Но отступать назад было поздно, и потому я со сдержанной улыбкой села на пассажирское сидение рядом с Эфорром.
Интересно. Всего ничего, как распрощались и между нами уже странная натянутость. После всех-то приключений. Так что путь до старого города мы проделали в молчании.
А профессор умеет быть приятным и легким в общении. И это сарказм, если что!
Старый Каллин с его древними улочками и средневековой архитектурой понравился мне еще в прошлое посещение, когда я набрела на зоомагазин с шиншиллами. Поэтому я решила абстрагироваться от Эфорра и просто получить удовольствие от прогулки.
Он оставил машину на небольшой парковке и мы углубились в лабиринты узких улиц, затерявшись среди поросших плющом и ползучими розами фасадов. Даже воздух в этой части города был особенный, хвойный, что говорило о близости магической академии с ее сосновым бором.
Бабушка Кэрол сообщила мне, что после получения документов я получу разрешение работать. Намекала, что возможна и государственная карьера. Сильная магия, и такая специфическая, всегда в цене.
Профессор прогуливался с невозмутимой миной и только иногда искоса поглядывал из под полуопущенных ресниц. А я снова концентрировалась на архитектуре и диких розах. Все равно не разгадаю, что у него на уме, и что вообще происходит. Мы на свидании? Или это чисто коллегиальный променаж? Тьфу, мы же не коллеги. Тогда дружественный.
В конце концов он привел меня в старинную таверну в подвальчике, куда мы спустились по крутой и длинной, как трап, лестнице. Надеюсь это не какие-нибудь бывшие казематы. Ну да ладно. Лишь бы привидений не было. А то кто их, этих катанцев знает.
Таверна оказалась заполнена студентами, и мы с профессором с трудом нашли свободный столик, в итоге расположившись в углу рядом с буфетом. Пространство зала сплошь было занято такой вот разномастной мебелью, как «с бабушкиной дачи» прямо.
— Я бы сейчас быка съела, — прошептала я Эфорру. — После стресса всегда хочу есть.
— Тогда заказывайте, не стесняйтесь, — хмыкнул он, подавая мне раскрытое меню.
Сытный обед привел нас обоих в благодушное настроение, и я решилась поделиться с профессором некоторыми своими тревогами по поводу магии, переходов и прочего.
— Проход в другой мир работает так же, как и темный портал? На кровавых жертвах?
Эфорр небрежно откинулся на спинку стула и отрицательно покачал головой
— Нет, они естественного происхождения. Они просто существуют и все, но очень плохо изучены. Клив, по-видимому, или нашел неучтенный проход или сам его каким-то образом распечатал. Неизвестно, как он вообще к нам попал. Если в отделе и знают, то нам до этой информации не добраться. Даже бабушка не ко всем делам имела доступ.
— А предметы? Как он их проносит в Катану? И зачем?
— А вот это сложнее, Катерина. Вещи и артефакты из другого мира пронести сюда нельзя. Все известные нам иномирцы не перемещались вместе со своими телами. Они занимали чужие, при этом распознать их можно было только по особой магии. Например, они все были метаморфами, магию несли в себе, не являясь ни светлыми, ни темными. И ауры. Ауры иномирцев не считываются.
— Да, я не увидела ее у Нонна.
Эфорр кивнул.
— У меня есть одна теория. Но ее необходимо проверить. Думаю, бабушка сможет помочь. Видите ли, мы связаны с иными мирами не только проходами, но и через Ту Сторону. Или же изнанку пространства, как ее еще называют, — профессор увлекся лекцией и оживился. — Проникать на Ту Сторону в состоянии только лишь темные маги. Для нас, светлых, это слишком рискованно и, подозреваю, что и для Клива также. Но перетаскивать предметы из других миров через Ту Сторону реально. Как и впускать к нам демонические сущности. Подобные тем, что мы встретили в лавке и потом в лесу. Они разумны и быстро адаптируются с Нашей Стороны. Вот только для этого Кливу нужен пособник, темный, который и приносил бы артефакты. Мне кажется, такие помощники прихватывают с собой все, что попадется на глаза, особо не разбираясь.
Ну все — надежда вернуться через Ту Сторону тоже пропала. Я не темный маг.
— И это значит?
— Это значит, что Клив играет в опасные игры, открывая порталы и используя их в корыстных целях. Возможно, он торгует артефактами из иных миров. Сейчас я особенно беспокоюсь за Потти. Магистр мертв, и охота на мальчика усилится. Как на наследника и будущего лидера темных.
— Лилиан и Маделин больше не появлялись, — задумчиво ответила я профессору.
— Наверное, узнали, что Потти перевезли к бабушке и поменяли планы. Необходимо вернуть мисс Рой, но уже со всей ее командой боевых магов. Придется заново налаживать отношения.
— Темные могут обнаружить, что я не Агнес Праст.
Эфорр вдруг вгляделся в мое лицо и чуть заметно улыбнулся.
— Наверняка обнаружат. Вы все меньше и меньше на нее похожи.
Я изумленно приподняла брови. Это как?
— У вас изменился цвет глаз — стал более глубоким. Волос уже не платиновый, а золотой. — Он протянул руку к моей щеке, но потом, опомнившись, отдернул. — И скулы не такие острые.
Что, серьезно? Я заглянула в стекло буфета. Неужели это я своей силой метаморфа постепенно корректирую внешность Агнес? А профессору нравится это новое лицо или он просто констатирует факт?
Но он уже снова заледенел, и смотрел на меня с исключительно светским видом.
— Странно, а Хэнк вам не говорил? — добавил он равнодушным тоном.
Хэнк? А кто это… Черт! Хэнк!
