.

Акула-людоед с острова Ниидзима

До недавнего времени я не знал, что на острове Ниидзима вблизи полуострова Идзу сушат акулье мясо. В начале лета позапрошлого года мы ловили рыбу переметом с яхты моего приятеля. Это было неподалеку от побережья в Идзу, в Дзэнису — в месте, которое славится своими уловами. Приличной рыбы нам не досталось, но зато у нас оказались три тигровые акулы — каждая из них весила больше трехсот килограммов. Несмотря на весь свой богатый опыт, я был не просто удивлен, я был по-настоящему поражен тем, что здесь водятся эти страшные создания, да еще такие огромные.

В наших руках очутилась добыча весом в тонну — 60-футовая яхта просела и накренилась набок. Поймать-то мы их поймали, да только что с ними делать? И вот один человек, хорошо знавший острова возле полуострова Идзу, посоветовал нам отправиться на остров Ниидзима, где, по его словам, мы могли продать этих акул на вяленое мясо.

Так я впервые узнал, что мясо акулы можно вялить. Я подумал, что вряд ли тушу такой здоровой акулы целиком окунают в рассол и вялят. Мне сказали, что мясо сначала режут тонкими, как пастила, ломтиками, а потом уже вывешивают их вялиться. Правда, мясо акулы воняет аммиаком, и запах этот не может отбить никакой рассол, но ценители приходят от такого душка в восторг.

По рации мы договорились с одним покупателем с Ниидзимы, он подогнал к пристани грузоподъемник, который перегрузил добычу на грузовик.

Я не знаю, сколько заработал судовладелец. Не думаю, что много — для него продать этих акул было все равно, что продать мусор. Зато покупатель подарил нам акульего мяса собственного приготовления.

Блюдо было просто ужасное — взяв мясо в руки, нужно было немедленно затыкать нос. Попробовали пожарить — то же самое: стоило только поднести кусочек ко рту, как от вони тебя всего перекашивало, а на глаза навертывались слезы.

В общем, я это мясо выкинул, но могу охотно поверить, что кому-то и такая дрянь очень даже нравится. Аппетит человека таков, что его брюхо принимает в себя даже акулье мясо. Так что не стоит удивляться тому, что у акулы тоже хороший аппетит.

К счастью, в районе Ниидзима водится все еще достаточно акул для того, чтобы местные рыбаки могли потчевать акульим мясом его ценителей.

А еще на Ниидзиме часто проводятся международные соревнования по серфингу. Песок там на побережье белый, но в море часто появляются акулы. Японских спортсменов они не особенно пугают, но вот иностранцы — оттого ли, что они не раз видели, как акула нападает на человека, — лишь только заметят в волнах акулу, так сразу пугаются и возвращаются на берег. Я слышал, что в таком случае организаторам стоит немало усилий скрыть от газетчиков истинную причину приостановки соревнований. В общем, получается как в одном иностранном фильме, где главным героем выведена акула. Фильм был снят довольно давно, а вот то, что еще совсем недавно вблизи от Ниидзимы можно было встретиться с тигровой акулой, — это и вправду страшно.

Говорят, что акула редко нападает на людей, а если уж нападает, то только в том случае, когда у человека в руках находится пойманная им рыба. Но на самом деле все зависит от породы акулы и ее размера. Те самые тигровые акулы, которых мы поймали в Дзэнису, почти без всяких колебаний атакуют человека, да и другие крупные акулы тоже часто нападают на двуногих, поскольку они не чувствуют страха перед существом, которое не отличается по размеру от крупной рыбы. Это утверждение прежде всего относится к тем случаям, когда человек находится на поверхности воды. Акула принимает барахтающегося человека за рыбу, которая попала в беду, испугана и выбилась из сил.

Всего пару-тройку лет назад на архипелаге Гото, что вблизи Кюсю, случилась такая история. Во время летних каникул с яхты, находившейся в открытом море, спустили на воду девочку, ученицу средней школы, поплавать с кругом, который был привязан к шкоту. Тут на нее неожиданно набросилась акула и буквально разорвала ее напополам. Девочка умерла.

Я имел возможность своими глазами убедиться в том, насколько это кошмарно — стать добычей акулы.

До сих пор даже не верится, что такое могло случиться. Это было так нереально — словно страшный сон, который вдруг настиг тебе днем. И настолько ужасно, что кажется: это случилось не с тобой.

А получилось так, наверное, потому, что я тогда впервые повстречался с акулой. После этого я видел акул много раз, и вследствие первого впечатления уже никогда их не боялся. Я хочу сказать, что в самую первую встречу я, наверное, просто исчерпал все запасы страха.

Это случилось более двадцати лет назад, когда я только-только начинал плавать с аквалангом. Наша яхта стояла у острова Сикинэ, что находится у входа в залив Камихики. Мы помогали рыболовецкой шхуне ставить сети на ставриду: ныряли на дно и зацепляли на дне сеть за скалу. Для нас эта работа не представляла никакого труда, но рыбаки были нам весьма признательны — в противном случае им пришлось бы вызывать ныряльщиков с острова Миякэ, то есть потерять время и деньги.