Это место продолжало удивлять, все у них не как у людей! Ладно, замок, – там сама атмосфера располагала к сюрпризам, – но этот домик, сама простота и аскетизм! Так откуда на камине, у всех на виду эти безделушки стоимостью в миллион баксов?
Анна открыла было рот, но спросить ничего не успела – входная дверь снова хлопнула. Пэт наконец-то очнулась. Странно было увидеть на этом мелком, бесцветном личике выражение бурной, как бы даже собачьей радости. Тетка преданно уставилась на дверь столовой. Точно так же умильно Каспер таращился на Анну, когда та открывала себе на ужин банку с тунцом.
Дверь распахнулась уверенно, по-хозяйски и Анна оторопела: этот-то откуда здесь? На пороге, будто красуясь, остановился… толстяк с кладбища! Это лицо, виденное лишь однажды, Анна узнала бы из тысячи. Лицо шкодливого маленького злобного мальчишки, скорее распухшего, чем выросшего до размеров взрослого мужчины.
Девушка прерывисто вздохнула, а Пэт вскочила на ноги, но не двинулась с места, вся подавшись вперед в едином порыве, с восторгом лицезрея… нет, не мессию, а потную физиономию заурядного толстяка.
– Свен! – счастливо выдохнула она.
Муж не удостоил жену даже взглядом, сосредоточив все внимание на Анне:
– Добро пожаловать! – воскликнул он слишком радушно, чтобы девушка решилась принять его слова на веру, так же, как и широкую улыбку, адресованную ее сыну: – А ты, наверное, маленький Ник?
– Не такой уж я и маленький, – пробормотал парнишка, нехотя позволив толстяку сжать свою ладонь, которую тут же украдкой вытер о штаны.
Свен просиял, блеска в его улыбке стало больше, чем в крышке от кастрюли. Он широко, по-купечески повел рукой:
– Прошу к столу!
– Спасибо, конечно, – кисло улыбнулась Анна, – но мистер Неро…
– О, извините, извините! – Он молитвенно сложил короткие лапки на широкой груди. – Мистер Неро – вы понимаете? – у него изменились планы на вечер.
– Ну да, ну да: «его время драгоценно, наше – нет». Мы это уже слышали.
Толстяк продолжал улыбаться, но взгляд его маленьких заплывших глазок стал настороженным.
– Глупости! – возмутился он. – Мы всегда рады гостям! И мистер Неро обещал, что завтра утром, до вашего отъезда, вы все прекрасненько обсудите. Согласны потерпеть? – Свен подмигнул. Анна отвернулась.
– Я как-то вообще не горю желанием что-либо обсуждать, – сказала она честно.
– Вот как? Очень интересно…
Его тон заставил девушку быстро поднять глаза, так быстро, что она успела заметить мелькнувшую на круглом лице тщательно скрываемую злобу.
– К столу, к столу! – засуетился хозяин дома и, подавая пример, засеменил к своему стулу. Его взгляд, брошенный на жену, не выражал ни гнева ни раздражения, но Пэт как-то съежилась и бросилась вон.
Буквально тут же она вернулась в сопровождении служанки Ромолы. Дылда тащилась позади и ее лицо отчетливо выражало, что, соглашаясь подать ужин, она оказывает человечеству неоценимую услугу. В ее мощных руках необъятный поднос с главным блюдом выглядел как чайное блюдце. Пэт болталась у нее под ногами, как бестолковый резиновый мячик и успокоилась только после того, как блюдо водрузили в центр стола.
Свен потянулся к графину:
– Как медик я прописываю вам немного бренди, – сообщил он Анне, – у вас неважный внешний вид. Ну-ну, не стоит обижаться! Врач просто обязан подмечать такие моменты.
Продолжая болтать, толстяк ловко разлил напиток по бокалам, передал один гостье, а другой быстро выхлебал сам. На моментально покрасневшем носу выступила сеточка сосудов.
– Пейте, пейте, – подбодрил он. – В такую сырость – первое средство. Отлично согревает.
– Не знала, что вы врач, – искренне удивилась Анна. Его жена тут же вмешалась:
– Свен – выдающийся пластический хирург! – Она одарила мужа взглядом матери, гордящейся своим сыном-вундеркиндом. – К нему клиентки в очередь выстраиваются, а еще…
Под взглядом мужа женщина вдруг осеклась и суетливо схватилась за чайник. Вначале она наполнила чашки Анны и Ника, явно сделав над собой усилие, и только потом – чашку Свена. Весь ее вид говорил, что такой порядок – это величайшее исключение из правил, а взгляд, украдкой брошенный на мужа, был виноватым. Чтобы загладить свою вину, она не только положила в его чай сахар, но и тщательно перемешала его серебряной ложечкой. Толстяк же принял чашку, даже не взглянув в сторону своей жены.
Анна только диву давалась. Приворожил он ее, что ли?
Ужин был отвратительный. Как нарочно главным блюдом на столе оказалась фасоль с беконом – то, что Анна терпеть не могла. Свен тут же подметил, что гостья ничего не ест:
– Вы противница здорового питания? – Удивился он.
Анна могла бы поспорить о пользе жирной копченой свинины в сочетании с бобовыми, но сочла, что для этого не время и не место. Стараясь казаться вежливой, она улыбнулась:
– Ничего не имею против, просто я не голодна.
В ответ толстяк погрозил ей пальцем.
– Здоровое питание – основа всего! – сообщил он, энергично орудуя ложкой. – У нас есть поговорка: «чем проще еда, тем больше годА». Слышали? Нет? Я так и думал. – Он засмеялся собственной шутке. Испачканные соусом щеки затряслись. Отсмеявшись, он гордо заявил: – Я – аскет!
– И притом весьма толстый, – хихикнул Ник тихонько, но Анна услышала и поспешила сменить тему:
– Давно вы здесь живете?
– Десять лет. – Девушке показалось, что Свен сказал эти слова слишком поспешно. Он и сам заметил оплошность, потому что стал еще более суетливым. Его маленькие глазки шныряли, как две ящерицы. Вообще супруги вели себя так, будто у них, – как бы это помягче – шило в заднице. Одно на двоих. Анну это здорово нервировало.
– Вас должно быть удивляет, отчего мы поселились в такой глуши? – спросил толстяк, по-своему истолковав ее молчание.
– Не особенно. Дауншифтинг сейчас в моде. Люди поголовно бросают комфортное жилье и уезжают куда-нибудь в тихое место, поближе к природе.
– Куда уж ближе, – нервно хихикнула Пэт.
– Супруга имела в виду, что это место чересчур уединенное, – немедленно встрял Свен. И снова Анна ему не поверила, уверенная, что Пэт имела в виду нечто совсем другое. Но что? Ответ на этот вопрос занимал ее так сильно, что она едва слышала, о чем болтал разговорчивый хозяин дома: – Вокруг – только лес на многие мили вокруг. У нас нет электричества, газа, водопровода и, само собой, телефона и телевизора.
– Ужас какой! – Пролепетал Ник. Его всерьез испугала перспектива с наступлением темноты сидеть при свечах. Анна ободряюще улыбнулась сыну и сказала, как будто извиняясь за то, что уличает толстяка во лжи:
– Однако в замке имеется компьютер.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
